Чтение онлайн

– Я постараюсь.

– Хорошо, - отец целует меня в макушку.
– Давай, праздновать что ли, - уже веселее продолжает он.
– Развели тут, понимаешь, грусть - печаль, а у кого - то между прочим день рождения.

– У кого - то между прочим отпуск на носу, - подхватит его тон, говорю я, пересаживаясь на стул и отправляя в рот первый кусочек торта.
– Я про Веру, - уточняю, поймав недоуменный взгляд отца.
– В конце августа. И представляешь, она собралась его провести, помогая мне устроиться в Питере?! Как будто я там чего - то не знаю. А голос у самой уставший - уставший, - нарочито грустно добавляю я.
– Может хоть ты её вразумишь?
– с надеждой в голосе обращаюсь к нему.
– Хотя одна, она, наверное, никуда так и не поедет...

– Я поговорю с ней, - кивает отец.

Не сдержавшись, расплываюсь в улыбке. Отец, заметив, что я повеселела, тоже расслабляется. Мы ещё сидим с ним около часа, уплетая торт, потягивая кофе и вспоминая смешные моменты из моего детства.

*****

– Дима! Мне совсем это не нравится! Мы договаривались о другом!
– как же я зла на него! Внутри всё кипит от возмущения. Ему всё - таки удалось выманить меня на эту чёртову дачу!

Он звонит около трёх часов. К тому времени я уже даже начинаю нервничать. Хочется поскорее поговорить с ним. Извиняется, говорит, что вернулся из Абакана накануне почти ночью, и ему понадобилось время, чтобы подготовить для меня задуманный сюрприз. Пытаюсь унять его пыл, что - то мямля о том, что не стоило, но он решительно перебивает меня:

– Стоило, Поль, не спорь. Скажи лучше, ты готова?

– Конечно, - вздыхаю я.

– Отлично. Сейчас приедет такси, которое тебя довезёт ко мне.

И я усаживаюсь в это чёртово такси, искренне полагая, что спустя минут двадцать окажусь в хорошо знакомой квартире Димы и Марины. Последняя как раз звонит мне, как только машина отъезжает от дома. Мы не успеваем договорить с подругой, как мобильник издаёт характерный писк, вырубаясь. Вот же! Совсем забыла о том, чтобы подзарядить телефон. Бросив взгляд в окно, понимаю, что мы едем в противоположную от нужной сторону.

– Извините, - обращаюсь к таксисту, - куда вы меня везёте?
– а внутри прошибает от острого чувства страха. И пожилой мужчина со смешно топорщащимися усами в этот момент кажется мне личностью с явно - выраженными маниакальными наклонностями.

– Так, это, по адресу, - насторожённо покосившись на меня, отвечает он.

Таксист тут же называет адрес, и я понимаю с облегчением, что он не маньяк, и с мгновенно вспыхивающим раздражением, что Дима ждёт меня на даче. И телефон, как назло, сел! Так бы позвонила и высказала ему всё, что я в этот момент думаю о его выходке. Первая мысль, плюнуть на всё и вернуться домой. Но сдерживаюсь, нужно поставить точку. Сегодня!

И вот я стою перед Димой, ругая его, не сдерживая раздражения. Он лишь улыбается виновато в ответ, обнимает меня за плечи, просит:

– Поль, ну не шуми. Просто захотелось сделать сюрприз.

Раздражение уходит, сменяемое чувством вины. А уж когда я вижу, как именно Дима подготовился...

В гостиной накрыт небольшой столик, стоящий возле дивана: фрукты, сладости, шампанское. Даже свечка в подсвечник воткнута. Блять! Дотянула. Дура, как есть дура!

– Дим, надо поговорить, - начинаю я.

– Ага, - кивает он, хватая бутылку шампанского.
– Успеется ещё, - улыбается мне, начиная возиться с пробкой.
– Сначала поздравления. Всё - таки «день рождения только раз в году», - начинает напевать он.

У меня с каждым новым Димкиным словом настроение всё паршивее. Руки дрожат от напряжения, и я прячу ладони в задние карманы джинсов. Обращаюсь к нему ещё раз, стараясь, чтобы голос звучал как можно решительнее:

– Дим...

Хлопок. Пробка вылетает из бутылки с характерным звуком, и в ту же секунду меня окатывает струёй шампанского. Я только и успеваю, что отшатнуться назад, запинаясь в итоге о боковину дивана и падая на него спиной.

– О, чёрт!
– слышу громкий возглас Димы. Он закрывает горлышко бутылки ладонью, лихорадочно оглядываясь по сторонам, пытаясь сообразить, что делать. Убегает на кухню, через секунду слышу, как бутылка опускается в раковину.

Поднимаюсь с дивана, оглядывая себя: топ спереди мокрый почти насквозь, джинсы тоже изрядно уделаны брызгами шампанского. Дима появляется в гостиной с полотенцем в руках. Тянет ко мне руки, пытаясь вытереть капли, попавшие на лицо, виновато приговаривая:

– Прости, Поль, рукожопа.

– Да не трогай ты меня!
– выкрикиваю раздражённо, отбирая у него полотенце. Но почти сразу бросаю его на диван - топ сушить надо, желательно предварительно постирав.

– Так, давай, успокоимся немного, - подняв руки вверх в примирительном жесте, размеренно произносит Дима.
– Я поищу, во что тебе можно переодеться, потом поговорим. Окей?

– Хорошо, - соглашаюсь я.

Дима уходит на второй этаж. Вытираю полотенцем столик и пол вокруг него. Успеваю прополоскать его в раковине и развесить сушиться. Подумав, достаю из кладовки гладильную доску и утюг. Попробую посушить с его помощью топ.

– Поль, - зовёт меня Дима. Возвращаюсь в гостиную, он суёт мне в руки белый комок.

– Вот, держи. Маринкиных вещей не нашёл, так что походишь пока в моей футболке. Переодевайся, я сейчас.

Димка уходит на улицу. Быстро меняю мокрый топ на футболку. Она довольно длинная, почти до середины бедёр. Подумав, стягиваю джинсы. Собрав вещи, иду к гладильной доске. Высушу их, насколько смогу, поговорю с Димой и уеду. Хватит с меня этого цирка.

– Полина.

Вздрагиваю, услышав знакомый голос. Выхожу в гостиную, произношу удивлённо:

– Никита?
– я так рада ему. Я хотела сама поговорить с Димой, но сейчас я так рада, что Ник приехал. Но...
– Ты как узнал, что я здесь?

Никита молчит. Он смотрит сначала на меня, потом медленно обводит взглядом комнату, задерживаясь на накрытом столике, диване со смятым после моего на него падения пледом. Я слежу за ним, и до меня медленно доходит, как всё это может выглядеть со стороны. Ник переводит на меня взгляд, в котором с ужасом замечаю какую - то дикую смесь злости, отчаяния и презрения. Выговариваю поражённо:

– Никит, ты же не думаешь, что...
– не успеваю договорить.

– Дрянь, - выговаривает он.
– Какая же ты дрянь!
– уже громче, дрожащим от злобы голосом.

– Никит! Да как ты мог подумать...
– у меня язык не поворачивается произнести это вслух.

– А что я должен думать?
– цедит он сквозь зубы.
– Всё очевидно.

– Да что угодно, - меня начинает колотить крупной дрожью от его ледяного тона.
– И что тебе очевидно? Что? Никит, - стараюсь говорить спокойно, чтобы самой успокоиться, - я случайно тут оказалась, правда, - пытаюсь достучаться до него, торопливо, глотая слова, - ты же знаешь, мы должны были встретиться в его квартире, но он всё переиграл в последний момент. И я хотела сразу ему всё сказать, но он...
– ну, почему, почему я должна оправдываться за то, чего я бы даже в самом страшном сне не сделала. Но я продолжаю, потому что какой - то совершенно стеклянный взгляд Ника пугает до одури: - Я не успела, просто не успела ничего сказать, Дима открывал шампанское и облил меня с ног до головы. Мне пришлось переодеться...