Плохие мальчики никогда не влюбляются
Шрифт:
В ушах что–то зазвенело, и я снова открыла глаза, ощущая противный привкус рвоты на задней стенке языка. Дверь была открыта, и я увидела Ричарда, стоящего там с кровью, капающей с его руки. Это я сделала? Я облизала губы. Да, это я. Я укусила его.
– Хорошо. – Мой голос прозвучал громче, чем я ожидала, и он на секунду обернулся на меня, прежде чем перевести взгляд на кого–то ещё. Комната казалась туннелем, и искра надежды вспыхнула в груди, когда я мельком увидела размытый бордовый галстук.
– Исайя? – Мои глаза расширились, и из груди вырвался прерывистый вздох. Я вообще могу дышать? Я застонала. Дышать было трудно. Грудь болела от бешеного стука сердца внутри.
Подождите. Я несколько раз моргнула, пытаясь вернуть комнате устойчивость.
– Может, кто–нибудь остановит эту чертову карусель? – Закричала я, но мой голос звучал странно – хрипло. Горло болело.
– Это не твоё дело, пацан. Я сменил поставщиков по нескольким причинам, одна из которых – Охотник поднял цены. Даже не думай, что я теперь тебе что–то должен. Я никому ничего не должен. Скорее уж наоборот.
Охотник.
– Помогите! – Закричала я, пробиваясь сквозь туман в голове.
– Я понимаю, что вы говорите, но у меня есть для вас предложение.
– Бэйн? – Мой голос прозвучал хрипло, когда я узнала этот голос.
Ричард резко повернулся ко мне, в то время как Бэйн сделал шаг внутрь комнаты. Он замер на пороге, и когда наши взгляды встретились, его глаза на мгновение расширились, прежде чем он обратился к Ричарду:
– Тебе нужен Исайя, верно?
Я зажмурилась, пока Ричард поворачивался ко мне спиной. Все вокруг плыло, как радиоволны сквозь помехи.
– Я могу привести его сюда, – продолжал Бэйн. – Он придет за Джеммой. И отца приведет. Он знает, что это я предоставил доказательства их связи. Охотник тоже в курсе, что ты сменил поставщиков. Они захотят крови.
– Нет... – мое собственное слово эхом отозвалось в голове. Это я сказала?
Оба – и Ричард, и Бэйн – уставились на меня. Я ощущала их взгляды кожей, даже не видя четко.
– Бэйн, нет, – повторила я, пытаясь поймать его взгляд. Его губы беззвучно сложились в слова: «Все в порядке. Тсс».
Что? Словно та девушка снова передо мной. Это вообще реально?
Я закрыла глаза. Слишком много всего. Чем дольше смотрю – тем сильнее тошнит. Не хочу больше видеть ни его, ни Ричарда. Не хочу верить услышанному.
Бэйн правда приведет Исайю?
Ричард убьет его. Как убил мою мать... и Тобиаса.
Убьет и Исайю.
Слезы текли по лицу. Я слышала свои рыдания, хотя тело будто парило в пустоте.
Что–то было не так. Чувствовала тело – и одновременно не чувствовала.
Выживи, Джемма.
Что?..
Это ненадолго.
Галлюцинации.
Первый голос – точь–в–точь Тобиас. Второй – будто Бэйн.
Но ни один не стал бы меня подбадривать. Один мертв. Другой продал меня дьяволу.
Глава 25
Исайя
– Я не стану ждать. – Стул, на котором меня удерживали, с грохотом опрокинулся, когда я резко поднялся на ноги.
Дядя нервно шагал взад–вперед, грызя ноготь. Его зеленые глаза – точно такого же оттенка, как у Джеммы – резко остановились на мне, и меня чуть не вырвало. Теперь, когда я знал, что она его дочь, этот цвет стал для меня пыткой.
– Ты будешь ждать, Исайя. Здесь решается нечто куда важнее твоего эго. Садись.
– Это не про эго, Тейт! – Кровь ударила в виски. – Прямо сейчас он, наверное, трахает ее! Она кричит о помощи, а рядом нет никого, кто спас бы ее!
– Думаешь, я сам об этом не думал? – Вена на лбу дяди пульсировала, когда мы сошлись грудью к груди. В кабинете, кроме нас, никого не было – Брентли и Кейд готовили снаряжение, а Слоан и миссис Фитц оставались с медсестрой, чтобы не сорвать план еще до того, как мы ступим на территорию Ковена. – Она, черт возьми, моя дочь! И именно из–за меня эта девчонка оказалась в лапах Ричарда Сталларда! – Он резко развернулся и ударил кулаками по столу. Папки с грохотом слетели на пол. – Все пошло под откос. С той самой минуты, когда Эмили попала в ту ловушку... Не удивлюсь, если твой дед знал, что она беременна моими близнецами. Наверняка специально подставил ее, позволив мне думать, что я делаю доброе дело. А сам смеялся в сторонке, наблюдая, как я теряю все.
– Я не доверяю Бэйну, – проигнорировал я его откровения о мерзостях деда. Мой отец был его точной копией. Может, когда–нибудь позже мы с дядей и смогли бы посочувствовать друг другу из–за пережитого кошмара, но сейчас нужно было спасать нашу девочку.
Нашу девочку.
Грудь сжало, будто тисками. Да, все было хуже некуда. Джемма и я были обречены сгореть дотла с момента нашей первой встречи. Паутина лжи и грязи раскинулась еще шире, сплетаясь с ужасами прошлого. Мы оба оказались втянуты в эту игру против своей воли.
И когда все закончится... я не буду достоин ее.
Я убью Ричарда. Сожгу Ковен дотла. И если мой отец окажется внутри – тем лучше. Мне плевать. Нелюди заслуживают нелюдской участи.
Дядя повернулся ко мне:
– То, что ты сказал про Джорни и Бэйна... Это правда?
– Разве это важно? Шантаж сработал. – Я сделал паузу. – Если только он не ведет свою игру. Я не верю ему. Он мог лгать. Нам нужно ехать в Ковен.
– Мы должны дождаться Джейкоби!
Как только дядя проговорился, что мой старший брат работает в ФБР, мы сразу позвонили ему. Первое, что я выпалил, услышав его голос в динамике:
– Где Джек?
Оказалось, с ним все в порядке. И хотя я ненавидел брата годами, а наш первый за долгое время разговор состоялся лишь на днях, когда я заявил, что он в долгу передо мной, и потребовал, чтобы он взял Джека под опеку, ведь он его брат не меньше, чем мой, и где–то в глубине я все же доверял ему. Лучше уж Джейкоби, чем где–то рядом с отцом, когда тот поймет, что я его предал.
– Без обид, но мне плевать на планы ФБР по задержанию моего отца, Ричарда или относительно Ковена. Меня волнует только Джемма, и тебя должно волновать только это!