Чтение онлайн

— Они допустили ошибку, мне это неинтересно. Они ведь даже не порадовались спасению девушки из рук Илантов.

— Полагаю, они не настроены веселиться даже по поводу такого радостного события, — заметил Баоджиан. — Ладно, я передам им ваш ответ. Без сомнения, они сделают вам еще не одно предложение.

— Надеюсь, это не окажет влияния на комфортабельность нашего путешествия в вашем караване?

— Естественно, нет, — с энтузиазмом произнес хозяин каравана. — Но я не в силах запретить воровство и месть. Хотя безопасность — основа моей торговли. — Поклонившись, он удалился.

Рит повернулся к Тразу и Анахо, которые подошли, чтобы присоединиться к разговаривающим.

— Что теперь станем делать? — поинтересовался Рит.

— Ты уже почти мертвый, — печально заявил Траз. — Жрицы — суки. Среди Людей Эмблем было несколько таких. Мы убили их, пока ничего плохого не случилось.

Анахо оглядел Цветок Ката с холодным равнодушием, так, словно осматривал животное.

— Она — золотистая Юао — по-настоящему древний род — гибрид Первых Такисов и Первых Белых. Сто пятьдесят лет назад ее народ стал заносчивым и начал строить самодвижущиеся механизмы. Дирдиры преподали им хороший урок.

— Сто пятьдесят лет назад? Какая продолжительность года на Тскейе?

— Четыреста восемьдесят восемь дней — один год, хотя я не вижу смысла в продолжении дискуссии.

Рит посчитал. Сто пятьдесят лет Тскейя были эквивалентны двумстам двадцати земным годам. Совпадение? Или это предки Цветка послали тот радиосигнал, который привел землян на Тскей?

Цветок Ката в нерешительности посмотрела на Анахо. Потом она хрипло сказала:

— Ты — Человек Дирдиров!

— Шестого сословия. Не меньше чем Безупречный. Девушка повернулась к Риту:

— Они расстреляли торпедами Сеттру и Балисидру. Они хотели уничтожить нас из зависти!

— «Зависть» — неподходящее слово, — сказал Анахо. — Ваши люди играли с запретными силами — вещами, в которых вы ничего не понимаете.

— Что случилось потом? — спросил Рит.

— Ничего, — ответила Юлин-Юлан. — Наши города были уничтожены, и рецепторы, и Дворец Искусств, и Золотые Паутины и вместе с ними все сокровища, которые хранились там тысячи лет. Разве удивительно, что после этого мы ненавидим Дирдиров? Мы ненавидим их больше, чем Пнумов, больше, чем Чашей и Ванкхов!

Анахо пожал плечами:

— Я не участвовал в уничтожении ваших городов.

— Но ты защищаешь их дело! Это то же самое!

— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, — предложил Рит. — Ведь все это произошло двести двадцать лет назад.

— Всего сто пятьдесят! — поправила его Цветок.

— Правильно. Но какое тебе до этого дело? Может, ты лучше переоденешься?

— Да. Я ношу это платье с тех пор, как жрицы, которых я и женщинами называть не хочу, забрали меня из моего сада… Мне хотелось бы принять ванну. Они разрешали мне только пить воду…

Рит стоял на страже, пока девушка мылась, а потом одевалась в одежды жителей степей, которые не делали особой разницы между мужчиной и женщиной. Она появилась, одетая в серые брюки и тунику, и вместе с астронавтом спустилась в общую комнату, а оттуда вышла во двор, почувствовав атмосферу всеобщей напряженности, которая возникла из-за Зеленых Чашей, появившихся меньше чем в миле от постоялого двора. Орудия установили на предназначенных для этого скалах. Баоджиан развернул свои подводы с орудиями к выходу из огороженного двора так, чтобы они могли простреливать все подходы.

Зеленые Чаши не торопились выстраиваться для атаки. Они подкатили свои подводы, выстроили их в длинную линию, установили сотню высоких черных палаток.

Баоджиан в раздражении почесал себе щеку.

— Путешествуя по северо-восточному тракту, мы еще никогда так близко не сталкивались в кочующими племенами. Когда их разведчики видят лагерь, они возвращаются назад и ждут. Мне кажется, нам придется тут задержаться.

На это Великая мать негодующе закричала:

— Ритуал пройдет без нас! Разве могут какие-то Зеленые Чаши стать нам помехой?

Баоджиан в мольбе сложил руки:

— Разве вы не видите, что нам никак нельзя покидать лагерь? У нас недостаточно сил, чтобы сражаться с Чашами в степи!

Кто-то предложил:

— Пошлите жриц вперед, пусть они танцуют свой ритуальный танец с Чашами!

— Пощадите несчастных Чашей, — добавил другой наглый голос.

Разъяренные жрицы ретировались.

Сумерки спустились на степь. Зеленые Чаши разглядывали линию огней, где бродили высокие тени. Время от времени они поворачивались и смотрели на постоялый двор.

Риту Траз сказал так:

— Зеленые Чаши — раса телепатов. Они знают все, что творится у нас в голове. Говорят, иногда они даже читают мысли людей… Я лично сомневаюсь, что это так. Хотя… кто знает?

В тускло освещенной общей комнате (это делалось для того, чтобы Чаши не могли разглядеть силуэты стражников, стоявших на часах) подавали суп и чечевицу — обед, приготовленный на скорую руку. В стороне часть караванщиков спокойно играла в азартные игры. Иланты выпили крепкого вина, а потом стали громко и грубо ругаться, пока хозяин постоялого двора не предупредил, что у него тут есть слуги, которые сумеют навести порядок, и что если Иланты хотят пошуметь, то пусть отправляются шуметь в степь. Трое наемников сгорбились над столом, надвинув шляпы на свои желтые лица.

Общая комната начала пустеть. Рит снял для Юлин-Юлан, Прекрасного Цветка, спальню рядом со своей.

— Запри дверь на засов, — посоветовал он ей. — Не выходи до утра. Если кто-нибудь попробует взломать дверь, стучи в стену, буди меня.

Она посмотрела на Рита через порог с непонятным выражением лица, и Рит решил, что никогда не видел такого зовущего взгляда. Девушка спросила:

— Так вы в самом деле не сделаете из меня рабыню?

— Нет.

Дверь закрылась. Опустился засов. Рит ушел в свою спальню.

Прошла ночь. Следующий день, так как Зеленые Чаши разбили лагерь перед самым постоялым двором, превратился в день ожидания.

Рит с Цветком Ката, следовавшей за ним по пятам, с интересом осмотрел артиллерию каравана — так называемые пескоструи. Он обнаружил, что орудия и в самом деле стреляют расплавленным песком. Их заряжают электростатическими песчинками, невероятно разгоняют их почти до световой скорости, отчего масса каждой песчинки увеличивается в тысячи раз. Поток таких песчинок может разбить на куски огромную скалу, а от избытка тепла может случиться взрыв. Устаревший вариант снаряжения Ванкха, — как решил Рит. К тому же пескоструи были украшены письменами Ванкха — рядами прямоугольников различных размеров и форм.