ЖАНРЫ

Пламя на троих, или Их Стихийное Бедствие
Шрифт:

— Это… — я замялась, не зная, как подобрать слова, а потом вдруг спросила совсем другое: — Сколько раз ты умирал?

— Восемь.

— Восемь?! — снова ужаснулась я, чувствуя, как расползается мороз по коже.

— У меня была долгая и насыщенная жизнь, — криво усмехнулся Тар. — Но это не должно тебя беспокоить. Скорее, Адария, тебе в пору радоваться, ведь я точно увижу любую угрозу. Понимаешь? Любую. Исходи она хоть от живых, хоть от мёртвых.

— А мне есть, кого опасаться? — вздрогнула я, понимая, к чему он клонит.

— А ты считаешь, что нет? — насмешливо вскинул Тар брови.

— И кто же тебя нанял? — подозрительно сузила я глаза.

— Никто, — пожал он плечами и тут же пояснил: — Скажем так, я выполняю просьбу своего знакомого. Просто отдаю долг старому другу.

— И откуда меня знаеттвойзнакомый?

Нет, в том, что Тар не врёт, я не сомневалась. Чувствовалось в его словах что-то такое… Не знаю. Просто во время разговора от него исходила абсолютная уверенность, какая-то непоколебимость, что не давала усомниться в его словах. И всё же.

У нас вряд ли общий круг знакомых с магом Смерти, притом, настолько сильным. А то, что он — один из лучших, и так понятно. Не каждый смог бы сохранить рассудок после стольких смертей. Уверена, таких, как Тар, на самом деле, единицы, остальные маги Смерти гораздо скромнее в своих способностях. Что же касается друзей, на которых он намекает, всё проще и сложнее одновременно. У меня их нет. Значит, в том, почему Тар здесь, кроется что-то другое.

Глава 29

— Так что там с “заказчиком”? — поторопила я его и тут же раздражённо фыркнула, прочитав по его взгляду, что и этот вопрос останется без ответа.

— Сейчас это не важно. Да и имя его тебе ничего не скажет, — твёрдо осадил меня Тар.

— А что важно? — мотнула я головой. — Почему ты сам настоял на этом разговоре?

— Потому что мне не нравится то, что вокруг тебя происходит. Я выяснил кое-что…

— Погоди, — перебила я его, к своему стыду осознав, что забыла первопричину, из-за которой вообще поднялась за ним в номер. — А что ты говорил о моём Хранителе?

— А это как раз одна из причин, почему я не отказал другу, хотя у меня была такая возможность, — серьёзно ответил мужчина. — С твоим Хранителем мы были знакомы. Давно. Ещё когда он был живым, но он этого не помнит.

— То есть, ты хочешь сказать, что Котикаку умер не так давно?! — медленно проговорила я, а Тар громко рассмеялся.

Неуместное веселье мага Смерти меня беспокоило в последнюю очередь. Я лихорадочно пыталась вспомнить, говорил ли Хранитель про свой возраст. И по всему получалось, что нет! Или он тоже не помнил? Скорее всего, второе. Снежок всего лишь упоминал, что оказался в пространственно-временном кармане, впитав знания и магию других Хранителей. И почему я решила, что прошли сотни лет?! Наверное, из-за слов Мастера Шенга, который сказал, что прошлый призыв был чуть больше трёхсот лет назад, тогда-то и были приняты законы об уничтожении Хранителя и призвавшего его мага на месте…

Но ведь Котикаку мог оказаться вместе с другими незадолго до того, как я случайно провела ритуал, просто этого не помнить или не осознавать. А может, дело в том, что время в том месте течёт по-другому, или, вообще, есть и другие причины? Как бы это выяснить…

Тут же всплыли слова Снежка о том, что после того, как закрепится моя связь с мужьями, его магия возрастёт, и он окончательно всё вспомнит. И очень странно, что он не хотел нашего с Таром разговора. Неужели Хранителю есть что скрывать? Неужели онужевспомнил? А может, вообще, его родственники живы? Или…

В этот момент я заподозрила даже кое-что невозможное, но тут же отмела эту мысль, понимая, что как-то слишком уж много допущений в моей теории. Ну, не может Снежок быть четвёртым из братьев Роуч! Или может?..

— Котикаку, Ада? — отсмеявшись, хрипло и очень выразительно спросил Тар, заставив меня вздрогнуть и вырваться из вихря суетливых мыслей. — Почему Котикаку?

— Думаешь, его имя так легко запомнить? — огрызнулась я и, очень сильно постаравшись, всё же воспроизвела полную его форму: — Вообще-то, он Котиакитимакату. И это — единственное, что он помнил после призыва. Но я, как могу, так и называю. Сам бы попробовал это выговорить! Что не так?

— Всё, — снова засмеялся мужчина и спрыгнул с подоконника.

Подойдя к столу, он какое-то время ковырялся в своей сумке, а затем извлёк оттуда какой-то талмуд и, распахнув его на одной из страниц, жестом попросил к нему подойти.

— Смотри, — тихо сказал он, пальцем указав мне на нужное место, и я непроизвольно прошептала вслух:

Ko tiakit ima’katu

В воздухе резко запахло озоном, а под потолком сверкнула синяя молния, тут же впитавшись в мгновенно выставленный Таром щит.

— С ума сошла! — злобно рыкнул мужчина, дёрнув меня на себя и в последний момент закрыв мой рот ладонью. — Теперь я ещё лучше понимаю, зачем тебе защита! Ты сама себя угробишь!

Ой…” — мысленно выдохнула я и тут же поежилась, осознав, что это был не просто набор звуков и букв, что сразу мне напомнило ситуацию, в которой я обзавелась Хранителем. Вот, ничему меня жизнь не учит, блин! Но… Это что же получается? Снежок запомнил не своё имя, а заклинание, из-за которого умер?! Ведь в книге, что Тар так неосмотрительно мне показал, в заголовке прямо над этой строкой, чётко написано: “Заклинание отсроченной смерти”.

Я вздрогнула и тут же смутилась, осознав, что всё ещё стою в объятиях мужчины, плотно прижатая спиной к его груди, а его рука всё также лежит на моих губах, тогда как вторая крепко удерживает меня за талию. И сердца — что моё, что Тара, колотятся слишком сильно. И быстро. От испуга, конечно! А не от того, от чего можно было бы подумать. Так. И что только за мысли мне лезут в голову? Ну, не дура ли?

Я напряглась и дёрнулась, а затем облегчённо выдохнула, потому что маг меня тут же отпустил, но лекцию о том, что не всё нужно произносить вслух, тем более, неосознанно вкладывая силу, прочитал. Мне же оставалось лишь согласно кивать и поражаться тому, сколько граней было у этого мужчины.

За каких-то пару часов, я успела увидеть, каким может быть Тар. То пугающий и холодный, то весёлый и ироничный, а потом вдруг заботливый, но при этом всегда — очень сильный и непоколебимый во всём. Наверное, не будь у меня мужей, сама я выбрала бы именно такого мужчину.

Укол совести, что тут же заворочалась в груди, был весьма ощутимым, и я сразу выбросила эти мысли из головы, отступив ещё на пару шагов.

— Значит, Снежок всё-таки забыл своё имя? — тихо спросила я, вернув нас к теме разговора, от которого мы отклонились. — Но почему ничего не случалось, когда я раньше это произносила? — кивнула я на талмуд.

Поделиться с друзьями: