По ту сторону свободы
Шрифт:
— Ага... — Лив почувствовала, как её губы растягиваются в улыбку, шире, чем она ожидала. — Спасибо, что сказали.
— Ты в порядке? — в голосе Инги мелькнула осторожность.
— Да. Всё хорошо. Просто я только проснулась.
Это «хорошо» вылетело так легко, так искренне, что Лив сама удивилась. Впервые она не врала, не натягивала маску — это было настоящее, как глоток свежего воздуха после долгой духоты. Она отключила звонок, бросила телефон на зарядку и снова взглянула в зеркало. Улыбка всё ещё была там — маленькая, чуть робкая, но живая, как искра, готовая разгореться.
На кухне пахло кофе и поджаренными гренками, с лёгким намёком на сливочное масло, которое таяло на хрустящем хлебе. Лив шла босиком, её ступни касались прохладного деревянного пола, и каждый шаг был как часть этого нового, лёгкого утра. Когда она вошла, Дориан уже сидел за столом, откинувшись на спинку стула с той наглой уверенностью, как будто он владел не только этим домом, но и всем миром. На нём была тёмно-серая рубашка, расстёгнутая у горла, и его взгляд, как всегда, цеплял, как крючок, но сегодня в нём было меньше насмешки и больше... интереса? Он посмотрел на неё — секунду, две, три, и Лив почувствовала, как её щёки теплеют под этим взглядом...
— Ну, привет, цветочная фея, — сказал он наконец, его голос был низким, бархатным, и его губы изогнулись в дерзкой ухмылке. — Это что, ты решила устроить конкурс красоты на моей кухне?
Лив закатила глаза, но её губы дрогнули в улыбке, пока она садилась на высокий табурет, её платье слегка колыхнулось.
— А ты решил, что я проснулась ради твоих комплиментов? — парировала она, её тон был язвительным, но с искрой. — Это просто платье, Дориан. Не строй из себя модного критика.
— Просто платье, — повторил он, его глаза блеснули, как будто он знал какой-то секрет. — А парфюм? Тоже просто так, да? Потому что ты пахнешь, как будто собралась кого-то соблазнить. Если вдруг меня — то не стоит, я уже и так сооблазнeн твоим естественным запахом.
Лив почувствовала, как её уши вспыхивают, и быстро отвела взгляд, делая вид, что поправляет волосы.
— Рефлекс, — буркнула она, но её голос предательски дрогнул.
— Ага, рефлекс, — согласился он, его ухмылка стала шире, но он не стал давить, и Лив была благодарна за это.
Дориан налил ей кофе, его движения были почти ленивыми, мягкими , и пододвинул чашку к ней, не добавив ни слова. Этот жест — простой, без его обычных шуточек — почему-то задел её, как будто он говорил: «Я вижу тебя, и мне не всё равно». Лив взяла чашку, чувствуя тепло под пальцами, и сделала глоток, стараясь не смотреть на него слишком долго.
— Планы? — спросил он, его голос был лёгким, но с лёгкой заинтересованностью.
— Никаких, — ответила она, её тон стал мягче. — Работа отменилась. Картину задержали. Сказали, могу неделю валять дурака, так что у меня мини-отпуск.
— Валять дурака? — он приподнял бровь, его губы дрогнули. — Ты? Лив, ты напряжена, как струна, даже когда спишь.
— О, спасибо, — фыркнула она, её тон был язвительным, но с лёгким смешком. — Это теперь официально я — мисс Нервы-На-Пределе?
— Не плохо, — сказал он, пожав плечами, и его взгляд стал серьёзнее, но всё ещё тёплым. — Ты из тех, кто не сдаётся. Большинство ломается. А ты — нет. Это... цепляет.
Лив замерла, её пальцы сжали чашку, потому что его слова, такие простые, задели что-то внутри, чего она не хотела трогать. Она не знала, как ответить на этот взгляд — не хищный, а почти... понимающий, как будто он видел её насквозь, но не собирался использовать это. Тишина между ними была лёгкой, почти дружеской, и Лив почувствовала, как её плечи расслабляются.
— Раз ты бездельничаешь, — сказал Дориан, откидываясь на стуле, его голос стал игривым, — давай играть.
— Во что? — Лив прищурилась, её тон был подозрительным.
— В вопросы, — ответил он, его глаза сверкнули. — Всё, как мы договаривались. Я спрашиваю — ты отвечаешь. Потом наоборот. Никаких «не хочу говорить». Честно. Идёт?
— Только если ты не будешь лезть сразу в самую мясорубку, — прищурилась Лив. — Дай разогреться.
— Лёгкий старт, — согласился он, его губы изогнулись. — Самая странная привычка, которую ты скрываешь?
Лив хмыкнула, её пальцы постучали по чашке.
— Я разговариваю с предметами, когда злюсь. Особенно с пылесосом. Один раз назвала его «тупым куском адской техники» так громко, что сосед постучал в стену.
Дориан рассмеялся, его смех был низким, тёплым, и Лив почувствовала, как её щёки теплеют от этого звука.
— Твоя очередь, — сказал он, слегка наклоняя голову.
— Почему ты ешь человеческую еду, и пьёшь кофе? — спросила она, её брови нахмурились. — Ты же... ну, вампир.
— Вампиры могут есть и пить, — ответил он спокойно. — Просто это ничего не даёт. Вкусы остаются, я получаю удовольствие от еды, как и ты. Но насытиться... нельзя. Только кровь поддерживает нашу силу, скорость, бессмертие. А насчет кофе... Пью, потому что люблю. — Он чуть приподнял бровь. — И потому что иначе я был бы ещё более невыносим.
Лив фыркнула, её губы изогнулись в улыбке, но она покачала головой.
— Дальше, — сказала она. — Кто был твоим первым другом?
Дориан задумался, но спустя миг ответил:
— Он был. А потом меня предал. Углубляться не будем.
Лив посмотрела на него, её сердце сжалось от этой тени в его глазах, но он быстро вернул улыбку.
— Моя очередь, — сказал он. — Что в твоём прошлом ты никому не рассказываешь?
— Я... — начала она, её голос был тихим, почти шёпотом. — Была одна история. С парнем, его зовут Стэн. Даже имя у него... как у паразита. — она улыбнулась, но с горечью в глазах. — Мы встречались пару лет. Я думала, это серьёзно, знаешь? Он был... обаятельный, всегда знал, что сказать. Но потом я узнала, что он спал с другой. И не раз. — Она запнулась, её глаза заблестели, и она снова попыталась скрыть слезы за улыбкой. — Это было не просто про измену. Он заставлял меня чувствовать, будто я недостаточна. Во всём. Что я должна быть лучше, умнее, красивее. И я верила. Но... — её голос дрогнул, и слёзы потекли по щекам, — я всё равно плакала, когда он ушел. Потому что это было... больно. Просто перед фактом поставил, мол... влюбился в другую. И... Прошло уже полгода, и я скрываю от всех, что до сих пор чувствую эту боль внутри себя. Мне до сих пор больно о нём вспоминать, и мне стыдно за это... Давно пора его забыть...
Она замолчала, её плечи опустились, и она быстро вытерла щёки от слeз. Дориан смотрел на неё, его лицо было серьёзным, но затем его губы изогнулись в почти тёплой, но ироничной улыбке.
— Серьёзно, Лив? — сказал он, его тон был лёгким, но словно немного удивлённым. — Ты плачешь из-за какого-то Стэна? Да этот парень, должно быть слепой и, к тому же, круглый идиот. Это еще мягко говоря. Ты реально тратила слёзы на такого?
Лив фыркнула сквозь слёзы, её губы дрогнули в улыбке, и она посмотрела на него, её глаза всё ещё блестели.