Чтение онлайн

Дэвис пошел вдоль побережья и, дойдя до мыса Аполлония, захватил три судна – два английских и одно шотландское, – ограбил их и отпустил. Через пять дней он встретился с голландским тридцатипушечным кораблем, на котором было девяносто человек команды. Он дал залп по кораблю Дэвиса из всех бортовых пушек, убив девять пиратов; завязалась отчаянная схватка, продолжавшаяся с часу дня до девяти часов утра, когда голландец наконец сдался.

Дэвис приспособил его для пиратских рейдов, назвав «Ровером» («Морским разбойником»). С двумя кораблями он вошел в залив Анамабоа. Это случилось около полудня, здесь стояло несколько судов, на которые должны были погрузить негров, золото и слоновую кость. Дэвис захватил эти суда и подарил одно из них голландскому капитану и его команде, разрешив им уйти. Узнав, что это пираты, гарнизон крепости открыл огонь, но без особого успеха; Дэвис тоже принялся стрелять и поднял черный флаг, но потом посчитал за лучшее удалиться.

На следующий день человек, сидевший на мачте, заметил в море парус. Здесь следует сообщить читателю, что по пиратским законам матрос, первым увидевший судно, получает в награду пару самых лучших пистолетов на борту, и эта награда столь почетна, что известен случай, когда их продали за тридцать фунтов.

Дэвис пустился в погоню за этим судном, которое, находясь между ним и берегом, попыталось выброситься на сушу. Дэвис угадал его намерение, и, очутившись между ним и берегом, дал залп из всех бортовых пушек, после чего оно сразу же сдалось. Приз оказался очень ценным: на его борту находился губернатор Акры со всем своим имуществом, ехавший в Голландию. В руки пиратов попали пятнадцать тысяч фунтов, а также большое количество товаров и другие ценные вещи.

Когда они шли к Принцевым островам, на корабле «Святой Джеймс» обнаружилась течь, и вся его команда и ценные вещи были перенесены на корабль Дэвиса. Увидев форт, он поднял английский флаг. Португальцы, заметив, что к берегу приближается большой корабль, выслали шлюп, чтобы выяснить, что это за судно и куда оно идет. Дэвис сообщил, что он командир английского военного корабля, посланного для борьбы с пиратами, которые действуют в этих краях. Португальцы провели его в порт, и он бросил якорь прямо под пушками крепости. Губернатор был рад приветствовать англичан в своей гавани и, чтобы оказать Дэвису честь, послал отряд мушкетеров, который должен был проводить его в крепость. Дэвис, для большей достоверности, посадил в шлюпку девять гребцов, которые должны были, по английскому обычаю, отвезти его на берег.

Дэвис воспользовался возможностью очистить корабль и приготовить его к новому плаванию. Он, однако, не хотел уходить отсюда, не захватив кое-что из богатств этого острова. Он составил план нападения и рассказал о нем некоторым своим товарищам. Он решил подарить губернатору несколько негров в ответ на его доброту, а потом пригласить его самого, нескольких членов правления и монахов, живших в местном монастыре, отобедать на борту его судна, там заковать их в цепи и потребовать за каждого большой выкуп. Их пригласили, и они с большой радостью согласились, полагая, что это приглашение для них – большая честь. К счастью для них, один негр, узнав об ужасном замысле Дэвиса, ночью доплыл до берега и рассказал обо всем губернатору.

Отступление пиратов и смерть капитана Дэвиса

Всю ночь губернатор занимался укреплением оборонительных сооружений и расстановкой своих людей на самые важные места. Вскоре после рассвета пираты с Дэвисом во главе высадились на берег и скорым шагом стали пересекать открытое пространство перед фортом. Оттуда по ним открыли сильный огонь; они в свою очередь тоже стали стрелять. Вскоре с деревянной веранды форта бросили ручную гранату, которая убила трех пиратов, но и португальцы потеряли несколько человек. Веранда были сделана из дерева, а погода стояла сухая, поэтому пиратам легко удалось ее поджечь. Наступавшие скрылись в дыму – они хорошо видели защитников, а их самих рассмотреть было очень трудно, но в этот момент капитан Дэвис получил смертельную рану – пуля из мушкета попала ему в живот. Увидев, что командир ранен, а защитники форта упорно сопротивляются, пираты растерялись. Они остановились и, потоптавшись на месте, отступили, унося с поля боя раненого командира. Португальцы приободрились и во главе с губернатором бросились их преследовать. Однако пираты отступали в полном порядке: сделав выстрел, передние уступали место задним стрелкам. Они держали португальцев на расстоянии, пока не добрались до своих лодок; после этого они развернулись лицом к преследователям и завязался кровавый бой. Пираты потеряли слишком много людей, а без своего капитана лишились боевого духа. Когда его переносили в лодку, он собрал последние силы и выстрелил по врагу из пистолета. Пираты налегли на весла, но португальцы гнались за ними по берегу реки, стреляя из мушкетов и не давая им спокойно уйти. Те же, кто остался на судне и ждал прибытия сокровищ, не получили ничего, кроме раненых товарищей и мертвого капитана.

С рассказом об экспедиции против жителей Квала-Бату под командованием коммодора Даунса

Если мы посмотрим на карту Ост-Индских островов, то поймем, что этому региону по своим природным очертаниям и расположению самой судьбой было предназначено стать рассадником пиратов. Эти острова образуют огромное скопление, которое лежит на столбовой дороге, соединяющей торговые нации Европы и Азии, создавая множество твердынь, где можно устраивать засады на проезжающих путников. Основная часть жителей этих островов располагается на побережье или в эстуариях рек; это рыболовы и моряки. Эти люди – варвары и бедняки, поэтому они жестоки, вероломны и кровожадны. Следует признать, что подобные обстоятельства способствуют формированию натур, склонных к пиратству. Поэтому неудивительно, что с момента нашего первого знакомства с ними малайцы стали известны своими грабежами.

Среди племен Индийских островов пиратством занялись конечно же самые ленивые, не любившие работать, в особенности те, которые не занимались земледелием и торговлей. Сельскохозяйственные племена Явы и Суматры никогда никого не грабили; крайне мало было пиратов из числа жителей Целебеса, которые были самыми цивилизованными из всех.

Самыми преданными морскому разбою были малайские жители, населявшие небольшие острова в восточной части Малаккских проливов и те, что лежали между Суматрой и Борнео, ближе к Биллитину и Кавиматтиру. Но самыми свирепыми пиратами были жители некоторых островов между Борнео и Филиппинами. Среди них наиболее отчаянными и предприимчивыми были сулосы и иллануны; первые населяли хорошо известную группу островов того же названия, а другие представляли собой одно из многочисленных племен, живших на большом острове Магиндандо. Малайцы занимались грабежом от Янкцейлона до Явы, на всем побережье этого острова, от Грипа до Папира и Критти, на Борнео и на западном побережье Целебеса. Они совершали также набеги на портовые города, расположенные на побережье китайского Кохина и сиамские государства в Сиамском заливе, находя скупщиков своей добычи и укрытия для себя в портах Трингхам, Калантан и Саханг. Самыми знаменитыми убежищами этих пиратов были небольшие островки в районе Лингина и Рхио, в особенности Галанг, Тамианг и Мапхар. Предводитель мапхарских пиратов имел семьдесят или восемьдесят парусных лодок (проа), на которых он предпринимал пиратские набеги.

Пираты островов Суло занимались грабежом в прибрежных водах Филиппинских островов, которые они наводняли около трех столетий с небольшим перерывом, несмотря на то что испанские власти постоянно охотились за ними и создавали многочисленные сооружения, которые должны были сдерживать их натиск. В отличие от Суло, иллануны широко рассеялись по морю, их можно было встретить от берегов их родной страны до островов Пряностей, с одной стороны, и до Малаккских проливов – с другой. В этих проливах они в последние несколько лет создали два постоянных порта: один располагается на Суматре, около Индрагири, и называется Ритти, а другой – на небольшом островке у побережья Линги, под названием Салангут. Помимо тех, кто непосредственно занят в пиратских набегах, следует отметить и большое число малайских князьков, без которых эти набеги были бы невозможными, ибо эти князьки покровительствуют пиратам, снабжают их всем необходимым и часто участвуют в разделе добычи. Поэтому пиратское судно проа в их портах – более желанный гость, чем судно честного купца.

Проа малайских пиратов имеют водоизмещение от шести до восьми тонн и длину от 36 до 48 футов. На них устанавливают одну или две пушки, обычно с четырьмя вертлюгами по обе стороны. Их команда составляет от двадцати до тридцати человек. Во время похода на них сооружают прочный фальшборт из толстых досок. Илланунские проа гораздо больше и мощнее; обычно они имеют от четырех до шести пушек и соответствующее число вертлюгов. Часто на них бывает двойной фальшборт, покрытый шкурами бизона. Их команда составляет от сорока до восьмидесяти человек. На обоих типах судов конечно же имеются копья, малайские кинжалы и столько ружей, сколько пираты могут раздобыть. Они действуют осторожно и трусливо, ибо гонятся они не за славой, а за добычей. Они прячутся обычно у берега, поджидая подходящий корабль и возможность на него напасть. Такая возможность предоставляется, когда судно садится на мель или попадает в штиль – в ту пору, когда бриз, дующий с суши, стихает, перед тем как смениться на морской бриз. Судно, идущее полным ходом, подвергается нападению очень редко или вообще никогда. В атаку бросаются одновременно несколько пиратских лодок; они прячутся под носом или баком судна, когда оно стоит на месте и не имеет возможности навести на них свои пушки. Схватка продолжается несколько часов, нанося мало ущерба той или иной стороне, но, когда команда торгового судна выдыхается или остается без боеприпасов, пираты толпами идут на абордаж. Иногда это бывает самым лучшим способом обороны. Торговому судну, атакованному во время штиля, лучше всего подождать, когда поднимется ветер и оно сможет оторваться от пиратов, а не вести активных боевых действий, которые изматывают команду, лишая ее возможности оказать достойное сопротивление во время абордажа. Использование сетей, пик и пистолетов позволяет сбросить нападающих в море. Следует отметить, что для судов, упорно обороняемых европейцами и американцами, атака пиратов совсем не страшна, ибо они не умеют обращаться с пушками и не способны повредить ни корпус, ни такелаж корабля, хотя артиллерийская дуэль сильно затягивает бой. Пираты в целом не способны правильно выбирать себе объект для нападения, поскольку не делают различий между местными жителями и иностранцами. Впрочем, они предпочитают атаковать самые слабые суда, которые можно легко захватить.

Когда малайцы предпринимают пиратский поход, они обычно проводят его под знаменем одного из своих вождей, знаменитого своей храбростью и решительностью. Князек того места, где готовится поход, снабжает пиратов оружием, боеприпасами и опиумом, требуя себе в качестве вознаграждения пленниц, пушки и третью часть остальной добычи.

В ноябре 1827 года верховный глава пиратов по имени Синдана напал с сорока пятью проа на Мамудгу, сжег три четверти кампонга и вытеснил раджу вместе с его семьей в горы. Было убито много людей, в плен попало триста человек, не считая ста пятидесяти женщин и детей. В декабре, когда я посетил эти места, люди потихоньку возвращались с гор, но не делали еще попыток восстановить сгоревший дотла кампонг. Во время моего пребывания здесь (десять недель) это место посетили два других пиратских вождя, один из которых приехал из Килье, а другой – с мыса Мандаар. Они подчинялись Бем Бовану, который, как выяснилось, был их верховным вождем. С ними пришло сто тридцать четыре проа самых разных размеров.

Среди самых отчаянных и успешных пиратов современности можно назвать Рагу. Его боятся люди всех вероисповеданий, повсюду он известен как «князь пиратов». Более семнадцати лет этот человек расширял область пиратских набегов до невиданных доселе пределов; описания его экспедиций и предприятий составили бы целый том. Все они отличались необыкновенно хитроумным планом и тщательностью подготовки, а также варварством и полным безразличием к количеству пролитой крови.

Пиратское проа на полном ходу