Чтение онлайн

— Нарратив о железной руке и порядке — он здесь в ходу? — спросил Артём тревожно.

— Да, возможно, что даже очень… не знаю, как бы они его трактовали, конечно.

— Так! Это становится уже слишком шатко. У тебя точно был план? — Артём перестал шептать.

Ткань, что закрывала вход в юрту, чуть приоткрылась, и в помещение заглянула орчиха.

— Простите, позволите мне войти?

Артём поперхнулся, увидев эту девушку. На контрасте с гротескно маскулинными и изуродованными войной мужчинами-орками, она выглядела нарочито красиво.

— Конечно, входите, — сказал он.

В шатёр медленно вошла орчиха. Она была будто тень от надвигающейся бури. Ни слов, ни кивков — только взгляд, тяжёлый и внимательный. Кожа — тёмно-зелёная, словно выжженная солнцем степей, с лёгким отблеском на скулах. Глаза — янтарные, цепкие, как у ястреба. Пара клыков выглядывала из слегка приоткрытого рта, прижимая её пухлые губы. Простое платье, местами затёртое от дороги, обтягивало её сильную фигуру, как вторая кожа. По бокам — глубокие разрезы, обнажающие бёдра с каждым шагом. На шее — ожерелье из многогранных кубиков, каждая грань которых окрашена в красный. Движения — точные, выверенные, без лишней суеты. Она не из тех, кто привлекает внимание — она из тех, кто не оставляет выбора, кроме как смотреть ей вслед.

Эльвира наградила её подозрительным взглядом и обошла по полу кругу, словно чтобы рассмотреть гостью с другой стороны.

В руках гостья держала аккуратно сложенные рюкзак и куртку Артёма. Подойдя ближе к парню, орчиха аккуратно встала на колени и, склонив голову, протянула их как подношение.

Артём забрал свои вещи, и девушка выпрямилась в ровной осанке, но вставать с колен не собиралась.

— Мой отец приносит глубочайшие извинения за то, что напал на вас, — проговорила она низким, но всё же женским голосом. — Также в качестве извинения он отправил меня в услужение вашей воле, миссия, — на последних словах голос девушки как-то неуверенно дрогнул, после чего она вновь глубоко поклонилась, оставшись в этой позе.

Артём вопросительно посмотрел на Эльвиру. Та только показала жест ладонями, чтобы парень выгнал орчиху, и только губами проговорила: «выгони её».

— Знаете, это не обязательно. Возвращайтесь к своему отцу и передайте, что он прощён.

— Но… — орчиха подняла голову, вопросительно взглянув на Артёма. — …это… хорошо.

С непонимающим видом она встала и вышла — столь же эффектно, как и вошла.

— Что это было? — спросил Артём.

— Дикари, — пожала плечами Эльвира. — В общем, продолжай в том же духе. Если что, я попробую помочь в процессе. Я в тебя верю.

— Главное — чтобы они поверили, — Артём перепроверил все карманы куртки и содержимое рюкзака. Смартфона нигде не оказалось, только павербанк для подзарядки гаджета.

— Любопытно.

— Что любопытно? — поинтересовалась Эльвира.

— Не все мои вещи они вернули… — задумчиво ответил Артём.

Спустя ещё несколько часов за парочкой пришёл Босфор. Он очень церемонно поклонился, после чего пригласил человека и эльфийку к пиру.

Выйдя из юрты, Артём увидел, что лагерь значительно преобразился. Никто, конечно, не накрыл десяток-другой огромных столов белыми скатертями, но действительно повсюду стояли небольшие столики, за которыми можно было сидеть только на земле. Повсюду были расстелены ковры, а все столы были богато уставлены кувшинами, фруктами, а также обилием жареного на костре мяса. Конина, баранина, козлятина — эти орки явно любили есть мясо.

Знакомый с детства шашлычный аромат бархатистым бутоном расцвёл прямо в носу Артёма — слюнки потекли практически сразу, стоило только выйти к столам. Повсюду орки, радостные и довольные. Они разливали по глиняным стаканам белый напиток. Маленькие дети бегали кругами. Небольшая группа орчих начала играть на музыкальных инструментах, похожих на флейту, завидев человека.

Все приветствовали Артёма, поднимая бокалы и крича ему восторженные пожелания. Все кланялись, стоило ему пройти мимо. Гул, шум и гам вновь начали давить и вызвали поток тревожности, но этот поток звучно перебивало урчание в животе. Голод брал своё, и Артём смело шёл за Босфором к выделенному ему столу.

Усевшись где-то между Когтеклыком, который не выглядел столь уж довольным, его дочкой и ещё парой грузных орков, Артём окинул взглядом собравшуюся толпу празднующих.

И в этот момент общий шум начал затихать. Многие орки замолкали, устремляя свой взор в сторону человека. Один за другим, словно незримой волной, все вокруг замолчали, и даже музыка стихла. Парень обнаружил себя в центре внимания очень большого количества глаз. Сотни орков сейчас смотрели на него, а он практически оцепенел с какой-то нелепой улыбкой на лице, не совсем понимая, что это произошло.

Пара секунд тишины. Ничего не происходит. По спине Артёма побежали мурашки. Чего от него ждут эти кочевники? Медленно он перевёл взгляд на Эльвиру — та тоже была в лёгком недоумении. Затем он перевёл свой взгляд на Босфора. Тот, увидев непонимание в глазах человека, встрепенулся и, взяв в руки кружку с белым напитком, громко заявил:

— По нашей традиции главный гость празднества произносит первый тост!

Он передал ещё одну глиняную кружку Артёму.

В голове парня, как назло, абсолютно все слова почему-то куда-то пропали. Ни одной идеи, что сказать толпе беснующихся орков в степи по поводу снисхождения миссии их божества на землю.

Нервно сглотнув, парень взял в руки предложенный напиток и поднялся обратно на ноги. Стоя так, держа сосуд с напитком двумя руками, взглядом он словно пытался прощупать, а что ему вообще туда налили. Ком застрял в горле. Ладони вспотели. Словно снова нужно произносить тост на свадьбе человека, которого едва знаешь.

Орки вопрошающе ждали. В повисшей тишине слышно было, как тлеют угли в кострах.

— Что ж… — начал было Артём, думая, что главное — начать говорить, а дальше уж пускай боги решают его судьбу… или один конкретный бог. — Я очень польщён вашим…

— Не слышно! — выкрикнул кто-то с задних столиков.

— Не слышно им… — пробубнил Артём и наконец оторвал взгляд от своей кружки.

Взгляды были полны трепета, ожидания и благоговения. Здесь никто не смотрел осуждающе, никто ничего от Артёма не требовал. Глядя в глаза собравшихся орков, парень на секунду ощутил себя в компании друзей, в семье, которой у него по факту никогда не было.

— Я необычайно рад быть сегодня здесь! — прокричал Артём. — Я верю, что скоро все мы будем жить в лучшем мире! В мире, где нет притеснения! Где каждый — каждому друг, товарищ и брат! Где больше нет войн! Где нет нужды! Где нет места грусти и печали!

Голос парня слегка дрогнул на последних словах. Всё ещё висела звенящая тишина. Нужно было как-то закончить:

— Так выпьем же за то, чтобы этот мир наступил поскорее! — и он поднял свой стакан.

Пару секунд никто не реагировал, все только переглядывались между собой. Но ещё через мгновение толпа словно взревела, поднимая стаканы. От сердца Артёма отлегло — их такое устроило. Парень смело опрокинул стакан и мощными глотками выпил всё, что ему было налито.

Пенный сладковатый вкус наполнил его рот. Струйки белого напитка потекли по краешкам губ, капая на одежду.