Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9
Шрифт:
Сам В. Быкаў наступным чынам характарызаваў «Альпийскую балладу»: «Фильм, на мой взгляд, получился довольно слабый во всех отношениях: без режиссуры, с неудачным подбором актеров, выхолощенной идеей и бесконфликтностью. Остался только пейзаж, который в общем интересен и который во всю мощь современной кинооптики эксплуатирует оператор». І пазней больш падрабязна спыніўся на прычынах няўдачы фільма: «На ролю Івана запрасілі ўжо знаёмага кіраўніцтву „Беларусьфільма“ Станіслава Любшына, Джуліі — Любу Румянцаву. Абодва акторы — кожны сам па сабе, можа, і былі беззаганныя, а гарманічны дуэт ня склалі. Тым болей, што на здымках адразу ўступілі ва ўзаемны канфлікт, зь якога так і ня здолелі выйсьці да канца здымак. Натуральна, што тое рабіла свой нэгатыўны ўплыў на ўсю атмасфэру ў калектыве. Зноў жа неўзабаве пачаліся творчыя (перарослыя ў асабістыя) паядынкі характараў рэжысэра і апэратара Толі Забалоцкага. Апэратар, казалі, цягнуў творчую коўдру на свой бок, а рэжысэр спрабаваў не паддацца. Урэшце, здаецца, рэжысэр паддаўся, і фільм атрымаўся ні то, ні сё. А шкада. На маю думку, у тым сюжэцце былі закладзены пэўныя кінэматаграфічныя магчымасьці, і пры належных умовах можна было б зрабіць прыгожую, паэтычную трагедыю каханьня. На жаль, таго не адбылося».
Рашэнне пра выпуск фільма было прынята Дзяржкіно СССР 15 студзеня 1966 г., а 26 сакавіка 1966 г. «Альпийская баллада» выйшла на экран.
Фільм быў адзначаны Прызам за лепшы фільм на МКФ у Дэлі (Індыя, 1968); дыпломам Саюза кінематаграфістаў СССР (Л. Румянцавай за лепшае выкананне жаночай ролі і А. Забалоцкаму за выдатную аператарскую працу на VI кінафестывалі рэспублік Прыбалтыкі, Беларусі і Малдавіі), Вільнюс, 1966.
Рэцэнзіі: Мацайтис С. Альпийская баллада // Советская Литва. 1966. 18 марта; Закржевская Л. Баллада о мужестве // Литературная газета. 1966. 22 марта; Рошаль Г. Экран: поле борьбы // Литературная газета. 1966. 29 марта; Орлов В. Мужающее мастерство // Труд. 1966. 7 апр.; Касьянова Л. Альпийская баллада // Советское кино. 1966. 7 мая; Говар В. На эмацыянальным фоне… // Літаратура і мастацтва. 1966. 24 мая; Хлоплянкина Т. Границы экрана // Советская Россия. 1966. 29 июня; Нечай О. Баллада о мужестве // Знамя юности. 1966. 21 июля; Орлов В. Альпийская баллада // Вечерняя Москва. 1966. 19 сент.; Бондарава Е. Новая старонка гераічнага кіналетапісу // Чырвоная змена. 1966. 22 верас.; Крупеня Я. Новыя сустрэчы са старым знаёмым // Настаўніцкая газета. 1966. 24 верас.; Арлова Т. Двое і вайна // Мінская праўда. 1966. 28 верас.; Воеводина Г. Альпийская баллада // Советский фильм. № 9. С. 6; Шалуновский В. Альпийская баллада // Спутник кинозрителя. 1966. № 9. С. 10–11; Зоркий А. Диссонансы // Советская культура. 1966. 4 окт.; Смольский Р. Баллада о человечности // Сельская газета. 1966. 21 окт.; Медведев Б. Должен быть человек счастлив? // Советский экран. 1966. № 16. С. 4–5; Айтматов Ч. Многоликий экран // Правда. 1967. 15 янв.; Якавенка І. Выпадак? Не, прызнанне // Мінская праўда. 1967. 27 студз.; Михайлова С. И существует объединение // Искусство кино. 1967. № 7. С. 100; Иванова В. Любовь Румянцева // Экран 1966–1967. М., 1967. С. 79–80; Міхайлава С. Пошукі і здзяйсненні // Маладосць. 1968. № 1. С. 110–111; Бондарева Е. Повести и фильмы // Неман. 1977. № 10. С. 160–162; Бобкова А., Бондарева Е. Режиссеры в поиске // Кино Советской Белоруссии. М., 1975. С. 196–198; Смаль В. Человек. Война. Подвиг. Минск, 1979. С. 117–118; История советского кино: в 4 т. Т. 4. М., 1978. С. 177–178; Ратников Г. На экране — Великая Отечественная // Современное белорусское кино. Минск, 1985. С. 112–114; Бондарава Е. Кінематограф і літаратура: Творы беларускіх пісьменнікаў на экране. Мінск, 1993. С. 86–88; Гісторыя кінамастацтва Беларусі: у 4 т. Т. 2. 1960–1985 гг. / Г. В. Ратнікаў, А. А. Карпілава, А. В. Красінскі. Мінск: Беларус. навука, 2002. С. 63, 118–120.
У справе матэрыялаў па фільму захоўваецца лібрэта сцэнарыя, якое «Беларусьфільм» перадаваў Дзяржкамітэту Савета Міністраў СССР па кінематаграфіі:
«12 ноября 1964 г.
Заместителю председателя Государственного комитета Совета Министров СССР по кинематографии тов. БАСКАКОВУ В. Е.
Направляем либретто сценария „Альпийская баллада“, написанного В. БЫКОВЫМ, для решения вопроса о приглашении итальянской актрисы для участия в съемках фильма.
Директор киностудии „Беларусьфильм“ (И. Дорский).
Либретто
Это фильм — о любви и ненависти, о низости и высоком духовном взлете, о гордости и благородстве в труднейшие годы борьбы с немецким фашизмом.
1944 год. Австрийские Альпы. Концлагерь. Группа заключенных растаскивает развалины на заводе после его бомбежки союзной авиацией. Невдалеке пятеро узников обезвреживают невзорвавшуюся бомбу. Это — флюгпункты, штрафники, люди, лишенные всякой надежды выжить. Они решаются на сверхрискованный шаг — взорвать бомбу и в последний раз попытаться добыть свободу.
Впрочем, один должен погибнуть. Кто — решает жребий. Но жребий достается самому слабому и больному, который уже не в состоянии разбить взрыватель. В яме, где они работают, наступает гнетущее замешательство. И тогда атлетического сложения заключенный, русский военнопленный по имени Иван, берется взорвать бомбу.
Он оглядывается на цех и встречается взглядом с командофюрером — эсэсовцем Зандлером. Ничего не подозревая, тот подзывает Ивана к себе и приказывает почистить сапоги. Происходит столкновение, Иван, не сдержавшись, наносит эсэсовцу удар в лицо. Фашист падает, выхватывает пистолет, но выстрелить не успевает — в яме взрывается бомба. Здание рушится, облако пыли накрывает команду узников. Иван обломком бетона добивает контуженного Зандлера и, отняв у него пистолет, бежит.
Короткое замешательство охраны. Иван преодолевает внешнюю ограду завода и прорывается на окраину города. Дальше — лес и горы. Разбегаются и другие, слышны выстрелы, крики, лай собак. На опушке леса его настигают овчарки, одну он убивает выстрелом, второй удается его ухватить. Непродолжительная, но ожесточенная схватка насмерть. Побеждает человек. Подобрав пистолет, Иван бежит в чащу.
Он ждет погони, выстрелов, собак. Но вдруг слышит приглушенный окрик, который никак не может быть вражеским. Значит, это — бежавший узник. Иван устремляется еще быстрее — одному уйти легче. Вблизи слышится треск мотоциклов, Иван вынужден укрыться, и его догоняет девушка. Она тоже из лагеря и бежит следом за русским. Иван в замешательстве: их так легко заметить с дороги. Он хватает девушку за руку и тащит в укрытие, но с ее ноги спадает колодка, и узница бросается назад за колодкой. И это в самый напряженный момент, когда рядом мотоциклы. В порыве раздражения Иван бьет ее по щеке, впрочем, тут же пожалев об этом.
К счастью, мотоциклисты проскакивают, не заметив их, и двое беглецов имеют возможность рассмотреть друг друга. Иван, однако, все сердится, не скрывая того: спутница явно ему ни к чему. Куда с ней, такой? А девушка хороша — мила и изящна. Она итальянка и намерена пробраться туда же, куда и он — на фронт, чтобы бить немцев.
Эта наивность злит Ивана, который не прочь уйти от нее, но пока не решается этого сделать. Молча они лезут все выше в горы, а выбившись из сил, ночуют в глухом ущелье.
Все последующее — это их путь на перевал — ряд приключений. Беглецы знакомятся: он — сын белорусского крестьянина, она — дочь коммерсанта из Рима. Зовут ее Джулия. Объясняются оба на смеси русско-немецко-итальянских слов, отлично понимая друг друга. У австрийца-лесничего Иван отнимает хлеб и кожаную куртку. Это все: буханка хлеба, куртка, деревянные колодки — на двоих. Маловато для того, чтобы преодолеть Альпы, но выбора нет. Вчерашняя неприязнь к Джулии постепенно угасает. Она ему даже чем-то начинает нравиться. И суровый неразговорчивый парень, человек безрадостного детства и более чем жестокой военной судьбы, впервые в жизни чувствует душевное расположение к женщине. Но путь чрезвычайно труден, и вскоре она выбивается из сил. Ночью во время снегопада при восхождении на перевал Джулия, обессилев, отказывается идти дальше.
Короткая ссора. Рассерженный Иван оставляет Джулию на тропе и уходит. Но он не может идти один и возвращается. Взваливает девушку на спину, несколько часов, изнемогая, несет ее в снежном буране. В нем созревает хорошее и очень человеческое чувство.
С трудом преодолевает Иван перевал и под утро без сил падает на траву в зоне лугов.
Просыпается он погожим солнечным утром. Сказочная красота альпийских маков. Джулии нет. В тревоге он мечется по лугу и находит ее в укромном уголке у водопада: обнаженная, она моется. Они встречаются, как после долгой и трудной разлуки. Иван не может понять всей сложности своих переживаний, упрямо сопротивляется непонятному чувству.
Они делят хлеб, питаются ягодами и не спешат из пустынного уголка вниз, где немцы, засады, овчарки. Этот день безраздельно принадлежт им. Правда, тут они переживают трудные минуты первой размолвки, но свежесть и чистота чувства торжествуют. Большая любовь приходит к обоим.
Третья совместная в их пути ночь приносит нежность, сон и под утро очень нелегкие размышления о будущем. Что дальше? Как уберечь счастье, если так трудно отстоять жизнь? Пока в мире фашизм, этот мир против них.
Утром начинается погоня.
Эсэсовцы долго преследуют беглецов. Отстреливаясь, те уходят вверх. Короткое счастье рушится. Но они уже полюбили друг друга и это придает силы. Иван спокоен и тверд, он мужественно встречает опасность. Джулия самоотверженна в их единоборстве за жизнь. Но немцы загоняют беглецов в западню. На краю недоступного ущелья им остается или сдаться, или умереть.
Иван продолжает отстреливаться, тогда эсэсовцы спускают собак. Иван и Джулия решают покончить с собой, но в последний момент Иван бросает девушку в пропасть на нерастаявший сумет снега.
Ивана разрывают собаки. Это — финал.
Через много лет в далекую белорусскую деревеньку приходит полная душевной теплоты весть от неизвестной итальянки — Джулии Новелли из Рима. Джулия сообщает о себе и своем невероятном спасении. И о сыне, выращенном без отца. И шлет сердечные слова благодарности людям за Ивана, которого не может забыть… Это очень печально. И светло. Это наша борьба и наша жизнь. И наша судьба…»
У фондзе к/с «Беларусьфільм» ў папцы з матэрыяламі па фільму «Альпийская баллада» захоўваецца тры рэдакцыі сцэнарыя. Першая, машынапісная копія (82 старонкі; БДАМЛМ. Ф. 112. Воп. 1. Адз. зах. 402. Арк. 354–435), са шматлікімі заўвагамі і паметамі, зробленымі алоўкам і фіялетавымі чарніламі; пад назвай «Альпийская баллада» пазначана: «Киносценарий»; на першай старонцы злева ўверсе службовая пазнака ад рукі: «принят редсоветом как первый вариант. 28/II–64 г.». Другая рэдакцыя (89 старонкі; тамсама, арк. 265–353) — таксама машынапісная копія з невялікімі арфаграфічнымі праўкамі; пад назвай «Альпийская баллада» пазначана: «Литературный сценарий». Трэці машынапіс (91 старонка; тамсама, арк. 179–264) — арыгінал апошняй рэдакцыі літаратурнага сцэнарыя з праўкамі аўтара; на першай старонцы злева ўверсе службовая пазнака ад рукі: «Принят редсоветом 20/III–64 и рекомендован в режиссерскую разработку»; на апошняй старонцы ад рукі: «В. Быков 8/III–64 г.».
Пры тэксталагічным параўнанні ўсіх трох рэдакцый звяртаюць на сябе ўвагу наступныя істотныя разыходжанні:
Стар. 78. Они были гефтлинги, точнее флюгпункты — люди, лишенные всякой надежды выжить на этом комбинате смерти, и единственное, что еще беспокоило их, — это желание в последний раз попытаться добыть свободу или, в случае неудачи, покинуть этот свет, посильней стукнув дверями фашистского райха. — У 1-й рэдакцыі сцэнарыя гэты сказ адсутнічае (1-я рэдакцыя (I), БДАМЛМ. Ф. 112. Воп. 1. Адз. зах. 402. Арк. 357; 2-я рэдакцыя (II), тамсама, арк. 268; 3-я рэдакцыя (III), тамсама, арк. 181).
Стар. 80. Нет, он тоже не стремился умереть — жаждал жить, но, оказывается, в жизни бывают моменты, когда недостает накопленной с годами выдержки, чтобы пережить одну минуту неловкости. — Гэты сказ адсутнічае ў абедзвюх ранейшых рэдакцыях (I, арк. 359; II, арк. 270; III, арк. 183).
Стар. 82. Только бы достичь леса, спасительной хвойной чащи, только бы успеть скрыться, прежде чем появятся преследователи, — это намерение в те несколько минут отмежевало от него все его прошлое и будущее, сосредоточив всю его волю на жажде спастись. Но добежать до леса он не успел. — Гэтыя два сказы адсутнічаюць у ранейшых рэдакцыях (I, арк. 362; II, арк. 274; III, арк. 187).
Стар. 84. Кто это? — подумал он. […] На двоих сил у него не было. — Гэты абзац адсутнічае ў ранейшых рэдакцыях (I, арк. 364; II, арк. 276; III, арк. 189).
Стар. 85. Это было так неожиданно, как и его пощечина, и показалось ему таким необычным, что в Иване будто сдвинулось что-то, сместилось — человеческое на минуту озарило его заскорузлую от страданий душу. — Гэты сказ адсутнічае ў ранейшых рэдакцыях (I, арк. 365; II, арк. 277; III, арк. 190).
Стар. 85. Он старался быть безразличным к ней, если бы она отстала совсем, возможно, вздохнул бы с облегчением, но все же, пока она шла за ним, не мог и прогнать ее. — Гэты сказ адсутнічае ў ранейшых рэдакцыях (I, арк. 366; II, арк. 278; III, арк. 191).
Стар. 88. Первый сон. — У 1-й рэдакцыі «Первый сон» адсутнічае (I, арк. 369; II, арк. 281–283; III, арк. 194–196).
Стар. 88. …роскошно сервированный стол с вином, хрусталем, фарфором. — У 2-й рэдакцыі далей ішоў наступны сказ: «На огромном фарфоровом с позолотой блюде горка свежего густо дымящегося картофеля, на другом, на капустных листьях, каравай деревенского хлеба, рядом кусок сала и горка колбасы» (II, арк. 282; III, арк. 195). Скарочаны В. Быкавым, відаць, з той прычыны, што чыноўнікі Галоўнага ўпраўлення мастацкай кінематаграфіі Дзяржкамітэта Савета Міністраў СССР па кінематаграфіі, прымаючы сцэнарый, асобным пунктам пазначылі: «Вызывает возражения сон Ивана, где он видит пышное убранство стола немцев. Эти ассоциации неорганичны для характера Ивана и для той жизненной ситуации, в которой он находится».
Стар. 90. «Дорога! — невесело подумал Иван. — Ничего себе дорога!» Но выбор у них был небольшой, и, если уж посчастливилось вырваться из ада, так глупо было бы спасовать и дать повесить себя под барабанный бой на черной удавке. — Гэты абзац адсутнічае ў ранейшых рэдакцыях (I, арк. 371; II, арк. 285; III, арк. 198).
Стар. 91. Эти слова для него мало что значили. […] Вряд ли из нее получится надежный товарищ в этом его четвертом побеге, думал Иван, утешаясь только той мыслью, что в спутники себе он ее не выбирал. — Гэты абзац адсутнічае ў ранейшых рэдакцыях (I, арк. 372; II, арк. 286; III, арк. 199).
Стар. 93. Все время его точило сомнение в отношении австрийца, от которого теперь можно было ждать разного. […] Они вынудили его и на это унижение, и оттого он еще более ненавидел их. — Гэты абзац адсутнічае ў ранейшых рэдакцыях (I, арк. 375; II, арк. 290; III, арк. 201а).
Стар. 105. — Ну что ж! Пропадай, — с деланным равнодушием говорит он и требует: — Давай тужурку.
Она снимает с себя тужурку, кладет ее на камень, потом сбрасывает с ног колодки и составляет их рядом. Он застывшей ногой отодвигает колодки в сторону.
— Оставь себе. В лагерь бежать, — говорит он, натягивая на себя тужурку. — У 1-й рэдакцыі гэты эпізод выглядае наступным чынам:
«— Ну что ж! Пропадай, — с деланным равнодушием говорит он и требует: — Давай клумпесы.
Она снимает с ног колодки и составляет их рядом. Он торопливо одевает их.
— Скидывай тужурку.
Она послушно снимает и тужурку, которую он тут же натягивает на себя» (I, арк. 390; II, арк. 306; III, арк. 216).
Стар. 108. Второй сон. — У 1-й рэдакцыі «Второй сон» адсутнічае (I, арк. 395; II, арк. 311–312; III, арк. 221–222).