Письмо самому себе: Стихотворения и новеллы
Шрифт:
4
Огни, цветы, круженье И пестрый хоровод. Пускай мое мгновенье Плывет, плывет, плывет! Гирляндами повисли По залам фонари. И сердцем я, и мыслью Твержу себе: «Гори!» За черной маской маска На празднике скользит. Но знаю я – развязка Теперь мне не грозит. Теперь я вся из воли, Прошел мой темный бред. Теперь я скрытой боли Сама кладу запрет. Я вся – борьба и вызов Следящему за мной… Зачем вдруг с карнизов Сорвался ледяной Порыв, и бледны лица, И гаснут фонари? Зачем в окно глядится Свинцовый лик зари?.. 5
Из черных масок плотен круг: Они ее с собой ведут. Нерасторжима цепь их рук, Необоримо-тяжких пут. Они уходят в темноту. Как шорох листьев их рассказ: «Я выпью тела теплоту…» «Я занавешу окна глаз…» «Я обману и скрою слух…» «Я обесцвечу розы губ: Да будет нем, и слеп, и глух, И хладен так, как должно, труп…» «Но сердце, – сердце только Он Остановить имеет власть: Жених, кто тайной окружен, Пред кем должны лемуры пасть…» 6
Пришли. Как пыль легли, забились в щели. Она одна в неверной полутьме, Без памяти, без ужаса, без цели. Как сад, готовый к мертвенной зиме. И только сердце, неустанный сторож, Тревожит стуком каменную тишь. Увы, ты, Темный Гость, его поборешь. Ты, сердце, тоже скоро замолчишь. И вот уже за самою спиною, Как черный исполинский нетопырь, Как зыбкий плащ, забытый темнотою, Как паука раздувшийся пузырь… Обнял. И впился. В долгом поцелуе Душа и смерть. Не надо, не тревожь: Спусти завесу. Глухо сад бушует. Светает. В облаках озябших дрожь. ЗВЕЗДНАЯ ПТИЦА
* * *
Розовым по небу полосы. Хочет сказать про звезду Ломким стеклянным голосом Птица в продрогшем саду. Хрупко по мокрому гравию В воздухе сонном — шаги. Листья завесами ржавыми С кленов свисают из мги. Стой! Точно взрывом, рассеяны Искры играющих брызг: Это — из дымной расселины – Золотом плавленым – диск! ЧТО БЫЛО С МЕСЯЦЕМ
Он вышел, с натуги багровый, С подвязанной косо щекой, Уселся над лесом, и кровью Истек, и, блестящий такой. Отравился в путь. А прохлада Ночная ласкала его. Но выше ему было надо Светить золотой головой. Никто не мешал. Успокоен, Он пристально сверху смотрел, Как в озере был он удвоен И в стеклах, холодный, горел. Но в пятом часу застеклянил Пространное небо рассвет. Не сдался еще на поляне Насвеченный месяцем след. Потом рассвело. И, вставая, Все заняты были своим. И месяц, ненужный, истаял, И, белый, сквозил голубым. ДЕТСТВО
Домовитым, ласковым уютом Сумерки ложились по углам. Мы тогда назойливым минутам Не вели отсчета по часам. В сумерки немного непохожим. Сказочным казался старый дом. Помнишь, дверь зияла из прихожей Черным угрожающим пятном? Но, стуча заслонкою тяжелой, Торопясь завиться в дым седой, Хохотал в печи огонь веселый, Потрясая рыжей бородой. Васильком в узорах снежной пыли Синий Сириус в окне дрожал. Засыпая, мы за ним следили Из-под теплых, мягких одеял. И во сне видали райский терем И звезду любимую свою, Как она ручным, пушистым зверем Бегает по горницам в раю. Поздним утром розовое солнце Белые стеклянные цветы Осторожно отблеском червонца Озаряло, – помнишь это ты? И когда уйду в туман жемчужный, Это всё, – как отсвет золотой, – Что от жизни длинной и ненужной Унести хотел бы я с собой. ЗВЕЗДНАЯ ПТИЦА
Кончено. Вызрел и вывезен плод. Листьев покорен медлительный лет. Долго не меркнет багровый закат. Медленно чахнет заброшенный сад Встань под холодным и мокрым стволом. Встань и помедли и ты перед сном. Дали яснее видны в холода. Ясно и тихо всё, как никогда. Скоро засветит на небе ночном Звездная Птица туманным крылом. Звездная Птица опустит свой клюв. Тонкую шею к земле изогнув. К сердцу и кленам приникнет зараз: Ясен и короток звездный приказ. Листьям не больно желтеть и слетать. Кончено. Холодно. Хочется спать. * * *
Ночью no-зимнему небо затлело Россыпью звездных колючих огней Инеем хрупким и иссиня-белым Утро одело траву до корней. Пусть еще мир остается зеленым, Пусть припекает по-летнему днем; За ночь одну почервонели клены. Вспыхнул осинник багровым огнем Я собираю последние розы. Медлю под вечер в осенних садах. Желтая проседь в плакучей березе. – Это – как снег у тебя на висках. Белым по синему стынут громады Тяжких, как мрамор, крутых облаков. – Это уже холодком, не прохладой… Тише и тише. Теперь ты готов. * * *
Чувствуешь – тело тяжелое За ноги держит земля? Встань, запрокинь свою голову Позднею ночью в поля. Это поля запредельные, Звездный волнистый ковыль. Дальней дорогой расстелена Тонкая млечная пыль. Давит обузою жадною Плечи земная душа. Льется усталость прохладная Белой рекой из Ковша. Что-то дрожит и колеблется. Взмыть бы, вздохнуть и взмахнуть… Крыльями Звездного Лебедя Смерть распахнула твой путь. СТИХИ О ПОЭТЕ
СТИХИ О ПОЭТЕ
Со зрачками пустыми невидящих глаз, Растворяясь в потоке предметов, Он ловил и предметы, и призраки фраз, Проплывавшие где-то в поэте. Во блаженном рассеяньи боком толкнул – Без поклона – знакомую даму, Но запомнил глаза, и пропеллера гул, И огни пробегавшей рекламы Заглядевшись на облачно-синюю твердь, – На араба с летящим бурнусом, – Он едва не обрел себе жалкую смерть Под трубящим слоном автобуса. В направлении смутном куда-то домой Изучал на витринах ненужный Абсолютно ему пылесос и трюмо. Но забыл запасти себе ужин. И когда на углу засветился фонарь Бледной зеленью – газовым светом, – Он, довольный, сосал прошлогодний сухарь. Дописав окончанье сонета. * * *
Земля задыхалась. Но капали В потемки над городом жадным Падучие буквы реклам. Земля задыхалась. По кабелям, – И без кабелей, – в выси прохладной Бил в уши настойчивый гам. Но не было жизни насыщенней, И острей не натягивал нервов И не был бешеней бег. Чем в дни до величия хищные. Чем в еще небывалый и первый, В мой бьющий безумием век. А ночью торжественным пологом Текли по бездонному своду Стихи пламенеющих строф. И только поэты-астрологи Принимали по звездному коду Далекий сигнал катастроф. Поделиться с друзьями: