Чтение онлайн

Волчица гордо проследовала мимо побоища и миновав парк, протиснулась в небольшую дверцу в стене замка. Я затаив дыхание ждала с нетерпением, когда же мне будет позволено выйти из этого волчьего плена и получила наконец-то свободу, едва волчица переступила порог княжеских покоев.

Обнажённая я рухнула на каменный пол перед ногами знахарки, что задремала у люльки со спящим в ней Владимиром. От шума старуха очнулась и охнув поспела подать мне халат.

— Ну и удрали черти хвостатые! Чтоб их! Дитя корми скорей, от голода вспух аж, на материнской груди с первого мгновения и к тюре ведь вовсе не приученный! — ворчала вовсю знахарка, подсовывая мне дремавшего сына с заплаканным личиком.

От жалости к сыну сердце моё тоскливо сжалось. Приложив Владимира к груди, успокаиваясь выдохнула, когда он жадно впился в сосок и начал жадно сосать молоко. Я любовалось сыном и виновато поцеловав его во взмокший лобик, оглянулась на двери. Ни северного волка, ни князя так и не было, он остался там в парке. Верно, должен был разобраться с телами убитых им людей, что оказались нелюдями.

— Пойду я, — произнесла знахарка, неожиданно поцеловав меня в лоб, и ласково проведя ладонью по голове Владимира, она пошла к выходу.

— За что они так? — спросила я вслед уходящей старухе. — Этот мальчик, я была к нему так добра...

Мне было по-прежнему бесконечно жаль этого ребёнка, верно, ставшего таким по воле взрослых.

— Мне то почём знать? — горько пожала плечами и вновь пошла по покоям к выходу. — Я ведь с ними всеми не зналась. Лечила только. Телепня ты! Дитя корми с добрыми мыслями, а то нутро скрутит ему от твоей печали.

Знахарка ушла, оставив меня с сыном наедине. Покормив Владимира, я устроилась с ним на соломенной кровати, прижимая к себе. Не было у меня сил вернуть сыночка в его люльку. Так и заснули рядом и мне было тепло даже невзирая на то, что огня в камине давно не было.

38

38

С рассветом я проснулась оттого, что рядом завозился вновь оголодавший сын. Князя Святослава всё не было и с тревогой я хотела поспешить сделать все дела, чтобы отправиться на его поиски по замку и княжеству.

«Не стоит этого делать,» — лениво отозвалась волчица, сидевшая теперь внутри меня.

Вспомнив о ней, о том, что меня обернул северный волк, я с сыном у груди подбежала к зеркалу. Там у спящих кустов с розами я касалась своей шеи, ища смертельные раны, но не лица. Живя в замке пленницей северного волка, я давно забыла о том, что носила на лице печать страшной чёрной болезни коснувшейся меня в детстве и отнявшей жизнь матушки. Святослав, и все, с кем я общалась, словно не замечали моего увечья, так и я о нём позабыла. Теперь же эти следы исчезли, кожа на щеках была одинаково гладкой и тронута румянцем. Всё, как и говорила Юния, она же твердила о том, что князь меня избавит от этих шрамов и малышка София, а я восприняла тогда слова сестры за безумие, а детские за шалость. Глядя в своё отражение, я поняла и остальное. Ко мне вернулась утерянная память. Яркими картинками в воспоминаниях пролетали забытые мгновения моей жизни.

И тот мальчик, Томило, на вид безобидный и столь жестокий на самом деле. Моя первая служанка в замке, Касиния, подавшая ведро и отправившая на верную гибель к реке, а после молящая о пощаде и твердившая, что это не она. И то суровое отношение ко мне Великого князя при нашей первой встрече. Его вопрос что я была бы готова отдать ради красоты...

«Получается, я ничем не оплатила вернувшийся мне милый лик...» — подумала я и получила ответ волчицы.

«Оплатили свободой, княгиня,» — ответила она, её голос в ушах звучал так странно, в один момент казался совсем мне чужим и в тот же миг ласкал мой слух невзирая на надменность.

— Верно, — согласилась я о свободе, и вовсе не о той которой лишил меня северный волк. Теперь моя жизнь принадлежала волчице.

Немного подумав над её словами, добавила;

— Только я вовсе не княгиня, — произнесла я с нескрываемой уже горечью, а волчица внутри меня встрепенулась.

Князь, освобождённый уже много дней от долга и получивший от Ариуса дозволения на брак, не спешил со свадьбой и объявлять меня своей женой, княгиней.

— Немного терпения, мой свет, — ответил внезапно вошедший в покои князь.

Владимир, увидевший его, тут же отпустил мою грудь и, потянул радостно руки к улыбающемуся отцу. Святослав принял у меня наше дитя, и я, запахнув халат, я могла теперь заплести распущенные из-за оборота косы.

— Мы вновь будем ждать весны? — осторожно поинтересовалась я, присаживаясь у зеркала с двумя обманчиво чёрными лентами в руке.

— Нет, — рассмеявшись, ответил Святослав.

Он улёгся на кровати с Владимиром и мило с ним возился.

— А чего же тогда? — не унималась я.

То, что во мне было скрыто под робостью и нежеланием перечить Великому князю с наступлением оборота вдруг не знало удержи. Я была готова требовать своего законного статуса жены и едва держалась. И здесь же мне не верилось, что это я. Верно, то влияние волчицы.

— Нужно казнить предателей, не хочу омрачать светлый праздник таким событием. Решим всё с этим, а после и свадьба, — сурово ответил Святослав.

— Там их столько было, тьма! И неужто это не все? — испуганно спросила я.

— Вы вспомнили, кто подал вам то ведро и к реке отправил? — спросил Святослав.

— Да. Вы были правы, то была Касиния и этот мальчик...

— Лучник, — перебил меня Святослав, видя мою печаль о погибшем ребёнке.

Как ни старайся, а я не могла вины его признать, не будь над ним наставника, он бы на такое не дело не отправился.

— Да. И повар, они все слышали и знали, что я пойду не по воду, а за верной смертью.

— Изгнав их, я только дал им шанс закончить желаемое. Они хотели вас убить, мой свет и сделали это. Ваше сердце издало последний удар, когда волк подоспел, — с горечью произнёс Святослав, бросив на меня взгляд полный страха и печали.

— Я подожду столько сколько нужно, только обещайте быть осторожны. Вас, таких как мы, ведь можно убить? — со страхом спросила я, только легче мне было знать, к чему быть готовой.

— Раненный волк, обернувшись человеком, сможет выжить только, если раны несерьёзные, или же выживать, как это сделала хитрая знахарка, оставшись в облике волчицы. Лишь излечив волка обернуться человеком. Убить же оборотня ранив человека, уже невозможно. Даже старому волку хватит силы справиться с любыми человеческими ранами.

Кивнув Святославу, я немного успокоилась. Добавила уверенности ещё и знахарка, которую я выходила совсем недавно. Да, она была слаба, что в облике волчицы, что в облике человека, только жива, а это было для меня главное.

39

39

Ждать возвращения князя пришлось недолго. Нескольких дней северному волку хватило, чтобы взять след и догнать бежавших вглубь леса предателей. По понятным причинам до самого княжества он привёл лишь одного человека — служанку Касинию. Под оскалом чёрного волка и страхом смерти она шагала по мосту сама. На её грязным от сажи лице были видны светлые полосы от слёз, но в моём сердце не нашлось для этой девицы ни капли жалости. Встречая её, я лишь гордо подняла голову подобно волчице, сидевшей внутри меня.