Чтение онлайн

Коридор оказывается завален сделанными покупками. Складной журнальный столик, обернутый в пупырчатую плёнку. Двуспальный ортопедический матрас в пластиковом чехле. Ворох сумок с продуктами длительного хранения и хозяйственными мелочами первой необходимости. Коробки с электроприборами и напольной вешалкой (не держать же мне вещи в чемодане!). Всё это доставили только что, и мне не терпится приступить к обустройству своего нового "Проклятого старого дома", как в песне группы Король и шут.

Руки заняты делом, а голова предоставлена сама себе, поэтому ещё раз обдумываю случившуюся ранее встречу с молодой (слишком молодой) девушкой и её сыном Андрюшей. Почему с ходу решила, что это жена и сын Смолягина? Так случается порой, что мозг выдает готовое умозаключение, а логическая цепочка, приведшая к этому выводу, остаётся за кадром. Я знала (не почувствовала, ощутила или предложила), что она — его жена, а наличие ребенка с именем Андрей лишь подкрепляло сие знание. И пускай малыш голубоглазый — уверенность моя оставалась непоколебимой.

Итак, у него семья, маленький отпрыск, распрекрасная супруга, дом — полная чаша. Я здесь совершенно ни к месту. Да никогда и не была нужной, если уж задуматься. Может, стоит вернуть в телефон сим-карту со старым номером, позвонить мужу, покаяться и попросить прощение за своё детское поведение? Или вернуться в город, ставший родным за истекшее десятилетие, снять квартиру и попытаться выстроить жизнь по-новому, без оглядки на прошлое и…

Размышления прервал звонкий девичий голосок из прихожей:

— Эй, хозяева, есть кто живой?

Я бросаю матрас, который волоком затаскивала в спальню, и бегу на голос. Надо же, напрочь забыла о необходимости запереть дверь.

В коридоре меня ждёт… агась, госпожа Смолягина собственной персоной. И при виде неё, такой ладненькой, аккуратной, обряженной в фиолетовый брючный костюм, который другие с лёгкостью надели бы на званный ужин, мне вдруг хочется расплакаться. Абсолютно иррациональное желание, однако оно возникает и не намерено ослабевать. У неё идеальная укладка — отливающие медным блеском локоны ниспадают на тонкие плечи, — а у меня наспех собранный без расчески пучок на голове а-ля учительница начальной школы. Мы словно из разных миров: мой скроен из облезлых стен, неразобранных коробок и совдеповской сантехники, тогда как её — сияет гламурным блеском и переливается искрами шампанского. Красивая и удачливая тварь. Вот я добрая, правда?

— Ещё раз привет! — улыбка гостьи, чтоб её черти уволокли, лучится радушием. — Заглянула узнать, как ты, помог ли слесарь, а заодно представиться. Я Оксана, можно просто Ксюша.

Девочка из плюша, рыжая коса.

Переступив через кучу покупок, подхожу к девице, мимоходом отмечаю, что вместо тапочек на ней узенькие открытые босоножки в тон костюму. Вырядилась, мымра.

— Да, слесарь чудесный, справился со всем на раз-два. Так что спасибо за помощь, она просто неоценима.

Наклеиваю на лицо широченную улыбку и чувствую, что вот-вот потяну мышцы челюсти.

Представляюсь мерзкой дамочке, с наигранным энтузиазмом жму её ладошку с ухоженными ноготками и бархатной кожей.

— Знаешь, Анюта, а я подумала, почему бы не выпить чайку с пирожными по случаю знакомства.

Она трясет передо мной пластиковым коробом из кондитерской и выглядит так невинно дружелюбно, что подмывает рявкнуть, не ем, мол, после шести и вытолкать нахалку за порог. Но вместо этого соглашаюсь травиться кипятком в сомнительной компании.

— Здорово! — хлопает Ксюша в ладоши и даже подпрыгивает на месте от щенячьего восторга. — Тогда приглашаю к нам в гости, а то у тебя полный разгром…

Дальше я перестаю слушать, камнем падают на душу её слова "к нам в гости". А что, её муженёк тоже будет лакомиться эклерами вместе с нами? Я обязана принять в этом участие!

Плюясь желчью, которая заполнила все кровеносные сосуды в моем теле, запираю квартиру и иду знакомым с юности маршрутом. Позитив, любезность и хохотушки.

Напоминаю себе, что должна держать марку перед этой подиумной дивой и не опускаться до уровня базарной бабехи, готовой таскать соперницу за волосы, и почти получается.

— Так тоскливо порой вечерами, — слышу соседку урывками.

Звук то включается, то пропадает, пока я переступаю порог злосчастных апартаментов и внутренне корчусь на углях воспоминаний.

— Андрюша, то есть муж, неделями пропадает на стройке.

Бла-бла-бла. Пускай бы его огрело ковшом экскаватора.

Квартира изменилась до неузнаваемости. Светлая, просторная, с отличным ремонтом, наверняка, даже нанимали дизайнера — она словно бы является продолжением держательницы семейного очага. Такая же нарядная, блистающая и изящная. Замысловатые картины в резных рамах. Множество светильников то тут, то там. Паркет из наборных дощечек, по которому так приятно пройтись босиком. Мебель и та навевает мысли о гармонии: вон в том кресле так и хочется утонуть после тяжёлого трудового дня, а этот диван, усыпанный маленькими подушечками, так и манит к себе, обещая успокоение.

— Красиво у вас, — помимо воли срывается с моих губ, пока мы идём через зал. — И очень много простора.

Да тут один сплошной простор, хотя на моей памяти гостевая комната была раза в два поменьше. А когда попадаем на кухню — столовую квадратов эдак на пятнадцать, ко мне приходит осознание, что это уже не одна квартира, это добрая половина этажа. И сейчас мы находимся на территории, которая некогда принадлежала бабе Тосе. Он купил её (квартиру, а не злобную старуху) и объединил со своей.

— Разве ж это простор? — Ксюша презрительно кривится и поджимает пухлые губки, давая мне почувствовать себя неотёсанной деревенщиной. — Вот через полгода Андрюша достроит наш загородный дом с бассейном и зимним садом, тогда…

Она пускается в детальное описание их идиллической жизни в новом имении, попутно накрывая на стол, а у меня челюсть сводит от притворной улыбки. Звякают чашки и блюдца. Их на столе всего две, значит, встречи лоб в лоб с моей первой любовью ожидать не приходится. С тихим шипением вскипает чайник.

И тут я замечаю это. Портретное фото на стене справа от стола. Обрамлено в ту же массивную деревянную раму с позолотой, что и прочие картины в доме. Снимок большой, не меньше метра в диагонали, и изображенные на нем люди это… да, та самая красотка Ксюша в струящемся красном платье, белокурый ангелочек Андрюша, её сынок. И — сердце заходится бешеным ритмом — Андрей Смолягин. Всё семейство запечатлено на фоне ярко пылающего камина и наряженной новогодними игрушками ели.

— А что насчёт тебя? Ты замужем?