Чтение онлайн

Она ставит пакет на стол, оборачивается ко мне, усмехается:

– Расскажешь, что тут у вас троих приключилось, пока меня не было.

У меня от её слов внутри всё холодеет, а желудок скручивает неприятным спазмом. Делаю глубокий вдох, пытаясь выровнять вмиг сбившееся дыхание. Марина же, как ни в чём не бывало, открывает кухонный шкафчик, достаёт пару бокалов. Находит штопор, начинает возиться с одной из двух бутылок, что вынимает из пакета.

– Ты меня покормишь чем - нибудь?
– спрашивает, разливая вино.
– А то я с утра почти ничего не ела.

– Да, - отвечаю машинально.
– Марин, - она оборачивается ко мне. Сглотнув, стараясь избавиться от кома в горле, уточняю: - Что ты знаешь?

– В том - то и дело, что почти ничего, - раздражённо произносит она в ответ.

– Тогда с чего ты взяла...

– А с того, - перебивает меня подруга, - что вернувшись, я никого не узнаю. Дима с Ником явно в ссоре. Последний вообще сам на себя не похож, выглядит так, - она умолкает, подбирая слова, - да в гроб краше кладут! Впрочем, ты недалеко от него ушла, - вновь, осмотрев меня с ног до головы, заключает она.
– А уж когда я при них о тебе упомянула... короче, - Марина усаживается за стол, протягивая мне один из бокалов, - колись, давай. Только поесть что - нибудь положи.

Достаю тарелки, противень с рыбой, которую запекла на ужин, овощной салат из холодильника. Молчу, пытаясь собраться с мыслями. Я не знаю, что и как рассказать Марине. Она же просто наблюдает за мной, не торопит, но я почти физически ощущаю повисшее между нами напряжение.

Разложив еду по тарелкам, ставлю их на стол. Усаживаюсь сама, утыкаясь взглядом в столешницу. Марина молча чокается со мной бокалом, делает пару глотков вина. Следую её примеру, так и не решив, что говорить.

– Поля, - вздохнув, подруга кладёт ладонь мне на плечо.
– Я примерно догадываюсь, что у вас произошло. Я ж не дура и не слепая, видела, что всё то время, пока ты «встречалась», - на этом слове она поднимает руки вверх, пальцами изображая кавычки, - с Димой, продолжала сохнуть по Нику. Только вот решила, что не стоит вмешиваться, что ты сама должна разобраться в себе. А теперь не знаю, что и думать. С Димой, так понимаю, вы разбежались, - я киваю ей, подтверждая её догадку, - а с Ником тогда у вас что произошло?

– Марин, ты просто не понимаешь, о чём просишь. Я не могу, не могу...
– у меня голос срывается. Дрожащими руками беру бокал, опустошая залпом. Может, хоть так полегче станет.

– Поль, мы так - то с тобой поклялись всё друг другу рассказывать. Забыла?
– и, подумав, добавляет тише.
– Я всё пойму, правда. И тебе не кажется, что я всё - таки не чужая вам всем, и имею право знать правду?

– Налей мне ещё, - прошу я.

Марина выполняет мою просьбу. Выпиваю ещё бокал вина. Голова понемногу начинает кружиться, уверенности в правильности того, что я собираюсь сделать, у меня не прибавляется, но решительности прибывает. Потому, заглянув наконец Маринке в глаза, произношу:

– Хорошо, слушай.

И я рассказываю ей всё: и о том, как чуть не переспала с Ником на вечеринке, и о прошлом наших родителей, и о... не скрываю ничего. Марина слушает молча, ни разу не перебив. Лишь подливает периодически вина в бокал, да постукивает пальцами по столешнице.

Заканчиваю. Старательно отвожу глаза в сторону. Наверное, впервые за всё время нашего знакомства, я не знаю, какова будет реакция Марины на услышанное. Хотя как на такое можно отреагировать? Я пойму, если она решит поставить точку в нашей дружбе. Потерять её будет не намного легче, чем Ника.

– Пиздец, - выдыхает Марина.

Я всё же встречаюсь с ней взглядом. Она смотрит на меня с такой злостью, что кажется ещё немного, и у неё искры из глаз посыпятся. Сжимаюсь в комок, готовясь выслушать всё «хорошее», что она думает обо мне.

– Вот же, блять, подогнал Боженька двух братцев - долбоёбов!
– выдаёт Марина, со всей дури хлопнув ладошкой по столу. Бокалы подскакивают, я тоже, подхватывая последние.
– Хотя не - е - т, - со злостью в голосе тянет она, - один - козёл, второй - дебил. Ну, я им устрою!
– она выхватывает у меня из пальцев свой бокал, допивает вино и решительно направляется в прихожую, продолжая бормотать: - Придурки, идиоты...
– оборачивается ко мне, - это ж, блять, надо было до такого додуматься?
– это, видимо, про Диму.
– А Никита? Идиота кусок. Как можно было поверить в подобную ересь?!

– Марина!
– бегу за ней, выхватываю у неё из рук балетку, которую она, чуть покачиваясь на одной ноге, пытается нацепить на вторую.
– Не надо никуда ходить!

– Почему?
– подруга смотрит на меня с искренним непониманием.
– Уж, поверь, я им мозги - то прочищу! Устрою «сладкую» жизнь!

В Маринке плещется почти бутылка вина, и я вполне верю, что парням не поздоровится. В глубине души я бы даже порадовалась такому заступничеству, не будь они её братьями.

– Не надо, Мариш, - прошу тихо.
– Я не хочу. Мне это не нужно, - начинаю уговаривать её.
– Знаешь, это как - то... унизительно, - подбираю верное слово.
– И ещё, я не хочу, чтобы из - за меня ты совсем с ними рассорилась. Они твои братья, всегда ими будут.

Марина смотрит на меня некоторое время, потом к огромному моему облегчению кивает. Мы возвращаемся на кухню. Она вновь усаживается за стол, а я, подумав, решаю заварить чай. Нам обеим не помешает успокоиться. Включаю чайник, пока он греется, оборачиваюсь к притихшей подруге. Ловлю её взгляд, полный искреннего сочувствия. Мне даже становится немного стыдно за то, что сомневалась в ней, боялась, что она не поймёт меня, что встанет на сторону Димы.

Подхожу к ней, и обнимаю порывисто. Говорю от души:

– Спасибо, Мариш. И прости. Я... я боялась твоей реакции, боялась, что ты во всём будешь винить меня.

– Тебя?
– подруга с искренним недоумением смотрит на меня.
– Дура ты, Самойлова, и не лечишься, - выносит свой вердикт. Потом добавляет: - Если и злиться на тебя, то только за твою скрытность, - вздохнув, смотрит недовольно на закипающий чайник.
– Э - м - м, а что вино закончилось?

– Ты ещё хочешь выпить?
– спрашиваю я, покрутив в руках пустые бутылки.

– Ага, - кивает Марина, - за дружбу, - уточняет, улыбнувшись.

– У меня вроде было.

Нахожу в холодильнике бутылку вина. Достав её, чувствую как горло постепенно сжимает тисками. Подруга видит, как меняется моё выражение лица, спрашивает обеспокоенно:

– По - о - ль, что случилось?

А я не могу и слова произнести. Только смотрю на бутылку в руках, которую и купила - то специально к своему дню рождения. Думала тогда, вдруг после разговора с Димой мы с Никитой поедем ко мне. Готовилась...

Остаток вечера мы с Мариной проводим так, как, наверное, и должны проводить две лучшие подруги, у одной из которых в личной жизни случился полный пиздец: я реву, она меня успокаивает. В перерывах приканчиваем злополучное вино. Потом Марина снова рвётся «навалять этим долбоёбам по полной», я её останавливаю. Вырубаемся под утро, причём подруга несёт какой - то бред про какое - то озеро, но я уже не в том состоянии, чтобы вникать в суть.

*****

Просыпаюсь ближе к трём часам дня. Голова ожидаемо раскалывается, во рту сушит, и вообще ощущение, что я минимум полночи вагоны разгружала. В общем, все прелести похмелья налицо. К своему безмерному удивлению обнаруживаю, что Маринки нет. Вместо неё нахожу на кухне записку: «Взяла твои ключи, скоро буду». Ну скоро, так скоро.

Маринка объявляется только к шести часам вечера. К тому времени я успеваю принять душ, выпить кофе с аспирином, и более - менее прийти в себя.