Чтение онлайн

— Что это значит? — получилось слишком тихо, но он услышал.

— Что ты прекрасна и я пал жертвой твоего очарования. Это будет то, что окружающим понять легко. Я ведь все еще скорее жив, чем нет, — Азазель невесело усмехнулся. — Ты принесла пользу Чертогам и сделала счастливым принцепса. Никто не заподозрит, кто ты для меня. И вскоре ты сможешь беспрепятственно уйти.

Я не почувствовал радости. Я вообще ничего не чувствовала, кроме того, как напрягся Аз под моей рукой. Я машинально погладила зверя. Принцепс вздрогнул и закрыл глаза.

Меня не выпустят, если пресветлые узнают правду — что от меня зависит жизнь их «неправителя». На этом балу мы с Азазелем должны скрыть от всех правду.

Не представляю, что дергало меня за язык, — наверное, горечь. Она поселилась во мне с тех самых пор, когда он сказал, что не в силах любить ту, кто желает зла его расе.

— А, может, ты боишься, великий принцепс? Готов умереть, но не принимать то, против чего возражает твоя сущность…

— Или, может, ты не хочешь уходить от меня, девушка, спустившаяся с небес? — он нашел ответ неожиданного легко и тут же подхватил меня на руки.

В противном случае я бы упала — слабость взяла вверх, ноги налились свинцом. Аз сердито рыкнул, потому что, по его расчетам, я должна было приземлиться ровно на него.

Перед тем, как потерять сознание, расслышала Самуэля, который, по своему обыкновению, успел в последний момент:

— Сейчас-то что не так? Ваша митра ей больше не вредит. Все показатели были в норме. Разве что тревожность повышенная.

Азазель снова обнимал меня в своей же постели — и это было чудо как хорошо. Я чувствовала себя невесомой пушинкой и настоящей красавицей одновременно. Все эти дни мне его недоставало. Среди подушек витал аромат стужи и нагретого озона. Значит, недавно он сражался.

Где он проводил ночи, кто украшал его постель, пока меня караулил Аз, — каюсь, много сомнений роилось во мне после того, как мы поссорились. Сейчас они таяли, а тиски, сжимавшие мою грудь постоянным беспокойством, разжимались. Но со стороны, наверное, все выглядело не так радужно — я лежала тихой тряпочкой в счастливом полубессознательном состоянии. Вокруг меня уже полчаса переругивались герцог с Самуэлем.

Меня это раздражало хотя бы потому, что Азазелю в конце концов пришлось встать. Я знала, что он стоит у окна и сверлит старика ледяными глазами. На меня он тоже иногда посматривал, почти с нежностью.

— Смотри, Аз спокоен. Нет причин наводить панику, — увещевал Крысюка герцог.

Но в его голосе не ощущалось обычной уверенности. Он озабоченно потер переносицу. Небесные кущи, я сплю и не сплю одновременно. А еще вижу с закрытыми глазами.

— Леди сильно ослабла за каких-то полчаса, что мы с ней провели раздельно. Либо сказались несколько дней напряженной работы, либо вы чем-то сильно ее расстроили. Что толку сверяться по Азу? Он улавливает ее эмоции, и сейчас ей вполне сносно.

Принцепс приблизился к кровати и опустился подле меня на ковер. Я знала, что он не сводил с меня взгляда. У них с барсом даже повадки похожи.

— А, может, и то, и другое. И что-нибудь третье, что мы с тобой не учли, — устало сказал он.

Моя рука сама потянулась в его сторону. Мне нужно его тепло, оно меня успокаивает — какая ирония, что тепла-то в нем и нет. Оба пресветлых резко замолчали.

— Есть у меня подозрение, переходящее в уверенность. Госпожа категорически не принимает наш мир. Особое разрешение дано Древом, статус более чем подходящий, но она не может существовать здесь сама по себе. Поэтому она не выпускает из рук Аза и так старательно взялась за ваши поручения. Вы единственное связующее звено между ней и Чертогами. Без вас наш мир для нее губителен. Старик помолчал, подумал еще полминуты и изрек:

— Она держалась из последних сил, но вы снова сделали что-то, чтобы оторвать ее от себя.

Словно в подтверждение его слов, Аз глубоко и угрожающе зевнул. А мне все-таки удалось поймать кисть Азазеля и переплести наши пальцы. Дышать стало гораздо легче.

— Фелиция более всего на свете хочет вернуться домой, но, чтобы дожить в нашем мире до этого момента, ей нужен я, — прозвучало скорее как утверждение.

— Она ваша жена, другой привязки к Чертогам у нее нет, — заметил старик. — Подошла бы физическая близость, общий ребенок. Даже когда вы просто спали рядом, подозреваю, что сил у нее было больше. Сейчас за вас отдувается Аз.

Барсу надоело, что о нем отзываются в третьем лице, как о вещи. Он поднялся из-под письменного стола, куда утрамбовался всей своей задней половиной, и демонстративно покинул спальню. Похоже, решил, что с меня достаточно и Азазеля.

— Замкнутый круг. Я ограничился поясом, который гарантирует моей жене защиту моих же ипостасей и заступничество Пурпурного дома, и не пошел дальше. У меня тоже есть предел. После совместной ночи я не смогу ее отпустить, это физически станет невозможно.

Сморщенное лицо Самуэля скукожилось еще сильнее.

— Вы готовы отказаться от нее и медленно гибнуть вдали… Невероятно благородно. Но неувязочка, такими темпами она загнется раньше.

Откуда все же взялась эта способность наблюдать за ними с закрытыми глазами? Мне сейчас доступно все, что видит герцог?

— Значит, придется отправить ее домой раньше, чем я планировал. Раньше, чем разберусь с Левиафаном. Сразу после бала. Однако с поединком медлить нельзя. Желательно подстроить ему ловушку как можно быстрее.

Самуэль чуть не лопнул от возмущения. Он прямо подпрыгивал, чтобы казаться внушительнее.

— Да вы ли это? Своего ядовитого братца вы, допустим, уничтожите на эмоциях — завернувшись в белоснежную митру и радуясь, что хватило духу выпроводить на все четыре стороны свою единственную. Но, между прочим, я говорю — допустим. Потому что до сих пор это вам не удавалось. И мы предполагаем, что сразу после разлуки вы испытаете прилив адреналина, который окажет на вас положительное воздействие. Не путать с отчаянием. Но дальше-то последует неминуемый откат. И в каком виде вы подойдет к войне с демонами, я даже предположить боюсь. Наверное, мы выведем вас к постаменту первой схватки под белые рученьки — чтобы не падали. Вот Сатаниил посмеется…

По-моему, Крысюк — все же единственное живое существо, которое может позволить себе с Азазелем такой тон. Я огрызалась на него, только когда он меня задевал. Самуэлю же претило намерение Азазеля себя угробить. Если честно, меня оно тоже начало подбешивать.

— Ты забываешь и забываешься, — отрезал пресветлый лорд. — Возьми себя в руки.

— Что не так, мой господин? Вам не нравится, что я напоминаю вам о долге? Я тоже привязался к Фелиции. Она упрямая, как ослица. Работящая и целеустремленная. Ей бы замок какой из руин поднимать. Не чета капризным моннам. И я ей сочувствую — не каждая девушка выдержала бы и день на ее месте. Но, кстати, не представляю другую человеческую женщину, которая бы отважилась на нем оказаться. И, тем не менее, жизнь могущественного принцепса и жизнь этой девушки не сопоставимы по весу. Ваше поражение повлечет за собой падение целого мира. Если Ад возьмет над нами верх, вымрут целые народы. В том числе ее собственный.