Чтение онлайн

Копы, так и не отыскав никаких свидетелей и не сумев грамотно сфабриковать улики, чтобы повесить убийство на маячившего у них перед носом с наглой ухмылкой Джонса, вскоре покинули Сторибрук. А Вэйл, заинтересовавшийся странной реакцией Хамберта, решил за ним время от времени присматривать. И не зря.

Сначала Виктор не разглядел в его способах снимать стресс ничего странного. Ну нравится парню лапать шлюх, что с него взять? Но спустя полгода всплыл третий труп изувеченной проститутки. И вот на этот раз любопытство Вэйла погнало его дальше: сначала он обшарил квартиру и машину Хамберта и обнаружил среди его вещей кучу улик, которые при должном внимании обязательно послужили бы существенными доказательствами и запросто помогли бы упечь своего хозяина за решётку. А в попытках понять мотивы Хамберта, Виктор оказался на улицах. И нашёл Лайлу.

— Расскажи мне о нём, — повернувшись к девушке вполоборота, Вэйл изобразил на лице улыбку. — Всё, что ты успела заметить.

Лайла вытряхнула из пачки очередную сигарету, зажала губами, оставляя на её кончике след от яркой помады, и щёлкнула зажигалкой, прикуривая. Затем, абсолютно не торопясь, принялась описывать своё единственное свидание с душкой Хамбертом. Не стесняясь мельчайших деталей. Не боясь шокировать. Но и не пытаясь произвести впечатление. Просто рассказывала так, будто все эти гадости она наблюдала со стороны, а не участвовала в этом дерьме лично.

Когда она закончила, Виктор попросил её ещё раз описать внешность «красавчика», перевернув при этом его фотографию лицом вниз.

— Проверяешь меня? — усмехнулась Лайла, покачав головой.

Но на вопрос всё-таки ответила. Всё так же обстоятельно, но на сей раз намеренно оперируя пошлыми сравнениями, видимо, чтобы задеть невозмутимого собеседника. Ну-ну, пусть кривляется. Для Вэйла было важным то, что она действительно слово в слово описывала Хамберта. Если у Виктора до этого и оставались какие-то сомнения, то теперь Лайла их окончательно развеяла.

Пока она распиналась, пытаясь как можно красочнее и похабнее описать все родинки на теле Хамберта, Виктор углубился в размышления о том, как ему следует поступить с ней дальше.

Он ведь до сих пор не определился.

Убив её, Вэйл, безусловно, обезопасил бы себя. Лишние свидетели ни к чему, верно? И в таком случае ему не придётся расставаться с двумя тысячами. С другой стороны… Лайла может пригодиться в будущем, если ему ещё когда-нибудь понадобится информация.

Сдавать Хамберта копам он не собирался. Пока. Но мало ли как обстоятельства сложат спустя месяц… спустя год? Спустя пять лет? Виктору может понадобиться путь отступления. И тогда…

— Ты точно ничего не хочешь? — Лайла призывно оскалилась, с многолетней сноровкой пряча хрустящие купюры в сумку. — Ты был довольно мил со мной, поэтому…

Она многозначительно приподняла брови, и улыбка на её алых губах вмиг стала ещё шире. Виктор, подавив очередной приступ отвращения, отрицательно мотнул головой.

— Ну что ж, — Лайла с демонстративным разочарованием вздохнула. — В таком случае… просто спасибо.

Ответил Виктор лишь пять минут спустя. Лишь после того, как тело Лайлы, в последний раз содрогнувшись, растеклось по сидению. Теперь её позу совершенно точно нельзя было назвать сексуальной. Хотя, может, такому, как Хамберт, и понравилась бы. Кто ж их, больных ублюдков, разберёт.

— Пожалуйста, — выдохнул Вэйл, разжимая пальцы и выпуская оказавшуюся невозможно тонкой шею Лайлы из захвата.

Двенадцать дней назад

Он как обычно припарковался под своими окнами, вышел из БМВ и, повинуясь выработанному за эти пару дней рефлексу, посмотрел вдоль улицы на то место, где прежде стояла патрульная машина. Сейчас её там, конечно же, не было.

День казался бесконечно длинным: сначала дурацкая надпись на стене и два свеженьких трупа, затем волокита с этими самыми трупами, потом затянувшийся, но довольно занимательный брифинг, на котором он по собственной глупости чуть не проговорился, и, наконец, посиделки у слишком активной Лив, которая, не умолкая ни на секунду, строила планы по поимке Кэссиди. Она ведь искренне полагала, что и намалёванное кровью зловещее «привет», и убитые патрульные были посланием лично для неё. Виктор был бы и рад её в этом разубедить, да только не мог. Что бы он ей сказал?

Хэй, не парься, это он не тебя изводит, а меня. Что говоришь? Зачем? Ну-у-у… мы с ним давние друзья. Нет-нет, не бойся. Тебя я не трону, ты ж мне не чужая. В каком смысле?.. А ты спроси у своей мамочки.

Виктор криво усмехнулся. Да, после такого Лив его точно прибила бы на месте. Ни секунды не медля прибила бы.

Перескакивая через две ступеньки разом, он стремительно поднялся на свой этаж и, бросив мимолётный раздражённый взгляд на расплывшуюся за день надпись, сунул руку в карман за ключами.

Кэссиди его удивил. Не своими дешёвыми выходками, нет. Тем, что сумел найти нового союзника. Интересно, а он изводит его так же, как сам Виктор когда-то испытывал терпение Нила? Круговорот жестокости в природе. Довольно символично, если задуматься.

Вэйл ввалился в квартиру, захлопнув за собой дверь, и, стягивая на ходу туфли, поплёлся на кухню. С самого утра ему хотелось выпить чего-нибудь покрепче, но так как день прошёл в сплошной суматохе, до вожделенного алкоголя он смог добраться только сейчас.

Расслабленно потягивая виски, Виктор вернулся в гостиную и скептично оглядел разобранный диван и валявшиеся всюду пустые упаковки из-под чипсов, сока и еды навынос. Лив прожила здесь всего несколько дней, но всё же умудрилась внести сумбур в его привычное существование.

И теперь квартира без неё казалось пустой.

Виктор помялся на месте, в нерешительности глядя на дверь спальни. Сейчас она была заперта, но все эти дни они с Лив держали её открытой, чтобы Вэйл в целях безопасности — исключительно в целях безопасности! — мог за ней присматривать. Только вот ночами, глядя на сладко спавшую девушку, он гнал от себя отнюдь не безобидные мысли.

Докатились! Он хотел собственную сестру.

А ведь до этой поры Виктор, несмотря на небольшие свои шалости, считал себя в этом смысле вполне нормальным. Да, он был чудовищем, но всё же не таким больным извращенцем, как его отец или тот же Кэссиди. Или Хамберт. До сих пор никаких отклонений за собой он не замечал. И вот пожалуйста!

Одним глотком осушив стакан, Вэйл оставил его на краю стоявшей на пути книжной полки, а сам вошёл в спальню и с размаху плюхнулся на неаккуратно застеленную кровать. Постель всё ещё хранила запах Лив, и Виктор прикрыл глаза, стыдливо его вдыхая. Если Мэри Маргарет совершенно точно пахла сладкими полевыми цветами, то ноты, источаемые телом Лив, Виктор так и не смог разгадать. Она пахла и свежестью после дождя, и зелёной травой, и холодным ветром, и солёным морем. Каждый оттенок её аромата навевал мимолетные воспоминания: вот Лив, увлечённая работой, наклоняется вместе с ним над прозекторским столом, вот сидит рядом с ним в машине, облизывая перепачканные шоколадом пальцы, вот хохочет над глупой до абсурда сценой в ужастике, что они вместе смотрят.

Вэйл резко выпрямился и отшвырнул попавшуюся под руку подушку в гостиную.

Нет. Так быть не должно.

Возможно, любительница покопаться в чужих мозгах Доусон могла бы найти объяснение этого его наваждения. Всё что угодно могло спровоцировать эти дурацкие мысли, которых раньше он за собой не замечал: тоска по Мэри Маргарет, какая-то нездоровая проекция, отголоски его подростковой одержимости местью и желанием сначала быть похожим на отца, а затем откреститься от всего, что объединяло их. Всего кроме, конечно же, сестры.