Чтение онлайн

– Последний раз я видел вас, когда вы давали ответ на суде в Олд Бейли.

Камердинер опустил голову.

– Я бы не вспоминал о вашем прошлом, – продолжил Дафф, – если бы вы не перехватили письмо, адресованное сэру Фридерику.

– Я это сделал, – признался Парадиз.

– Говорят, вы хороший слуга...

– Лучший из всех, кто у меня был, – сказал Кирк.

– Он всегда имел прекрасные рекомендации, – сообщил инспектор. – Это отмечалось и на суде, когда шла речь о том, что он угостил цианистым калием одну даму.

– Я не слышал об этом. А кто была эта дама? – поинтересовался Кирк.

– Она была его женой, – сказал Дафф. – Поэтому его и судили.

– Меня оправдали, – вмешался Парадиз, – ничего не смогли доказать!

– Его, действительно, оправдали, – согласился Дафф. – Но проделка с письмом... Как вы это объясните? Вы знали что-нибудь о Еве Дюран?

– Я никогда не слышал этого имени!

– А о Хилари Хальте?

– Ничего.

– Почему же вы заменили письмо листком чистой бумаги? Обращаясь к Кирку, Парадиз попытался объяснить случившееся:

– Два года я служил, как вы сами говорите, безупречно. Инспектор упомянул о том, что я якобы отравил жену. Именно он вел следствие и был уязвлен, когда суд меня оправдал. Я не совершал преступления, но то, что я находился под судом, едва ли способствовало моему трудоустройству. Пришлось скрыть этот факт. Работа у вас мне нравилась и во всем меня устраивала.

Внезапно я узнаю о приезде сэра Фридерика Брука. Я опасался, что он меня вспомнит. Так и случилось. Мы долго с ним разговаривали: я пытался уверить его в том, что не совершал преступления. По-моему, он мне поверил, но пообещал выяснить все, что имеет отношение к этому делу, чтобы решить, ставить ли в известность хозяина о моем прошлом. Когда сэр Фридерик погиб, я решил уничтожить письмо, чтобы старая история не выплыла наружу.

– Но ведь там о вас ничего не говорилось!

– Там сообщалось о том, что в Нью-Йорк приехал инспектор Дафф. А с Даффом у меня были свои счеты... Что касается моего нынешнего места, то я очень им дорожу и привязан к вам, мистер Кирк. Обещаю никогда не совершать подобных проступков.

– Надеюсь, вы относитесь ко мне хорошо, не таите никаких обид, – сказал Барри. – Принесите, пожалуйста, нам чай!

– Мне кажется, что он не совершал преступления, а стал жертвой обстоятельств, – заметила мисс Морроу.

– Я рад, что его оправдали, – согласился с нею Дафф.

– Я должен все это обдумать, – признался Кирк.

– Вы думаете, он причастен к смерти сэра Фридерика!

– Я не хочу, чтобы он был причастен к моей смерти... Не представляю, как я теперь буду принимать пищу из его рук. Ваше мнение по этому поводу, мистер Чен?

– Возможно, Парадиз, разлюбил жену, – резюмировал китаец.

– Я не откажу ему от места, но не буду питаться дома.

– Какие у вас соображения в связи с убийством сэра Фридерика? – спросил у Чена инспектор Дафф.

– Пока все, что нам известно, всего лишь ростки, из которых никогда не вырастет полноценное зерно...

– Согласен с вами! – сказал инспектор. – Но есть немало других фактов.

– Я не хотел бы огорчать своими разговорами майора Дюрана. Расскажите нам, пожалуйста, о вечере, когда пропала ваша жена!

– Это было так давно. Пятнадцать лет тому назад... Мы при ехали в Пешавар через месяц после свадьбы. Прожили там месяцев пять-шесть. Вели жизнь, как все в гарнизоне. В тот вечер был организован пикник. Участники хотели посмотреть восход луны над Пешаваром. Ева одела жемчужное ожерелье, подаренное дядей. Возможно, ее убили, чтобы завладеть этой драгоценностью.

Пикник приближался к концу, когда кто-то предложил игру в прятки. Идея, по-моему, принадлежала Еве. После этого она скрылась и исчезла навсегда.

– Ужасно! – выразила ему свое сочувствие мисс Морроу.

– Сколько было человек? – спросил Чен.

– Пятеро мужчин и пятеро женщин. Пикник был организован в честь одного известного путешественника. Он недавно возвратился из Тибета и был гостем вице-короля.

– Вы говорите о полковнике Бетхеме? – уточнил Чен.

– Совершенно верно.

– Он сейчас гостит в Сан-Франциско...

– Я бы с удовольствием с ним встретился! Полковник уехал в Англию на следующий день после пикника. Он отправился домой с караваном через Афганистан, Персию, Тегеран. Больше я его никогда не видел.

В комнате появился Парадиз с чаем. Когда он подавал чашку инспектору Даффу, тот сурово его предупредил:

– Один кусок сахару! Ничего больше не требуется!

Когда чай был роздан и к нему были поданы пирожные и бутерброды, Кирк без всякого энтузиазма взял свою чашку. Поняв его настроение, инспектор Дафф тут же ему сообщил, что цианистый калий обладает отчетливо выраженным запахом цветов персика.

– Постараюсь это запомнить, – сказал Барри.

Чтобы отвлечь Дюрана от грустных мыслей, он поинтересовался:

– Вам понравился Сан-Франциско?

– Он произвел на меня ошеломляющее впечатление, как и вся ваша страна. Она кажется безбрежной. Иное дело в Англии. Куда ни поедешь – очутишься на берегу моря.

– К тому же здесь много очаровательных женщин, – добавил Дафф.

Заявив, что нуждается в отдыхе, Дюран откланялся и ушел. Перед уходом он горячо поблагодарил Барри Кирка за рекомендации в клубы и оказанное ему гостеприимство.

Оставшиеся углубились в детали дела.

– Неужели сэр Фридерик не оставил никаких записей? – по интересовался у Чена инспектор Дафф.

– К сожалению, они исчезли. Очевидно, их уничтожили. Благодаря майору Дюрану мы получили ценную информацию. Мы ведь не знали, что полковник Бетхем присутствовал на том злополучном пикнике.

– Он сейчас в Сан-Франциско?

– Он был и на обеде у мистера Кирка и произвел весьма странное впечатление. Он не больно разговорчив. Удивительно, что лифтерша не заговорила с ним, когда он поднимался к мистеру Кирку. Она ведь была с ним знакома раньше!

– Я могу позвонить ему и спросить об этом, – предложила девушка.

– У слепого не спрашивают о дороге, – возразил ей Чен. – Он ведь был в Пешаваре в 1913 году...

– Вы думаете...

– Забудем пока о полковнике. – Обращаясь к Даффу, он сказал:

– Давайте займемся бархатными туфлями.

– Зачем они понадобились убийце? А может быть он их выбросил? В Англии мы даем в таких случаях объявление в газете...

– Дельная мысль, – поддержал его Чен.

– Капитан Фланнер думал уже об этом.