Чтение онлайн

— А-а-ань, говори со мной, а то у тебя такой вид, будто сейчас грохнешься в обморок.

Я и впрямь готова потерять сознание, но не от побоев. У меня внутри карнавальное шествие гормона счастья, когда осознала, что он знает моё имя. Он его расслышал и запомнил. Божечки.

— Да, — слабо просипела я и прочистила горло. Во рту кислый вкус крови. Безумно хочется пить. — Всё хорошо, Андрей. Я никуда не грохнусь.

Он сидел передо мной на корточках, и мы так близко, как и не мечталось. Я чувствовала тепло его дыхания на своей шее.

Третий ком окровавленной ваты полетел на пол. Андрей налепил мне пластырь на щеку и приподнял уголок губ подушечкой большого пальца.

— Давай веселее, осталось совсем чуть-чуть. Теперь ляг на спину, я посмотрю, что с животом.

Совершенно бесцеремонно парень уложил меня на лопатки, задрал маечку и поместил восхитительно теплую ладонь мне на живот. Это настолько волнительно, что я с силой зажмурилась и старалась потише дышать.

— Я надавливаю, а ты говоришь, если больно. Вот так?

Мне уже нигде не больно, только чудовищно стыдно за саму ситуацию и непередаваемо волнительно. Краем сознания порадовалась, что успела нацепить на себя спросонья пижамные штаны, и не валялась сейчас блаженным мешком картошки в одних трусах. Вот позорище было бы.

— Не больно, и здесь тоже, и здесь не больно.

Хотелось сказать, что мне до одури нравятся касания его рук, но это откровение я оставила при себе.

— Синяк уже начинает проступать, завтра будет гораздо хуже. Утром я привезу мазь, у вас в аптечке ничего подобного не нашлось, попросишь сестру намазать жирным слоем. А сейчас ложись спать, храбрая девочка.

С этими словами он одёрнул края маечки и расправил надо мной одеяло.

— Почему храбрая?

Я вроде не влезла с отцом в драку, всей моей отваги только на то и хватило, чтобы скулить от боли, как побитая собачонка. Впрочем, почему "как". Меня побили именно таким образом.

— Потому что только храбрые сносят боль без слёз. — Гладит мои волосы, заправляет темную прядь за ушко. — Закрывай глаза, малая. Сладких снов.

Я люблю тебя, Андрей, всем сердцем и всей душой. И спасибо за всё. Сегодня ты спас меня от страшного монстра. Я никогда этого не забуду. Подумала, но не произнесла вслух. Меня баюкало ощущение щемящей нежности, что исходила откуда-то из груди, и через минуту я уже провалилась в глубокий сон.

Настоящее

Не могу вспомнить, когда я в последний раз столько гуляла пешком и уж тем более бродила по улицам бесцельно. Вдыхая знакомый воздух, предаваясь воспоминаниям, без суеты и спешки. Пожалуй, со времен беззаботного студенчества такое не случилось ни разу.

К сожалению, световой день слишком быстро подошёл к концу, и приходится возвращаться в тесную клетку голых стен и пока что нерешённых бытовых проблем. С минуты на минуту могли позвонить из доставки. На тот период, что я здесь, решила купить новую сим-карту, не прятаться же месяцами за насильно приглушённым сигналом сотовой связи. Девушка-консультант, продавшая мне номерок без каких-либо документов, оказалась столь любезна, что заключила договор на услуги связи по вымышленным данным. Так что рассекретить мою спецоперацию из-за звонка курьера будет невозможно. Ай да я, ай да молодец.

Тайком пробираться в подъезд под покровом ночи оказывается куда проще, нежели вечером. То и дело навстречу мне попадаются люди: мамочки с детьми, спешащие на прогулку школьники, мужчины разных возрастов с сигаретой в зубах. И хоть курение в общедомовом пространстве запрещено законом, по-видимому, местные жильцы следуют собственным правилам.

По счастью, за истекшие десять лет генофонд дома существенно изменился. Знакомые лица не попадаются, хоть я и иду с низко опущенной головой и гулко бьющимся сердцем. В любую секунду может появиться он и тогда…

Едва не вскрикиваю, когда некто тычет сзади в спину и, буркнув извинение, проносится вперёд. Нескладный парнишка с длиннющими ногами и руками врывается в квартиру на третьем этаже и с порога вопит:

— Ма, это жесть просто! Санька ща такое порассказал…

Ружейным залпом простреливает спину на злосчастном четвёртом. Я только-только приближаюсь ко входу в своё разгромленное убежище, как распахивается дверь той самой квартиры. Бесшумно, а мне чудится надрывный скрип веками ржавеющих цепей.

— Котик, давай мы оставим поросеночка дома, он устал и хочет немного поспать, — воркующий женский голос.

Я прирастаю к полу, упираюсь лбом в свою дверь и склоняюсь над нутром сумочки, делая вид, что разыскиваю ключи, хотя те лежат в кармане пальто. Меня мутит.

На лестничной клетке показываются двое. Шатенка в кремовом жакете и мальчуган, вдвое ниже матери, в белоснежном спортивном костюме.

— Хацу парасюшу, он лубит к папи, — обращается к матери мальчонка.

— Покажешь ему новую машинку, — предлагает молодая женщина, замыкает квартиру и, взяв сына за руку, направляется ко мне.

Я вскидываю голову и во все глаза таращусь на эту парочку. На вид лет двадцати, хорошенькая, как картинка. Небрежные волны волос рассыпаны по плечам. Одета просто, но элегантно, со вкусом. И сынишка у этой ухоженной дамочки тоже очаровательный. Белокурый сорванец лет трех с огромными, чуть навыкате голубыми глазищами.

Это его жена и ребенок. Как гром среди ясного неба. И больно прошивает молнией все внутренности.

— Здравствуйте, — вежливо кивает мне девица, намереваясь пройти мимо.

— И вам доброго вечера, — бог весть что тараторю. — Я тут ключи потеряла и никак не могу попасть внутрь. А вообще переехала недавно и совсем не знаю города, да и знакомых кот наплакал… Не подскажите номерок слесаря?

Быстрота моей речи сбивает девушку с толка, она замирает, очумело хлопает на меня глазами. Сбоку похныкивает мальчонка, тянет мать за руку, предлагая вернуться. А я смотрю в тщательно подкрашенные глаза с аккуратными стрелками, пушистыми ресницами, и улавливаю какой-то проблеск эмоции. Яркой, острой, стирающей с кукольного личика светскую заинтересованность. На миг мне кажется, что девушка впадает в гнев. Она косится на дверь позади меня, потом окидывает взором меня саму.

— Андрюша, подожди, дорогой, сейчас мы поедем к папочке, — всё так же сладкоголосо поёт она и подхватывает мальчика на руки.

Теперь она снова мила и приветлива и заливается соловьем:

— Ой, я сама растяпа, теряю всё подряд. Сейчас, погодите секунду, где-то у меня был контакт хорошего мастера. И приедет моментально, и сделает всё в лучшем виде.

Она вынимает из кармана смартфон в чудовищно розовом чехле со стразами, быстро водит красивым пальчиком по экрану. Диктует цифры, я делаю вид, что записываю и подношу телефон к уху, якобы для звонка. Прощаемся кивком.