Чтение онлайн

Просто выживи, Джемма. Я вернусь за тобой.

– Тобиас? – Прошептала я. Слова звучали странно в собственных ушах. Тягуче, невнятно. Я провела языком по нёбу и зубам, выискивая камешки. Звучало, будто во рту перекатывали гальку, отчего речь захлебывалась.

– Нет. Не Тобиас. Я здесь, чтобы дать тебе дозу. Ричард велел держать тебя под седативами до его возвращения, чтобы ты не орала.

Девчоночий голосок донесся следом: – Чего это ты тут?

Глаза не открывались, пока я пыталась понять – сплю или бодрствую. Боялась приоткрыть веки, но утешало одно: ни один голос не принадлежал Ричарду.

– Ты как выбралась из комнаты?

Легкий, женственный голосок зазвенел в ушах – она отвечала тому, кто склонился надо мной. Я чувствовала исходящее тепло, и часть меня жаждала прижаться к нему. Мне было холодно. Леденяще. Кровь стыла в жилах. Вены будто промерзли до хруста. Я точно дрожала.

– Дверь опять не заперли, вот и забрела.

Теплая струя воздуха коснулась лица – незнакомец отстранился. Я медленно приоткрыла один глаз, пытаясь привыкнуть к яркому свету стерильно–белой комнаты. Голова лежала на полу – я вспомнила, как сползла с матраса в прошлый раз, когда очнулась... из–за того, что на нем делали. Сколько я так пробыла? Сознание меркло и путалось, будто я снова в ловушке у Ричарда.

Пол казался нежным на ощупь, но сомнительное удобство тошнотворно отдавалось в животе. Я боялась копаться в памяти, чтобы вспомнить, что случилось.

– Ну и кому ты на этот раз ножки раскрывала?

Девчоночий смешок приковал внимание. Когда глаза наконец свыклись со светом, я уставилась на нее. Она была хорошенькой, даже в безликом платье, и явно моей ровесницей. В ней чувствовалась невинность, до боли знакомая мне.

Ее пепельно–русые волосы с пробором ниспадали легкими волнами на плечи. Серый халат туго перехватывал хрупкую талию, а босые ноги бесшумно скользили по белоснежному, пушистому полу – будто она невесома. Редкие веснушки на переносице поблекли, кожа отливала фарфоровой бледностью – словно годами не видела солнца. Но по–настоящему приковали взгляд длинные розовые шрамы, змеившиеся по ее предплечьям. На миг кольнула зависть: я всю жизнь прятала шрамы на запястьях под рукавами, даже в духоту. А эта девчонка? Закатала рукава халата до локтей, выставив шрамы напоказ – словно трофеи. Узкие, приподнятые, розовые полосы сверкали на ее нежной коже, как алмазы в пустыне.

Я захотела стать ею.

Не только потому, что она, казалось, гордилась собой и дышала уверенностью, но и потому, что стояла в дверях и могла свободно бродить по коридорам, не вызывая вопросов.

Мужчина в черной медицинской форме скрестил руки на груди, взирая на нее в ожидании ответа.

– Завидуешь, что не раздвигала для тебя ножки, здоровяк? –Пожала плечами она.

Я прищурилась, притворяясь спящей, пока он нависал над ней. Она не дрогнула ни мышцей. Кто она? Он склонил голову, покачивая шприцем, предназначенным мне.

– Может быть. А может, воткну это в тебя и трахну бездыханную, крошка.

Я прикусила язык. Он делал это со мной? Нет. Ричард не позволил бы. Или... позволил? Сердце забилось вразнобой. Отчаянно хотелось рвануться к открытой двери – но ноги онемели. Тело ныло мурашками, словно отлежала.

– Не посмеешь, – девушка выпрямилась, лицо – непробиваемая маска. – Ведь тебе нравится моя дерзость слишком сильно, чтобы так поступить.

Я уловила игривый изгиб ее губ. Мужчина клюнул. Он закатил глаза.

– Сматывайся в комнату, пока не влетело за твои прогулки.

– Кто это? – Я резко сомкнула веки, изображая сон, но чувствовала – она заметила мой взгляд. Движения были слишком вялыми. Целые минуты утекли, пока ресницы сомкнулись вновь.

– Свежачок. Не твоя забота. Вообще, этот этаж ниже – не твоя забота. Сколько раз тебя ловили здесь? Черт побери, персонал психушки просто заворожен твоими чарами.

– А ты не заворожен? – Я вновь приоткрыла глаза, услышав шорох ткани. Едва не поперхнулась, увидев, как девушка шагнула ближе, проведя рукой по его щеке. Шершавый звук щетины о кожу. Ее губы висели в миллиметре от его губ. – Помнишь, что было в прошлый раз, когда мы слишком приблизились?

Взгляд мужчины рванулся к ее рту, но я резко перевела внимание на его руку, двигавшуюся между ними.

Неужели она...?

– М–м, помню, – прошелестела она. – Интересно, что было бы... если бы нам не помешали?

Я медленно отпрянула, морщась от тумана в голове. Его руки впились в ее узкие бедра. Он запрокинул голову, вены на шее вздулись, когда ее рука нырнула к его ширинке.

– Черт! Хватит. Тебе нельзя так себя вести.

– Может, остановишь меня? – Ее рука ускорилась внутри.

Что происходит? Сознание путалось, но отвести взгляд я не могла. Эта девчонка... другая. Бесстрашная. Решительная. Сначала казалась милой – детский голосок, невинность, как у меня когда–то. Но теперь сквозила жесткостью и опытом.

Я разинула рот, когда его бедра задвигались в толчках. Ее глаза метнулись в сторону – не возбуждение, а отражение ужаса, хотя секунду назад казалось иначе. Именно тогда она поймала мой взгляд. Моргнула раз. Замерла. Потом тряхнула головой – тсс.

Другая ее рука потянулась назад. Я вытаращилась, видя, как она утащила что–то из его кармана в свой. Он, ослепленный ее лаской, ничего не заметил. Веки были сжаты, бедра ходили ходуном. Хриплые всхлипы вырывались изо рта. Я захлопнула глаза, когда прорвался его страстный стон:

– Маленькая бестия.

– Чего ждать, если держат в клетке, пичкая белыми таблеточками для счастья? – Искусный стон сорвался с губ. – Да и... нравится, что ты мне подвластен. Приятно иногда держать поводок.

– Боже... – В голосе слышались отчаяние и восторг. – Не ты держишь поводок.

Ах вот как? Но именно она держала. Отвлекала, чтобы стащить. Неужели это реально?

– Блять... – сдавленно вырвалось у него.

– Шевелись, кто–то идет.

Его дыхание участилось, послышался хриплый стон – и воцарилась тишина. Дыхание выровнялось, а я уловила тихий смешок, прежде чем он пробормотал:

– А теперь – марш в комнату.

– Спасибо не скажешь? – Игривая нотка звучала в ее голосе. – Это за то, что не сдал меня за прогул. Пока, большой мальчик.

Громкий выдох прокатился по комнате, хлопнула дверь. Я приоткрыла глаза спустя пару секунд – и отшатнулась, крик застрял в горле. Надо мной стоял тот тип – лицо пылало багрянцем.

– Заткнись нахрен. – Он навис надо мной. – Только так ты здесь выживешь.

Он снова воткнул иглу. И на один миг я почувствовала благодарность.

***

Комната снова поплыла перед глазами, будто я каталась на карусели.

Он был здесь.

Тихий голосок в глубине моего сознания заставил волоски на руках встать дыбом. В темноте моего разума шевелилась тень, готовая вырваться на свет вместе с этим предупреждением. Как будто сломанная часть меня, которую слишком долго заталкивали вглубь, теперь поднималась, чтобы я успела подготовиться. Но вместо того, чтобы готовиться, я снова загнала её обратно.