Чтение онлайн

— Я должен обследовать труп! — его синее лицо заострилось, глаза горели каким-то маниакальным огнем. — Представитель совсем другой жизни! Из другого пространства, из другого мира! Мастер Сорафия, у вас тут есть бумага? И перья? Или грифели? Я должен зарисовать это! И записать размеры! И… боги мои, чем его можно вскрыть? Яса, ты согласишься мне помочь? Думаю, твоей перворанговой энергии и твоего меча вполне хватит.

Яса бросила оценивающий взгляд на увлеченное лицо мужа.

— Мастер Сора, когда вы выдавали меня за него, вы не говорили, что мне придется вскрывать чудовищ, свалившихся из-за неба!

— Думаю, если бы сказала, энтузиазма было бы больше, — сказала Сора со своей прежней старческой доброй иронией. — Знаю я тебя!

Яса не выдержала и засмеялась. Затем ответила Иэррею:

— Конечно, помогу. Но сначала давайте все-таки наконец поедим! Я уверена, старик Кейлин нам что-то положил под сиденья!

— Поддерживаю! — воскликнула Рида. — Я так жрать хочу, сил нет! В смысле, — тут она поправилась, — я невероятно голодна.

С некоторых пор Рида начала помимо манеры Ясы двигаться, одеваться и причесываться начала осваивать еще и ее манеру говорить. Точнее, манеру говорить, в принципе принятую у Цапель. Герт жену в этом поддерживал, но давалось ей плохо. Несмотря на то, что Оны — «старая» семья, и дочь воспитывали достаточно строго, манера общения в Школе Дуба не предполагала особого декорума. Рида знала, как говорить правильно, но хорошие манеры не давались ей автоматически.

Короче говоря, предложение Ясы было всецело поддержано: лично я после такого количества исцеляющей магии не отказался бы сожрать слона-другого. Наша перворанговая Цапля оказалась права в своем предположении: дворецкий Соры уложил еды вполне достаточно человек на десять. То есть — слегка недостаточно для нашей компании после всех затраченных усилий. Для тепла и уюта мы разожгли небольшой костер и расположились на своеобразный пикник недалеко от раскоряченной туши Огнеящера, чей причудливый силуэт на фоне закатного неба придавал всей сцене особый колорит. Герт даже предложил зажарить несколько кусков хищника, чтобы компенсировать некоторую непредусмотрительность дворецкого.

— Можно, — сказала Сора, — но будет страшно невкусно. Насколько знаю, мясо хищников Междумирья надо как-то обрабатывать магией, чтобы было удобоваримо.

— Да, — кивнул я. — А лучше сразу извлекать белок. Хотя употреблять его в пищу без дополнительной обработки тоже можно, но небольшими порциями и, желательно, в условиях Междумирья. Там, если что, можно сразу подлечить магией любые желудочно-кишечные проблемы!

— Так, — сказала Рида, переводя взгляд с Герта на меня, на Сору, на Ясу, на Иэррея и обратно. — Лис! Я не понимаю, что за Междумирье, почему все ведут себя так, будто все понимают? Я только знаю, что Черное Солнце дает тебе чудесные силы, и что оттуда берутся слизни — а теперь вот еще и такие твари! И с Гертом случилось что-то странное — тоже из-за этого! Это меня больше всего интересует! Я понимаю, ты Пророк и все-такое, но мы же… ну, мы заслужили знать? Или… — она чуть стушевалась. — Или Истинный Бог так не считает?

— Не знаю, что считает Истинный Бог, — улыбнулся я. — А я думаю, что уж после сегодняшнего волей-неволей придется объяснять в подробностях. Только, господа и дамы! — я сделал тон очень серьезным. — Это — не для проповедей в храме. Это — не для слухов и сплетен. Это — только для нас.

— Только скажи мне сразу: с Гертом ничего плохого не происходит? — испуганно уточнила Рида.

— Да я же тебе говорю, в порядке я! — вздохнул Герт и приобнял Риду одной рукой, но это ее явно не успокоило.

Кажется, избыточная забота от жены начинала его раздражать. Ничего, пока она не пытается закутать его в вату, я лично вмешиваться не собираюсь. Пусть терпит.

— Ничего плохого, — успокаивающим тоном проговорил я. — Скорее наоборот. Сейчас все объясню, тут надо по порядку… Я не рассказал вам раньше не потому, что вам не доверяю. А потому, что мне казалось: эта информация вам никак и никогда не пригодится. Однако текущие события показывают, что это не так.

— Кроме того, — добавила Сора на орденском, — если Урагановы все-таки прилетят, нам уж точно потребуется объясняться! Так что лучше раньше, чем позже.

— Ты все-таки помни, что шансов на это очень и очень немного, — мягко напомнил я. — Никто не верит в Кирилла так, как я, но есть такая вещь, как рациональное распоряжение ресурсами. Сколько активов, личных и тем более государственных, можно позволить себе потратить, чтобы спасти двух человек?

— Нет, правда, объясните! — воскликнула Рида. — Это тот же язык, на котором мастер Сора раньше говорила? Это точно не древнеэремский!

— Точно нет, — кивнул Иэррей. — И не один из тех языков, которые я знаю.

— Это язык, на котором говорят за Кромкой, на одной из других планет, — вздохнув, сказал я. — Один из языков.

— Тебя ему научил Святой Предок? — спросил Герт. — А ты научил мастера Сору?

Его голос звучал деловито, но с намеком на благоговение, без явных сомнений. Я понял, что если скажу «да», то он вполне проглотит это объяснение. И остальные тоже. Но…

Я переглянулся с Сорой. Она чуть заметно пожала плечами. Мол, делай, как знаешь. И я пошел ва-банк.

— И да, и нет, — сказал я. — Когда я говорил о снах, в которых мне являлся святой предок, я никогда не упоминал, насколько подробными они были. А они были очень подробными. Я будто прожил еще одну жизнь. Жизнь совсем другого человека, совсем в другом мире… на другой планете, далеко между звезд. Вы же все знаете, что такое другие планеты?

Из присутствующих об этом не знали Рида и Герт, и мне пришлось выдать краткий ликбез. Заодно я очень кратко коснулся отличий космоса от метакосмоса, но быстро понял, что тут я их потерял окончательно: слишком много информации!

— Ладно, неважно. Важно знать, что этот мир был очень похож на наш, но все-таки другим. И я вспомнил знания, опыт того человека. А он жил довольно долго и многому успел научиться. Именно поэтому у меня получалось много из того, что обычно не выходит у десятилетних мальчиков, — тут я усмехнулся. — Язык, на котором мы иногда говорим с Сорой, — это язык его родины.

— Кем был этот человек? — в голосе Герта снова не звучало ни малейшего сомнения! — Мастером боевых искусств?

— Этот человек был великим героем, — вместо меня ответила Сора. — Он всю жизнь изо всех сил служил своей стране и своему народу. Сначала убивал злодеев. Потом избавил людей своего мира от большого несчастья, которое преследовало их почти тысячу лет. Потом помогал тамошнему правителю устроить жизнь лучше и справедливее для всех. Поэтому Творец через святого предка передал его знания и умения Лису — чтобы они теперь принесли пользу здесь. Точно так же, как мне он передал память и знания жены этого человека.

— А она, — в свою очередь вставил я, — была великолепным лекарем и, что бы сама ни считала, замечательной матерью и наставницей.

Сора чуть улыбнулась мне.

— Ой! — воскликнула Рида. — Ой-ой! Это что, получается, вы были женаты в прошлой жизни?! Как в той поэме?! Ну этой, знаменитой… как ее… название еще про цветы!

Я понятия не имел, о чем говорила девушка, но Герт, едва заметно закатив глаза, подсказал:

— «Вечное цветение эфрарии».

Да, что-то такое я видел в библиотеке коннаховского поместья, но древнеэремская литература не была у меня в приоритете на ознакомление, так что я ее проигнорировал.