Чтение онлайн

Получилось очень даже не дурно. Еще яичком залить бы, но новых яиц в шкафах не появилось. Поев, я все прибрала за собой и отправилась искать Тинору, надо было узнать, откуда они берут продукты, их количество и ассортимент необходимо было пополнить.

Долго, впрочем, искать не пришлось, управляющая и ее подчиненные нашлись в гостиной. Тинора переоделась в свое, а на кресле лежали все мои вещи, в том числе и те, которые дамы уже успели распороть, чтобы перешить под себя.

— Исса, вот мы тут… Вчера мы вещички… — мямлила Тинора, не поднимая глаз.

Забирать все это обратно совершенно не хотелось, вещи явно мерили, но там были платья с вышивкой камешками, меховой опушкой, они дорогие, их можно продать, а средства мне очень нужны.

— Отнесите все на второй этаж.

— Да-да.

— В моих вещах еще была шкатулка с драгоценностями.

Управляющая побледнела, как мел, обернулась на подчиненных, но те не проявили никаких эмоций, да и, в отличие от Тиноры, страха передо мной не испытывали, только недовольство оттого, что старшая внезапно поменяла поведение.

— Ка-какая шкатулка?

— С драгоценностями. Золото, драгоценные камни.

Тинора, выпучив глаза, смотрела на меня.

— Праматерью клянусь! Не было никакой шкатулки!

— А вы, дамы? Поклянетесь?

Женщины странно на меня посмотрели, покосились на управляющую. Одна из них, с некрасивым квадратным лицом, неодобрительно цыкнула зубом.

Я сложила руки на груди, раздумывая, что делать. Не было ли шкатулки и в самом деле, или тетки ее прибрали и не признаются? То, что ее нет у Тиноры, я поняла. Управляющая слишком напугана, чтобы врать. Непонятно только, почему она так боится, думает, что я и в самом деле сожгу ее живьем? Ожог, вроде, был не слишком сильный.

Пока думала, смотрела на служанок. Первой не выдержала и начала нервничать самая молодая. Она засуетилась, взгляд заметался. Я насторожилась, подалась вперед, решив, что она сейчас признается.

— Клянусь, что не брала шкатулку, — сказала женщина, опустив глаза.

— Праматерью клянись! — велела я.

— Праматерью клянусь!

Сдалась и еще одна, принеся клятву. Последней стала та, что цыкала.

— Смотрите! — я погрозила пальцем. — Праматерь жестоко карает обманщиков.

Женщины побледнели.

Мои вещи отнесли наверх, я отперла комнату и велела положить их на стол. Больше было некуда. Выйдя, снова заперла дверь. Потом велела Тиноре принести ключи и отпереть остальные комнаты на втором этаже. Они оказались в гораздо лучшем состоянии, чем та, которую предназначили мне. Но переезжать я не хотела, теперь в моем обиталище было гораздо чище, чем здесь. Велела только перенести ко мне пару кресел и небольшой низкий столик.

Также сама выбрала и перенесла к себе подушки, теплое толстое одеяло и найденное в комоде одной из комнат чистое, пахнущее травами постельное белье.

Тетки не стали звать на подмогу мужчин, отволокли кресла сами. Та, что с квадратным лицом что-то бурчала тихо за моей спиной, пока не послышался вдруг звук пощечины. Я оглянулась. Тинора работала левой рукой не хуже, чем правой. Служанка прижимала к правой щеке руку, в глазах ее стояли слезы. Это было неприятно, неправильно, я решила бороться с такими методами стимуляции послушания.

— Тинора, ты же помнишь, что может быть с теми, кто отвешивает оплеухи?

— П-п-простите! Простите, исса! — она сделала попытку упасть на колени.

— Стоять! — скомандовала я.

Управляющая замерла.

— Продолжайте работу.

Завершив осмотр, я сообщила служанкам радостную новость, что завтра они будут убираться на втором этаже, а то в любой момент хозяин пожаловать может, а у них — бардак. Это даже не вызвало возражений и недовольства.

И мы перешли на кухню. Я поинтересовалась у Тиноры насчет продуктов.

— Так, исса. Пока выделенные деньги закончились. Ждем, чтобы хозяин еще прислал. Мы ж не чаяли, что вы тут поселитесь. Мы-то по-простому привыкли.

— Понятно. С теми запасами, что есть, мы скоро будет голодать даже по-простому.

Это было печально.

— Так, раз хозяин скоро приедет, он денег и привезет.

— Подождем, — согласилась я, а сама подумала, что надо выбираться в город, попробовать продать что-то и купить еды, но это оставлю до завтра.

Вечером служанки варили себе и мужчинам ужин, я же доела кашу. На такой диете я долго не протяну. За собой убрала сама, перемыв посуду и снова поставив ее в сторонке, а служанкам велела поддерживать чистоту и отправилась наверх. Обилие впечатлений и нормальной еды сильно утомило.

В комнате я привела кровать в нормальный вид, застелила постельным бельем, проверила, заперта ли дверь, и с чистой совестью уснула.

Ночью снилась разная ерунда. То нарезка кадров из жизни настоящей Айдиры, которая то сидела в парикмахерском кресле с новой прической, перекрашенная в брюнетку, то гуляла с тем самым соседом, у них дело уже дошло до страстных поцелуев на аллеях парка, то ездила с родителями по магазинам — там все были счастливы и довольны друг другом. То виделся Эрвил. Этот был каким-то озабоченным. Ему что-то рассказывал мэл Ятран, а мой супруг рассеянно кивал, безучастно глядя в окно, потом дергался, переспрашивал, но скоро снова впадал в меланхолическое состояние. Я отметила для себя, что огонь слегка опалил ему ресницы, брови и волосы спереди. Впрочем, если вспомнить то огненное облако, то ущерб на удивление невелик, наверное, его защитила ледяная сила. Кадр сменился. Эрвил вошел в дом, привычно отдал Десту теплый камзол и перчатки, огляделся, словно выискивая кого-то взглядом, но почти сразу посуровел, что-то резко ответил управляющему и ушел в свою комнату. У входа мужчина задержался на мгновение, глядя на дверь соседних покоев, потом решительно толкнул створку и вошел к себе.

После пробуждения охватило какое-то двоякое чувство. С одной стороны, я немного завидовала Айдире, что у нее так хорошо все складывается, в отличие от меня; с другой, я поняла, если, конечно, это было на самом деле, а не просто мои мысли, отраженные в сне, что Эрвил скучает по мне. Сложно было трактовать по-другому эту меланхоличность и ищущий взгляд. Это было приятно.

Но сны снами, а надо было вставать, искать себе хлеб насущный и выдерживать не очень приятных для меня людей.

Зак окном еще была непроглядная темень. Никакого северного сияния. Я встала, поскорее оделась, попросила Солнечного Зайку подзарядить грельник, а то мне показалось, что в комнате стало прохладнее. Было еще рано, но спать больше не хотелось. Так что я направилась на кухню.

К моему удивлению, там еще никого не было. Ну что же, оно и к лучшему. Про топку печки я знала очень поверхностно, на даче ее всегда растапливал папа, самое главное — открыть заслонку и правильно уложить дрова, чтобы они легко разгорелись. Ну с последним мне поможет дух огня, а вот заслонку пришлось поискать в печи незнакомой конструкции. Но я справилась. Так что вскоре огонь разгорелся, а я стала думать, что приготовить. Для начала налила воды в сияющий чайник и поставила его кипятиться, потом еще раз осмотрела шкафы. Где-то уничтожила грязь, несколько мешочков с крупой отправила в утиль, крупа в них пахла горечью. Зато в одном из мешков нашелся горох. На обед надо приготовить гороховый суп, а сейчас решила сделать крупяные оладьи.