Чтение онлайн

А Ти Джей таких проблем не имел. Он чётко разграничивал свои постельные подвиги и убийства. Он упивался властью, но не возбуждался, глядя на страдания своих жертв, и ни в коем случае не издевался над трупами — к ним он испытывал куда больше уважения, чем к живым. Они были его личными трофеями. И Тео очень расстраивался, когда по истечении какого-то времени отдельные элементы его коллекции приходили в негодность. Он понял, что не хочет отпускать их, а потому желал найти возможность превратить их в сокровища, которые можно хранить вечно.

И, кажется, он нашёл очередной способ это сделать. Конечно, если то, что он прочёл о торфяниках во время подготовки к экзамену, окажется правдой.

Когда дело было сделано и труп вместе с привязанным к нему мешком с камнями ушёл на дно болота, Ти Джей почувствовал, что учащённое сердцебиение наконец унимается, а на плечи опускается тяжкое бремя усталости. Разрядка, которой он так долго ждал.

Тео был настолько опустошён, что готов был заснуть прямо на влажной траве у торфяника. Еле волоча ноги, он плёлся обратно к брошенной почти у самой трассы машине. Лайтман, наивно полагавший, что малыш Викки развлекается в Бостоне, не хватится его до обеда завтрашнего дня как минимум. Поэтому Ти Джей мог позволить себе немного вздремнуть прямо в автомобиле, прежде чем ехать домой.

Но у самого Мерседеса его ждал сюрприз. Крайне неприятный сюрприз.

— Какого чёрта ты здесь делаешь? — выплюнул Тео, глядя на наглую усмешку, игравшую на лице Кэссиди. Тот сидел на капоте своей машины, криво припаркованной рядом с колымагой Лайтмана, скрестив руки на груди, и всем своим видом демонстрируя собственное превосходство.

— Тот же вопрос я могу задать тебе, Вэйл. Какого чёрта ты здесь делаешь, м?

Он знал. Тео понимал, что Кэссиди всё знал. Наверняка он проследил за ними до болота, а слишком взбудораженный после долгого воздержания Ти Джей этого не заметил. И затем, пока он возился с телом, вернулся сюда, к машине. Интересно, зачем?

— И чего же ты хочешь? — Тео сделал несколько шагов по направлению к Кэссиди, прикидывая, как лучше его вырубить. Убийство сынка Голда поднимет шумиху помощнее волны исчезновений домашних питомцев, но иного выхода Ти Джей не видел. В живых эту паскуду оставлять было нельзя.

— Я хочу в дело.

Тео запнулся, неверяще округлив глаза.

Что, простите?

Ти Джей почти ничего не знал о Кэссиди: лишь то, что он столь же бесчувствен и жесток, сколь он сам, — и то это были одни догадки. Однако сейчас, стоя с ним практически лицом к лицу, Тео вдруг разглядел в глазах собеседника проблески той самой Жажды. Нил Кэссиди не просто безжалостный хищник — акула, которая набрасывается на беззащитную жертву просто потому, что та слабее, и рвёт её на части, ведь она любит это делать и создана такой. Он — такое же, как и сам Тео, чудовище из черно-белого мира.

— Я хочу в дело, — уже тише, но всё с тем же нажимом повторил Кэссиди и растянул губы в красноречивой улыбке. — Соглашайся, Вэйл. Не тормози. Будет весело, вот увидишь.

Шестнадцать лет назад

Тео вдруг вынырнул из объятий сна и ещё несколько мгновений лежал в полудреме, сверля глазами потолочные плиты и пытаясь понять, где он вообще находится. Хотя особой тревоги из-за собственной дезориентации он, если честно, совсем не испытывал. Лёгкая, почти невесомая простыня накрывала его до пояса, подушка под головой была слишком мягкой и от неё исходил непривычный, но уже начинавший ему нравиться тонкий цветочный аромат. Всё ещё балансируя на грани сна и окончательного пробуждения, Ти Джей пытался понять, как он вообще мог остаться до утра в чужой спальне и почему ему здесь так хорошо.

Рядом кто-то зашевелился и засопел, и парень повернул голову на источник звука.

Скромница Мэри Маргарет, правильная до зубного скрежета девочка, ханжа и недотрога, застёгивающая свои старомодные блузочки на все пуговки, лежала абсолютно голая прямо под его боком. Ну надо же.

Её тёмные вьющиеся волосы спутались сильнее обычного и беспорядочно разметались по подушке, а простыня сползла вниз, явив взору Ти Джея россыпь бледных — едва-едва заметных — веснушек, разбежавшихся по её белоснежным плечам, шее и груди.

До сих пор Тео не особо понимал, как мужчина может потерять голову при виде обнажённой женщины. Да, он спал с девушками, но всё же не до конца разделял этот, как ему казалось, примитивный интерес к отдельным частям женского тела: он находил им куда более практичное применение. Но теперь, глядя на лежавшую рядом Мэри он вдруг понял, что все эти годы сильно ошибался.

Она была воплощением чистой, совершенной и безусловно сказочной красоты.

Их история началась с того дурацкого кулона, что он снял с трупа. Тео вовсе не планировал влезать в казавшиеся всем вокруг без исключения прочными отношения Мэри Маргарет и Нолана. Он ведь думал, что та его глупая выходка в рождественскую ночь останется проигнорированной. Но нет. Мэри проявила любопытство. А затем это самое любопытство переросло в интерес уже другого рода.

Напряжение между ними год от года росло, раздражая и без того вспыльчивого Нолана и интригуя никогда прежде не испытывавшего подобных чувств Ти Джея. Но ничего особенного между ним и Мэри Маргарет не происходило. До сегодняшней ночи.

Тео осторожно протянул руку и коснулся кончиками пальцев её идеальной шеи. Эта безупречно белая кожа была невообразимо гладкой и словно призывала к более детальному изучению. Он наклонился ближе, прижавшись к ней губами.

Мэри Маргарет снова пошевелилась, затем её рука, нежно коснувшись щеки Ти Джея, скользнула к его волосам. Её глаза приоткрылись, а губы растянулись в мягкой сонной полуулыбке.

— Вик, — прохрипела девушка, придвигаясь к нему ближе, и Ти Джей замер.

— Доброе утро, — выдавил он из себя, стараясь не думать о том, как ему нравится слышать не своё имя из её уст.

Этой ночью она не раз звала его Виктором, и впервые за всё пребывание в этой личине Тео осознал, насколько сильно ему хочется стать тем, кем он притворялся, окончательно, избавившись от никому не нужного Теодора Блэйна навсегда.

— Всё в порядке? — всё так же хрипло, практически шёпотом уточнила Мэри Маргарет, немного отодвинувшись в попытке заглянуть в его глаза.

— Всё просто замечательно, — почти искренне улыбнулся в ответ Ти Джей и потянулся к её губам, чтобы избежать дальнейших расспросов.

Да, стоит признать официально: ему этого действительно хотелось. Быть Виктором Вэйлом. Он уже вкусил капельку безмятежного мира Мэри Маргарет и, конечно же, самой Мэри Маргарет, и ему это, вне всяческих сомнений, понравилось.

И именно ради этих ощущений он был готов навсегда распрощаться с отголосками прошлого, стерев из своей памяти все файлы, в заголовке которых встречалось что-то хоть отдалённо перекликающееся со словами «Теодор Блэйн».

Казалось верхом иронии то, что человек, не желавший обременять себя постоянными отношениями с женщинами, даже в качестве маскировки, теперь пытался отвернуться от своего прежнего «я» в пользу выдуманной личности всего лишь из-за одной ночи, проведённой с девушкой.

Нет-нет, своё любимое хобби он, безусловно, не бросит. Он не настолько обезумел, чтобы отказываться от своей истинной сути: как чудовище ни назови — Тео или Вик — аппетитов его это ничуть не умалит. Но вот начать жить с чистого листа, отбросив в сторону мысли о идиотской мести и попытки выслужиться перед абсолютно не стоявшим этого покойником, попробовать можно.