По следу пламени
Шрифт:
— Да эти там… Злые какие-то, — стыдливо отвела зверолюдка взор, коря за свою несдержанность, что её заметил даже Орикс откуда-то издалека. — Ещё с Арчибальдом надо связаться, — она сжала в руке свиток и чуть помахала им, демонстрируя.
— Ну, ехать же куда-то не надо? — полуорк слегка повёл взором, занервничав, что в ночь придётся запрягать Йорика.
— Нет, не надо, — пояснила Роза, успокаивая. — Так свяжемся. Нам дальше скажут, что делать.
— Ну так связывайся, — он пожал плечами и начал спускаться вниз. Нужно было всю эту груду припасов утащить куда подальше. А то пойдёт ещё кто-нибудь, споткнётся, и вновь придётся собирать.
— У тебя-то как настроение? — поинтересовалась некши. Хоть Орикс и выглядел бодро, взгляд, да и вялый голос не слишком выдавали хорошее настроение.
— Всё нормально, — отмахнулся он. — День бывал и лучше, но у меня претензий никаких нет.
Роза проследовала за ним взглядом, а после обратила внимание на свиток:
— Надо прочитать, — она закусила губу, задумываясь над тем, как подобрать нужные слова. — Господин Арчибальд, мы спасли чародея. Сейчас находимся в Хадрии и ждём дальнейших указаний. — проговорила она для себя, а затем обратилась к Ориксу. — Как думаешь, нормально? — тот в ответ показал одобрительный жест.
Зверолюдка раскрыла свиток, набрав воздуха в грудь, а затем вслух зачитала:
— O veneficia, invenire rationabile animam meam, coniungere animum meum, verba mea cum eo!
Вкладывая в слова толику магии, Роза попыталась сконцентрироваться. Куда сильнее, чем обычно, ведь заклинание было ей незнакомо. Она выставила руки вперёд, формируя плетение. Тишина заполонила комнату, закрыла девушку стеной. Даже растворившееся «Ни**я себе», удивлённо произнесённое Ориксом, осталось где-то далеко-далеко.
Она закончила наречие, и воздух вокруг будто наэлектризовался. Шёрстка начала гулять под действием бегающих разрядов, и вдруг в голове раздался голос:
— Ну наконец-то, — хрипящий баритон определённо принадлежал кастеляну. — Соизволили они связаться!
— И-и-извините, Гоподин Арчибальд, — занервничала Роза, услышав его. Сказать всё сформулированное себе было куда проще, чем когда он мог её слышать. — М-мы спасли волшебника. Сейчас находимся в Х-хадрии. Ожидаем его выздоровления.
— Ага, вот оно как, — процедил кастелян. Тон его стал куда темнее. — Насколько он плох?
— Он еле живой, честно говоря. — без утайки ответила зверолюдка. — Но нам тут помогают. Мы в безопасности, он в безопасности. Что нам делать дальше?
— Ждите, — буркнул сугариец. — Что скажет — доложите. Потом делайте. Почему ты со мной связываешься, а не этот ваш или…
— С Мариссой мы размянулись, — не успел тот договорить, уже отчеканила Роза. — А Скайлор… Он покинул нас… — некши чуть сжала зубы, и Арчибальд сразу всё понял.
— Сочувствую, — тяжело бросил он, а затем продолжил всё в том же мрачном тоне. — Не знаю, что там с вашей демонокровной, но я лично пытался с ней связаться в последние пару дней. И ответа так и не получил.
— С ней могло что-то произойти? — спросила некши, прекрасно это понимая, но произнесённые мысли оказались быстрее.
— Это вы мне скажите, — такого ответа стоило ожидать, если уж он не слышал никаких вестей от Мариссы.
— Мы сами не знаем, — беспокойство внутри всё нарастало. Неужели действительно она не смогла выкрутиться? — Мы ждали от неё сообщения, но с нами она тоже не связалась.
— Блеск. Просто блеск, — лица его Роза не видела, но была уверена, что оно скривилось возмущением.
— В-вы говорили, что нам надо ждать указаний? — зверолюдку начало немного потряхивать в свете жутких мыслей, и она поспешила несколько сменить русло разговора. — Кто-то из ваших скажет или… На стоит сообщить?
— Нет. Чародей придёт в себя. Скажет, как ситуация в лагере, — пояснил, чеканя, Арчибальд. — Потому что здесь… Здесь пиз**ца достаточно, — красноречиво добавил он.
— Что у вас там? — спешно поинтересовалась Роза, думая, что в Гриобридже произошло что-то ещё.
— Юная леди, у нас город сожгли! — ответом на очевиднейший вопрос стала констатация очевидного факта.
— Ну, может, что-то другое случилось, — некши нервно усмехнулась, пытаясь сгладить тему.
— Если бы что-то другое случилось, меня бы вообще удар хватил, — а вот кастеляну было явно не до смеха.
— Тогда мне… Не стоит вас отвлекать, — виновато протянула Роза, но тут же была перебита командным тоном сугарийца.
— Значит так, — подвёл он черту. — Узнаёте что-то, и тут же, ТУТ ЖЕ, я сказал!!! Докладываете мне, — громогласно, чтобы это точно отложилось в голове, пробасил дварф. — А то не слишком хорошо узнавать от других, что вы чего-то достигли и не сгинули в лапах культистов.
— И-извините, — съёжилась зверолюдка, надеясь на окончание этого разговора. — Будем докладывать.
После этих слов Арчибальд больше ничего не говорил. Ни единого слова и звука не раздалось более в голове Розы. Она шумно выдохнула, а затем осела на колени, вся трясясь и подёргиваясь. Можно было подумать, что это последствия долгого удержания заклинания, однако истинной причиной являлась лишь боязнь. Приподнятая разрядами шерсть опустилась. Роза открыла глаза и, глядя в одну точку на дощатых половицах, протянула.
— О-о-ой, како-о-ой ужас! В следующий раз говорит кто-то другой…
— Выглядишь скверно, словно призрака увидела, — Орикс подошёл чуть ближе, опустился на один уровень с Розой, чуть выдержав дистанцию. Протянул ей флягу. — Воду пить будешь?
— Нет, всё нормально. Меня просто поругали, — поспешно отмахнулась она, сглаживая беспокойство. — Мы слишком долго не выходили на связь.
— Знаешь, я понимаю твоё состояние нынешнее, — начал Орикс, чуть отведя взгляд. — И что ты сегодня от всех отхватила. И тебя ведь гложит то, что наши тебя немножко грымают.
— Да что ж это такое-то со всеми, — Роза чуть приподняла взгляд. Дыхание её по-прежнему было частым, нервным. Будто только что она пробежала марафон на облачной высоте.
Но кто бы, я не знаю, не был с той стороны у тебя, наши, как бы себя не вели, тебе они точно ничего плохого не сделают. Даже если злятся.
— Угу, только я вообще тут не главная, и не мне… — печально пробормотала некши, а затем осеклась. — Марисса. Она… Он сказал, что она долго не выходила на связь. И с нами она тоже не связалась. С ней могло что-то случиться… — страх в душе внезапно разжёг фитиль беспокойства.