Чтение онлайн

— Так и думал, что от тебя проблем будет больше, чем пользы, — прошипел канцлер, — зачем я только привёз тебя сюда?

Его слова заставили меня вздрогнуть. Что он имел в виду?

— О чём вы? — спросила я, — во дворец я приехала по желанию императора.

Канцлер рассмеялся противным смехом гиены.

— Глупая девка! — рявкнул он, — именно я велел этому никчёмному Гуанли привезти тебя к себе, чтобы проверить, действительно ли ты обладала тёмным даром внушения. Но этот идиот не нашёл ничего лучше, чем устроить представление прямо под носом у повелителя. — При упоминании Цзиньлуна лицо Гоушена исказила ненависть. — Разумеется, мальчишка понял, что тебя можно использовать, и забрал себе.

Так за всем стоял канцлер?! Это из-за него я и Кристиан попали в беду!

— Не смейте так говорить о Цзиньлуне, он не мальчишка, а император царства Ся и ваш повелитель! — потребовала я.

Гоушен насмешливо сощурился.

— Защищаешь своего любовника? — спросил канцлер, — а он ведь приказал тебя казнить.

Слова Гоушена ударили по сердцу, словно острый меч. Мне стало больно, и я почувствовала себя уязвимой. Но показывать это не хотела.

— Вы просто воспользовались его состоянием, — заявила я, — и наверняка обманули. Если бы Цзиньлун знал правду, то никогда бы не принял такое решение.

На самом деле, я не была уверена в том, что говорила, и Гоушен это понял.

— Пытаешься убедить саму себя? — с издёвкой спросил он.

Я не ответила. Сейчас не имело смысла обсуждать поступок Цзиньлуна. Я уже решила, что помогу ему, независимо от того, как он ко мне относился.

— Вам придётся ответить за свои преступления! — сказала я.

В облике Гоушена не появилось ни намёка на страх или волнение, наоборот, его лицо расплылось в хищной улыбке.

— И как же ты собираешься меня заставить? — поинтересовался он, положив ладонь на рукоять меча.

Я сделала шаг назад. Пришло время использовать свой дар. Я заставлю канцлера заснуть, а затем позову охрану.

Я высвободила магический поток и направила Гоушену мысленный приказ:

— Спи!

Но канцлер и глазом не моргнул. Наоборот, он вытащил меч из ножен и сделал шаг ко мне. Я снова отступила и усилила магию.

— Спи! — приказывала я, но Гоушен никак не реагировал, приближаясь ко мне.

Почему мой дар не работал?!

Как бы я ни старалась, сколько бы магии ни обрушивала на канцлера, ничего не помогало. Я сделала ещё один шаг назад и упёрлась спиной в стену. Отступать было не куда, а Гоушен подошёл совсем близко.

— Думала, твой дар тебе поможет? — спросил он, а затем коснулся шнурка на шее и вытащил из-под одежды нефритовый диск. Я сразу вспомнила пустую подушку в сокровищнице. Так вот, что там хранилось. — Эта вещица защитит меня от любых чар.

В этот момент я поняла, что попала в безвыходную ситуацию. Сейчас канцлер меня убьёт, а потом притвориться, что защищался от сбежавшей преступницы, и тогда уже никто не сможет помешать ему отравить Цзиньлуна.

Я должна была испугаться, но этого не произошло. Впервые в жизни я без страха смотрела в лицо опасности. Пусть мне суждено погибнуть, но моя смерть не должна стать напрасной.

Течение времени резко замедлилось, каждая секунда теперь казалась вечностью. Я лихорадочно искала способ вывести канцлера на чистую воду. Мне нужно было оставить какой-то знак или улику, чтобы стражники узнали о намерении Гоушена отравить императора. Но как это сделать?

Мой взгляд метался по комнате. Разумеется, канцлер не позволит мне написать предсмертную записку, нацарапать что-то на стене я тоже не смогу. Как же мне передать послание?

Стоп.

Да, амулет защищал канцлера от моих чар, но я не лишилась своего дара и по-прежнему могла использовать его на других людях. Я сразу вспомнила о Кристиане. Стоило попытаться связаться с ним и рассказать правду о замыслах Гоушена.

Нет, мой брат — ещё ребёнок. Даже если он узнает о готовящемся покушении на императора, всё равно ничего сделать не сможет. Да и вряд ли взрослые поверят его словам. Это не выход.

А что, если обратиться к господину Шэнли? Он всегда был верен императору, и именно начальник охраны отвечал за безопасность Цзиньлуна. Но станет ли Шэнли меня слушать? Для всех я по-прежнему была преступницей. Он мог решить, что я нарочно обвиняла канцлера, чтобы отвести от себя подозрение.

Вот если бы он услышал всё сам…

Я вздрогнула. А почему нет? Если дар позволял мне проникать в сознание других людей, то почему я не могу впустить кого-то в свой разум? Моё сердце забилось чаще, а в душе затеплилась надежда. Я никогда не делала ничего подобного, но сейчас это была единственная возможность остановить канцлера и спасти Цзиньлуна.

Теперь я уже не экономила силы, а резко высвободила магический поток, который разошёлся во все стороны, словно воды реки, прорвавшие плотину. Я прикрыла глаза и быстро нашла Кристиана. Он по-прежнему сидел рядом с господином Шэнли.

Хотя времени было в обрез, я подошла к маленькому яркому огоньку моего брата и нежно коснулась его сияния.

— Прости, что не смогла тебя защитить и подвергла стольким опасностям! Я не справилась с ролью старшей сестры, зато для меня ты был самым лучшим младшим братом на свете. Пожалуйста, не думай, что я бросаю тебя сейчас, потому что люблю Цзиньлуна больше. Вы оба мне одинаково дороги, и, поступая так, я хочу вас защитить. — Передавая послание Кристиану, я надеялась, что он не будет держать на меня зла и однажды сможет понять.

Огонёк брата колыхнулся и задрожал. Но у меня уже не было времени, чтобы его успокоить. Я повернулась к господину Шэнли. Мне нужно впустить его в свой разум, чтобы начальник стражи узнал о намерениях канцлера.

На миг я задумалась. У меня неплохо получалось проникать в разум других людей, но как запустить обратный процесс, я не знала. И возможности потренироваться тоже не было. Придётся действовать наугад и молиться, чтобы это сработало.

Я усилила магический поток, а затем подошла вплотную к господину Шэнли и нырнула в его сияние. Возникло ощущение, словно я оказалась под водой. Воздух стал плотным и густым, и я инстинктивно задержала дыхание. Звуки, которые я раньше слышала очень чётко, теперь стали едва различимы и доносились словно издалека, а перед глазами был только яркий свет, слепивший меня. Я замерла, а затем сделала то, что подсказывала мне интуиция: глубоко вдохнула окружавшую меня плотную энергию. Лёгкие одеревенели, голову пронзила настолько сильная боль, что на мгновение я потеряла сознание.

В следующий миг я очнулась, но уже не была собой. Я ощущала чужое присутствие в своём разуме. Это было странное и пугающее чувство, но оно означало, что мой план сработал. Я распахнула глаза. Канцлер по-прежнему стоял передо мной с мечом в руках.

— А ты упрямая, никак не хочешь смириться с тем, что теперь твой дар бесполезен, — усмехнулся Гоушен. Я не стала с ним спорить. Сейчас мне было важно, чтобы он ни о чём не догадался. А ещё я должна была заставить его раскрыть свои намерения. Тогда господин Шэнли услышит всё из первых уст.