Пламя Феникса
Шрифт:
Ник осторожно положил руку на плечо Джэкона. К его облегчению, тот не оттолкнул его. У него не было слов — все казались оскорбительными для серьёзности его горя. Соболезнования; пустые обещания. Ничто не облегчило бы и части его боли.
— Я не смогу быть там завтра, — сказал Джэкон, его голос отрывист.
— Я понимаю.
— Мы хотели отпраздновать нашу свадьбу со всеми, когда война закончится. По крайней мере... я был невольным глупцом в этом заблуждении, поскольку думаю, Марлоу знала, что мы никогда туда не попадём.
Смерть Марлоу оставила после себя так много открытых вопросов из-за её дара Оракула. Сам Ник перебирал воспоминания, будто мог пропустить какой-то знак, что Марлоу знала об опасности для своей жизни. Его тошнило до глубины души от представления такого ужаса, зная, что смерть витает, как насмешка.
— Джэк... если тебе когда-нибудь что-то понадобится... у тебя есть дом в замке и друг во мне, всегда. — Ник сжал его плечо и отступил на шаг.
Его взгляд задержался на имени Марлоу, затем на маленьком поле синеглазок, распространявшихся вокруг него. Тория шмыгнула носом, продев руку в его и прислонив голову к его плечу. Ник тоже заплакал. Самые безмолвные раны, режущие его тысячу раз внутри.
Фэйт опустилась рядом с Джэконом, не говоря, просто присоединившись к скорбному молчанию. Рейлан задержался позади неё. Тарли держал Нериду, которая скорбела по Марлоу, получив привилегию знать её короткое время.
Это *была* привилегия. Ник всегда будет нести благословение, которое Марлоу принесла в его жизнь. Предлагая свои знания и доброту без колебаний. Такая душа, которая была потеряна в Марлоу... она была редкой, и это делало её потерю ещё более трагичной.
Зайанна, Кайлир и Изайя держались в стороне, но их присутствие помогало разделить сокрушительную тяжесть горя этих друзей. Семьи. Все они были равными опорами поддержки, и единственный способ пережить то, что грядёт, — это быть вместе.
ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ
Зайанна
Зайанна не могла определить, что она чувствовала, глядя в зеркало. Было странно, как резкая перемена в одежде может изменить тип человека внутри шёлка и кружев. Теперь она была свободна схватить свои эмоции, но они всё ещё беспокоили её. Покалывание в глазах боролось со слезами, и её разум бранил жалкую причину, по которой она хотела плакать.
Возможно, от радости. Если это было то тепло внутри неё.
Зайанна никогда не заботилась о своей красоте, но сегодня — да. Потому что на этот раз это было для неё, ни для кого другого.
Она не торопилась, проводя пальцами по тёмно-фиолетовым акцентам на чёрном платье. Лиф плотно облегал её торс, поскольку бретели не предлагали поддержки, только красивая элегантность ниспадающего фиолетового шёлка с её плеч. Кристаллы давали ей утешение своей иллюзией созвездий — она носила ночное небо, которое она любила, на своём теле. Юбки были длинные и многослойные, переходя от чёрного к фиолетовому.
Зайанна задумалась, не ошиблась ли она, отказавшись от помощи служанок, чтобы подготовиться к этому балу. Платье было таким идеальным, но она не знала, как укладывать волосы, кроме косы для боя, поэтому они были распущены и кудрявые, обречённые раздражать её всю ночь.
Она знала, что время, в которое она согласилась встретиться с другими, уже прошло. Бал должен был начаться к этому моменту — они не стали бы ждать её. Зайанна не могла подавить нервы из-за своей внешности, чтобы покинуть свою комнату.
Всё было для неё чужим. Королевство, в котором она была беглянкой, платье, которое она надела, чувства, узлом затянувшиеся внутри неё. Зайанна уже собиралась сбросить с себя платье и отказаться от бала. Она могла бы укрепиться из теней, если враг нанесёт удар, как они ожидали.
Стук окаменил её позвоночник, и Зайанна развернулась, сделав шаг к двери, чтобы запереть её, прежде чем незваный гость сможет войти.
Она не успела сделать и шага, и был только один человек, который вошёл бы без приглашения.
Кайлир уставился на неё с таким же шоком, как и она на него.
Он выглядел... *Да будут Духи прокляты*, все слова рассеялись, чтобы описать, как прекрасно он выглядел, разодетый в нарядное. Не было ничего, что казалось бы достаточно подходящим.
Он всегда носил свои великолепные пернатые крылья, возвышающиеся над головой. Всё ещё было время узнать, может ли он их скрывать, но пока у него не было успеха. Она любила его крылья, с трудом сдерживая желание провести по ним рукой каждый раз, когда он был рядом. Он был одет во всё чёрное, никакого алого для его королевства, и она задумалась, не избегал ли он этого, потому что не знал, где он принадлежит со своими потерянными воспоминаниями.
— Зай... — Кайлир произнёс её имя на потерянном дыхании.
Она потрогала свою юбку, незнакомая с этими *нервами*, свёрнувшимися, как гноящаяся сущность внутри неё. Не чувствовать ничего могло быть проще, но она не хотела возвращаться в то холодное место.
— Вечеринка началась почти час назад, — сообщил он, моргая, словно вырываясь из транса.
— Я знаю.
Кайлир закрыл за собой дверь. Его глаза не отрывались от неё.
— Тебе не нужно было приходить за мной, — сказала она.
Его улыбка взметнулась у неё в груди. — Там совершенно скучно без тебя.
— Не то чтобы я была тем, кто может внести какую-то жизнь в вечеринку.
Он приблизился, и её желудок сжался. — Твоего общества достаточно жизни для меня.
Кайлир оставил всего несколько дюймов пространства между ними, прежде чем провести лёгкими пальцами под её подбородком, заставляя её поднять на него взгляд. Она не привыкла к такой нежности, но жаждала её от него.
— И к лучшему, что ты ещё не спустилась, — сказал он. — Это даёт другим немного времени насладиться вниманием, прежде чем ты украдёшь его всё.
Зайанна толкнула его в грудь, намереваясь сделать нервный жест от нелестного комплимента, но он поймал её запястье, устранив ту струйку холода, когда притянул её к себе.
— Ты самая невероятная вещь, которую я когда-либо видел. — Он лишил её дыхания одними словами. — Моё прекрасное кошмарное видение.
Он прикоснулся губами к её в единственном глубоком поцелуе, который заставил её на мгновение забыть о своём напряжении.
Кайлир сказал: — Я останусь с тобой наверху, если это твой выбор, но я думаю, тебе понравится музыка, возможно, даже танец.