Чтение онлайн

— Проблема в том, — не дослушала я Ромку, — что умер он от сердечной недостаточности.

— То есть сам?

— Похоже на то. Хотелось бы выяснить.

— Майя, послушай старшего брата: собирай вещи и возвращайся. В Оврагах этих может быть опасно, тем более если мужика, — Ромка избегал называть Иванова моим отцом, — убили.

— У меня тут защита есть, не переживай! Епифан собственной персоной явился.

— К тебе? — не понял брат.

— Говорит, что нет. Мы ведь не были знакомы, — напомнила я. — Приехал с культурной миссией. Помнишь, Лиза про музей скрипки рассказывала?

Но, кажется, Ромка уже слушал меня вполуха, потому что я услышала, как он позвал:

— Милая, ты в курсе, что Епифан в Красных Оврагах? Как и наша Майя, представляешь?

Послышался шорох, а потом я услышала в трубке Лизавету Степановну.

— Не поняла, — возмущалась Лиза. — Вы что, встретились там?

По всей видимости, моя двоюродная невестка была не в курсе местонахождения Лукина, и это обстоятельство ее разозлило. Она привыкла держать бывшего на коротком поводке.

— Сама удивлена, сказал, что пожаловал с культурной миссией от нашей филармонии, будет нести музыку в массы.

— А тебе-то что? — услышала я справедливое Ромкино возмущение на фоне.

Далее последовала взаимная перебранка, свидетельницей которой я быть не хотела, а потому быстро простилась с Лукиными-Бубликовыми.

Возмущение Лизаветы Степановны было мне понятно: с Епифаном они держали связь, слишком тесную для бывших супругов. Она привыкла знать, не только где и с кем он находится, но и что ест на обед или читает на ночь. Но в этот раз скрипач предпочел не ставить бывшую жену в известность о том, куда направляется. По большому счету, это было только их делом, но что-то не давало мне покоя. Что, если это все как-то связано: гибель моего отца и появление Епифана на родной земле.

От догадки, которая пронзила меня, словно кинжал, я подскочила в кровати. Лукин может быть моим братом! Вот и причина его появления в этом городке: пожаловал за наследством. Почему тогда не явился на похороны? Не отпустили из филармонии? Я схватила телефон, чтобы срочно проверить афишу. В выходные давали сразу два концерта, но узнать, заявлен ли был Лукин в составе оркестра, было невозможно.

Не исключено, что причина игнорирования им похорон могла быть другой. Я стремилась проводить родителя, которого никогда не видела, в последний путь, чтобы закрыть свой гештальт. Не сделай я этого, упустила бы возможность увидеть отца, пускай и в гробу. Лукин же мог успеть свести с ним знакомство при жизни, и в подобных встречах не нуждался, а мог и вовсе их избегать. Например, если успел узнать о сложном характере сестры, которая не очень-то жаловала остальных отпрысков отца, и огромный синяк на моем колене — прекрасное тому подтверждение.

Могли у Епифана быть и другие мотивы. Возможно, никаких родственных чувств к покойному Иванову он не питал и явился сюда из прагматических соображений: за наследством.

Теперь наши случайные встречи с Лукиным казались мне уж очень подозрительными. Он мог следить за мной, это без сомнения. Городок, конечно, крошечный, но не настолько, чтобы ежедневно встречать Епифана на своем пути.

К Зинаиде Васильевне с конфетами я, само собой, явилась по доброй воле, подстроить это он никак не мог, но, вероятнее всего, и не желал: так уж вышло, что в то утро я явилась к старушке с благодарностями. Между прочим, наш разговор об Иванове он внимательно слушал. Может быть, из праздного любопытства, но не исключено, что все это касалось и его тоже.

Допустим, скрипач действительно решил устроить за мной слежку, но непонятно, для чего ему это нужно. Если его цель — наследство покойного, то куда логичнее отправиться к нотариусу и выяснить, причитается ли ему что-то, а не увиваться за мной по пятам. Вот только известно ли скрипачу о том, что отец оставил мне завещание, по которому четко определил, что именно я получу после его смерти, — большой вопрос. Возможно, он ждет, что я обращусь к местному нотариусу с вопросом о наследстве. И что тогда? Скрипач переживает, что в таком случае получит меньше?

Можно предположить, что отношения с Ивановым у него не сложились, а представить такое легко: я и сама не знаю, как отреагировала бы на неожиданное появление родителя, успей он явиться ко мне при жизни. Не исключено, что слышать бы о нем не захотела и захлопнула дверь перед носом, покажись он на пороге.

Допустим, Епифан с Ивановым не общался, он может не знать о существовании завещания и полагать, что я буду претендовать на имущество покойного вместе со всеми. О том, что по документам Аркадий Александрович мне чужой человек, Епифану вряд ли известно. Самому же ему могло повезти больше: если графа об отце в его свидетельстве о рождении не пустует, то он будет являться законным наследником.

Лукин полагал, что после смерти родителя он будет делить все с его вдовой и дочерью, Ярославой, но тут внезапно появляется еще одна дочь, то есть я. Причем не исключено, что узнал он о моем существовании в тот самый момент, когда я появилась у палисадника Зинаиды Васильевны. Учитывая, что мне Иванов отписал квартиру в Москве и счет в банке, вероятно, с некой суммой, человеком он был весьма состоятельным. Один их семейный дом в прекрасном районе Красных Оврагов стоит немало. А значит, для Епифана я автоматически становлюсь преградой, чтобы получить ту долю, на которую он рассчитывал. Уж не собирался ли он меня убить?

То, как он прятался за домом горожанки, недосчитавшейся несушек, казалось мне теперь очень подозрительным. Да и сегодня у больницы мог появиться вовсе не из-за автомобиля, тем более что ожидать его там было совершенно нелогично.

Уж не расправился ли он с несчастным Ивановым из-за этого самого наследства, доведя старика до смерти, а теперь пытается подобраться ко мне?

Поверить в такое было очень сложно, но часто самое невероятное на поверку оказывается правдой. В конце концов, точно известно: у отца, помимо двух дочерей, был еще и сын. Когда я впервые услышала о его существовании, и предположить не могла, что он может быть совсем рядом, буквально на расстоянии вытянутой руки.

Но что, если это все-таки не Епифан, а кто-то другой, чью кандидатуру на эту роль я не рассматривала? Им вполне может оказаться кто угодно, даже Анатолий. По большому счету, это многое бы объяснило. Например, его переезд сюда из Нижнего Новгорода: сын пожелал быть ближе к отцу, которого, возможно, был лишен большую часть жизни, как и я. Не исключен и вариант, что они с Ивановым все время поддерживали связь, и вот настал момент, когда эти двое решили воссоединиться. Вряд ли Аркадий Александрович стал ставить в известность семью, а потому свое родство они держали в тайне.

В нашу первую встречу рентгенолог представился мне просто Толиком и лишь в ответ на мой прямой вопрос назвался Анатолием Феоктистовичем. Что, если это отчество было названо специально, чтобы ввести в заблуждение? Уж очень оно замысловатое и в общем-то вполне похоже на шутку. Если нет и по документам он действительно Феоктистович, а рос долгое время, отца не зная, его мать вполне могла выбрать такой нетривиальный вариант для ребенка. По крайней мере, если верить моей родительнице, она отчество мне тщательно подбирала, как второе имя. Теперь-то, конечно, эта легенда не выдерживала никакой критики, но сам факт подобного подхода имел место быть.