Чтение онлайн

– Чем смогу, – послушным голосом отозвался сын прославленного пирата, как и его очаровательная противница, занимая оборонительную позицию и выставляя перед собой острый клинок, – тем помогу, и сделаю все, что окажется в моих силах.

Мисс Доджер – как ее окрестил Умертвитель, добавив к ею же выдуманной на ходу фамилии, больше напоминающей пиратское прозвище, обозначение девушки, еще не вышедшей замуж, – досталась арабская сабля, отличающаяся, кроме всего прочего, блестящим семидесятисантиметровым клинком, заточенным по внешнему краю, позолоченным, полностью скрывающим руку эфесом и сопутствующим ей ножнами, украшенными удивительной резьбой как на конце, так в точности и вначале. Она сделала резкий, совсем нешуточный, выпад, намереваясь попасть назначенному неприятелю в грудь и не переставая при этом расспрашивать:

– Не сочтите за дерзость, – безусловно, она язвила, но при этом совершенно серьезно намеревалась как можно лучше узнать своего нового компаньона, а в недалеком будущем, по-видимому, и любимого человека и тем самым выведать все самые неприятные черты, вольно или невольно существующее в его вроде бы миролюбивом характере и, возможно, умело скрывающиеся за, казалось бы, внешним спокойствием, – но, будьте так любезны, отважный юноша, не посчитайте за труд и поделитесь со мной тем обстоятельством, как вдруг так удачно вышло, что вы – до такой степени вовремя! – пришли мне на выручку, когда ныне покойный квартирмейстер пытался меня изнасиловать?

– Извините, – непроизвольно, благодаря своему отменному воспитанию, предоставленному ему, между прочим, старым морским разбойником, поклявшимся сделать из своего сына законопослушного и достойного человека, Джо продолжал обращаться к юной особе, на два года оказавшейся младше него, по сложившейся у него привычке достаточно уважительно, как это, впрочем, всегда было принято среди людей, причисляющих себя к почтенному обществу; говоря, он не позабыл между тем отразить предназначавшийся ему удар и нанести в следующее мгновение свой, сбоку направленный в голову, но с таким расчетом, чтобы в любом случае тот не смог достичь своей цели, – но что тут еще скажешь, кроме того что мы и сами с отцом, – на этот раз он смог наконец «выдавить» из себя надлежащий родителю статус, – попали в неприятную и в чем-то глупую ситуацию.

Отчаянная соперница парировала удар, сделала следующий выпад, как и первый не достигший своей цели и ловко отбитый обученным фехтовальщиком, затем сделала шаг вперед, два – назад, осуществила переход и заняла выжидательную позицию.

– Интересно какую? – не останавливаясь в своих стремлениях побольше выведать о новом знакомом, продолжала Лера допытываться, готовясь к очередному финту и продолжая угрожать кончиком сабли выбранному ею для тренировки противнику.

Тут же последовал неожиданный укол, направленный прямо в сердце юного Рида, не достигший, естественно, своей цели, так как был отражен твердой, привыкшей к подобным пируэтам, рукой. Дальше началось твориться что-то из ряда вон выходящее: бросив все свои насущные дела, молодые люди носились по палубе, одновременно нападая и тут же обороняясь, показывая виртуозные чудеса в мастерстве фехтования; однако даже, вопреки тому, что оба, с одной стороны, были поглощены ведением вроде бы как даже и реального боя, но, с другой, проводимого только для проверки умений друг друга, неприятели ни на секунду не прекращали беседу.

– Так что ты мне, Джо, на мой вопрос скажешь?! – буквально спрыгивая с капитанского мостика на основную палубу и приглашая настойчивый взглядом следовать за собой, воскликнула воинственная красавица, занимая оборонительную позицию и помахивая перед собой блестящим лезвием острозаточенного резного клинка.

– Не знаю зачем, – не задумываясь, ответил молодой Рид, в отличии от проворной Ловкачки медленно спускаясь по лестнице, дабы избежать неожиданного подвоха, – но мы прибыли с воспитателем на Багамские острова, давно уже считающиеся английской колонией, и где уже практически невозможно стало встретить морских разбойников…

– Вместе с тем это оказалось не так, – сделала свое заключение девушка, вновь начиная ненадолго прерванный поединок и в ходе битвы энергично перемещаясь по палубе, – и вы столкнулись с пиратами.

– Все правильно, – парируя предназначавшиеся ему удары и нанося в свою очередь свои, но так, чтобы – не дай Бог! – не поранить очаровательную соперницу, согласился с ее мнением Джо и тут же продолжил: – Мы направлялись тогда в форт Нассау и пешком передвигались по островку Нью-Провиденс, где нас, видимо, уже ждали. На чем я основываю свой вывод? Сейчас объясню: неожиданно нас, идущих пешком и никому не мешающих, выследили морские головорезы, возглавляемые Бешеным Фрэнком, ничего не объясняя, оглушили, а затем почти сразу же доставили на свое судно, где поместили в железную клетку, предусмотрительно заперев на огромный и, без сомнения, прочный замок.

– Да?! – словно бы удивилась отчаянная блондинка, не забывая отражать предназначавшиеся ей уколы и «уворачиваться» от маховых движений, в том числе и активно перемещаясь по палубе, – И как же, позволь спросить, вы из того «обезьянника» – применила она современный, наиболее ей известный и, собственно, подходящий случаю, термин, – выбрались?

– Как оказалось, – отступая, чтобы обороняться, а затем изловчившись и нападая, но поступая так исключительно с тем расчетом, чтобы фактически не причинить красотке увечий, продолжал объясняться юный поклонник, давно уже сраженный очарованием своей новой знакомой и все более «растворявшийся» в ее просто непередаваемых чарах, – для моего отца подобные сложности не являются какой-нибудь там слишком неразрешимой задачей, и, по правде, он без особых затруднений справился с тем огромным запорным предметом и выпустил нас на свободу. Тут, мисс Доджер, раздался Ваш крик о помощи и мы, не задумываясь, кинулись к Вам на подмогу.

В этот момент сын Умертвителя осуществил переход, резко повернулся вокруг собственной оси на триста шестьдесят градусов и из-за спины направил острие своей шпаги прямиком в горло прекраснейшей девушки, едва не достигшее выбранной цели и остановившееся на расстоянии всего десяти миллиметров.

– Отличный финт, но только где-то я его уже видела? – подозрительно хитро усмехнулась восхитительная проказница, игриво глядя прямо в глаза своему противнику. – Ах да, вспомнила! Генрих Третий обучал ему своих верных миньонов, а впоследствии де Сен-Люк, воспользовавшись его коварством, ранил незадачливого графа де Монсоро; скажу тебе честно: в обычных условиях он целиком и полностью являлся бы эффективным, но это только в том случае, если не знаешь существующего против него контрудара, – здесь она скосила книзу свои бесподобные глазки и направила их на острозаточенный арабский клинок, всего в пяти миллиметрах остановившийся у солнечного сплетения молодого красавца, волею случая и капризного характера выбранного девушкой себе в неприятели, – как понимаешь, ты был убит двумя секундами раньше. И давай уже перейдем на «Ты», а то мне прям как-то даже становится неудобно – ты, надеюсь, не против?

– Честно сказать, нисколько, – согласился с предложением Джонатан, в тот же момент оценивающим взором констатируя свое поражение, – только не пойму – откуда?! – откуда ты все это умеешь, ведь такого поразительного мастерства порой не могут достигнуть даже неоднократно побывавшие в реальных схватках и уже прославленные мужчины?

– Здесь все совершенно просто, – особо не задумываясь, ответила юная мисс, озарившись кокетливым взором и одновременно помещая клинок в удобные ножны, – в детстве я больше играла с мальчиками – хм, меня почему-то всегда тянуло к сильному полу? – и фехтование среди нас было как что-то само собой разумеющееся, ну! а ко всему тому же моим любимым киногероем является один французский граф, – здесь она, не дожидаясь попутчика, но тем не менее кивнув ему направление своей белокурой головкой, отправилась в тот же момент обратно, к капитанскому мостику, заканчивая фразу уже на подъеме, – который отлично проявил себя в фильмах про трех мушкетеров.

– Французский граф? – молодому человеку явно никогда раньше не приходилось слышать этого имени, поэтому, безусловно, он им и интересовался, вслед за девушкой устремляясь на свое прежнее место, где оказался буквально в следующее мгновение. – А, прошу прощения, это кто? – попытался он сгладить свою полную неосведомленность через обыкновенное извинение.

– Странно? – ничуть не меньше удивилась Валерия, усаживаясь на ею же недавно сооруженное так называемое сидение, представленное в виде обыкновенной, скрученной в бухту веревки, доставая из кармана пачку «Мальборо» и закуривая предпоследнюю сигарету. – Я, грешным делом, думала, что ты озадачишься «киногероем»; но, так или иначе, «забей», – и, поняв, что подобное выражение в восемнадцатом веке будет истолковано совсем по-другому, мгновенно поправилась, – или, проще, забудь: все это не так уж и важно. Да, – в другой миг она уже опечаленно поглядывала в практически опустевшую упаковку, – с курением, судя по всему, в недалеком будущем предстоит завязывать: курить вашу средневековую отраву, – промахнувшись на пару веков, привела белокурая девушка, поморщившись, именно такое сравнение, – я, уж точно, не буду. Кста-а-ти, – интригующе растягивая это слово, обратилась она к молодому Риду, снова вернувшемуся за штурвал и взявшему на себя обязанность по управлению судном, после того как сделала внушительную затяжку, – пока мы одни и больше ничем другим не заняты, может быть, расскажешь про свои детство и юность, а главное, как так получилось, что ты остался без матери?

– Тут особо хвастаться нечем, – несколько смутившись, что не ускользнуло от нагловатого и вместе с тем внимательного взгляда юной красавицы, начал юноша свою невеселую повесть, отводя в сторону зеленоватые, но в то же время и с карим оттенком, глаза, – сколько я себя помню, всегда при мне находился предприимчивый воспитатель, в конце концов оказавшийся мне отцом, который обучил меня всему, что я сейчас умею и который всегда мог найти выход даже из самой, казалось бы, безвыходной ситуации. В общем, если быть кратким, я прожил за ним все эти годы, особо ни в чем не нуждаясь и совершенно не задумываясь, откуда берется наше материальное благополучие, обеспечивающие нам более-менее сносное состояние, ведь мой наставник нигде не служил и ничем таким, что могло бы приносить доход, по сути, не занимался.