Чтение онлайн

– Я верю тебе, солдат, - тихо произнес Шильке. – Атакуем!

Хайни перезарядил шмайссер, а поскольку раньше уже сделал это, сейчас попросту выбросил целый патрон.

– Стреляем очередью по двери?

– Нет, я хочу иметь их живыми. Любой ценой!

– Яволь!

Не ожидая приказа, парень бросился на дверь всей тяжестью тела. Дверь того отразила, и Хайни рухнул на Шильке, больно ударив того шлемом в лицо. Он еще раз налетел на дверь, снова отлетел, упал на пол возле противоположной стенки. Теперь ногой ударил Шильке, тоже отлетел и задержался лишь на перепуганной телефонистке. Хайни, лежа, в очередной раз перезарядил шмайссер, выбросив из автомата еще один целый патрон. Лишь мгновения отделяли их от возможного побоища. К счастью, повар постучал по фрамуге, положил руку на ручку и открыл дверь.

– Черт, они не были закрыты на ключ.

Вовнутрь они влетели словно неподдельная, живая ярость. Правда, без телефонистки, которая съежилась под стенкой.

– Стой! Руки вверх! – вопили они все.

В небольшой двухкомнатной квартире никого не было. Но… В самом центре комнаты, на столе стояла включенная советская радиостанция. Даже у повара отобрало речь.

– Oh mein Gott! Oh mein Gott!...

– Герр лейтенант, они были здесь буквально мгновение назад.

Он вытащил из пепельницы еще тлеющую советскую папиросу с длинным бумажным мундштуком Холмс, похоже, пересаливал с мелочами, подумал Шильке. Но декорации были разработаны идеально.

– Герр лейтенант, - повар поднял лежащий на стуле пистолет – Это же пистолет иванов! Самый настоящий. Блин!… Как нас из нее не пристрелили. Это мы в сорочке родились!...

– Книга шифров! – орал Хайни во все горло. – Герр лейтенант, это же их шифры!

– Ну вы и стрельнули! Ну вы и попали, герр лейтенант, - повар только головой тряс. – Ну, блин, и выстрел. Блииин… да вас же генералом сделают.

– Это они сбежали, когда мы двери разбили!

Шильке собрал все силы.

– Обыскать квартиру! – резко бросил он.

Сам же направился к оставшейся в коридоре телефонистке. Девушка испуганно стояла на самой средине прохода, держа в руках автомат, но таким образом, словно желала показать его немногочисленным, выглядывающим из-за дверей людям.

– Прошу прощения, - говорила она более-менее спокойно. – Я не знаю, как это обслуживается, но мне наверняка известно, что это может выстрелить. Так что для вас же будет лучше, если вы спрячетесь за дверями. Умоляю вас, спрячьтесь, потому что я и сама боюсь.

– Он не заряжен, - пытался успокоить девушку Шильке. – Сначала нужно вот тут оттянуть и вот тут зацепить, а потом вставить обойму и вот здесь вот нажать, - передавал ей лейтенант свои теоретические познания.

– Ну, я не знаю, это же не телефонный коммутатор…

– Без обоймы он не выстрелит. Честное слово, - убеждал девушку Шильке.

– Не верю. Вы же меня на войну взяли, - она обвинительно глянула на начальника, потом вновь обратилась к жителям: - Герр лейтенант утверждает иначе, но, по-моему, у меня в руках тяжелый пулемет, и он сейчас выстрелит. Спрячьтесь, пожалуйста, чтобы не случилось несчастья.

А в дверях появлялось все больше любопытных лиц. К счастью, из захваченной квартиры вышел Хайни и встал, расставив ноги.

– Нахрен отсюда! – заорал он.

И в течение секунды коридор был пуст.

– Ну, парень, откуда это ты узнал такие слова?

– Ой, герр лейтенант. Вы же и сами бывали на гулянках в деревне, оттуда и знаю. Самое главное – подействовало.

Вообще-то, парень был прав. Вот только английское воспитание такие кульбиты не допускало. Шильке был уверен, что Холмс никогда не ругался.

– Что-нибудь еще нашли?

– Да, герр лейтенант. Кухмистер обнаружил еще русский револьвер, блокнот радиотелеграфиста, какие-то бумаги, правда писаные по-ихнему, странными такими буквами. А я нашел вот это, - показал он пакет с фотографиями, - и вот это, - вытащил он из кармана мятую карту с обозначенными красным местами.

– Хайни, ты гений, - Шильке положил руку парню на плечо. – Ефрейтором станешь.

– Так точно, герр лейтенант. Спасибо, герр лейтенант.

Когда они вернулись, Шильке приказал радиостанцию и всю остальную добычу выставить в своем кабинете. Телефонистка тут же пожелала добровольно разоружиться, но лейтенант приказал сохранять отряд в целости, за что обрел дополнительную благодарность со стороны Хайни. Так что все расселись на свободных стульях, усталые и все – за исключением мальчишки – испытывающие скуку. А Шильке, развалившись в кресле, ждал телефонного звонка. Он не барабанил нервно пальцами, не смачивал слюной губ, не закидывал ногу на ногу – просто сидел, словно статуя. А еще точнее: словно Майкрофт перед операцией.

Когда телефон зазвонил, лейтенант переждал два сигнала и спокойно поднял трубку.

– Да?

Лед в голосе секретарши обладал такой силой замораживания, что скованный зимой Бреслау по сравнению с ним казался самым жарким в Сахаре местом.

– Да, конечно. Иду.

Лейтенант положил трубку на место и подошел к Хайни.

– Иди к полковнику Титцу, скажи, что мы захватили радиостанцию, шифры и пригласи его в наш кабинет.

– O mein Gott! Я, и к самому полковнику?

– В подобном виде, надеюсь, ты произведешь нужное впечатление. По дороге он наверняка станет расспрашивать у тебя про операцию, честно расскажешь, как все было. Хорошо?

– Jawohl! – взволнованный мальчишка щелкнул каблуками.

Шильке, такой же спокойный, направился в кабинет Хайгеля. Уже в секретариате к нему отнеслись словно к осужденному на смерть. К лейтенанту относились с явным холодом и отстраненностью. Но сам он не обращал на все это внимания. И сразу же направился на экзекуцию.

– Герр майор…

Хайгель сразу же начал вопить:

– Ну, и что?!

– Прошу прощения, не понял.

– И что вы наделали? Ведь это же компрометация. Вы по-настоящему смешны со всеми своими картинками и чертежиками. В жизни не видел большей чуши!

Присутствующие в кабинете офицеры незаметно отодвигались от Шильке. Пускай осколки бомбы, которая взорвется посреди комнаты, обойдут их подальше.

– Вы – некомпетентны! Вы попросту некомпетентны!!!

– Я все так же не понял…

– Чего вы не поняли? Два пеленгатора, пеший пеленг, специальный взвод и… знаете что?

– Ну?

– Знаете, что мы нашли?

– Нет

Понятное дело, сейчас Шильке просто издевался.

Коллеги глядели уже с некоторым изумлением. Неужто осужденный не знает, что его ожидает смертный приговор? А ведь он явно на слабоумного не был похож. Явно. Так что же за этим скрывалось? Наиболее умные коллеги даже перестали незаметно отступать в сторону.

– Лейтенант, - было похоже, что Хайгель вдруг успокоился. – Я не привык разговаривать на столь низком уровне.

– Если герр майор говорит о вычислениях, то я обнаружил в них ошибки. Я их исправил, что можно проверить в зале для совещаний.

– Снова ваши рисуночки? Цветные линеечки? Вы – идиот.

Присутствующие в зале окаменели. Лемпп глядел на Шильке со странной смесью презрения и превосходства одновременно. Ну а Хайгель рявкнул еще громче:

– Так вот, этой вашей радиостанции нет!!!