Чтение онлайн

И только когда незнакомец -- пустые руки, опущенные и сложенные перед собою в замок -- остановился перед ним, Нестор вспомнил: развороченный "Трюм", смерть Дуста, таинственный дебошир, увиденный им сквозь потайное зеркальное окно. А мужик-то -- как из кукольной коробки, абсолютно такой же, временем не попорченный. Но сколько же лет прошло -- поди пятнадцать, а то и больше...

– - Привет, Нестор.

– - Здорово, коли не шутишь. Но что-то я тебя, мужик, не припомню...

– - Откуда бы припоминать?.. Главное, что я тебя помню и знаю заочно и очень давно. А зовут меня Стивен Ларей.

"Вот оно!.. Вот они кого на меня приготовили, гады... И сам бы мог догадаться, значит, не зря параши ходят, что он заговоренный от времени... Может, он и вообще тут, на кладбище живет, а днем по ошибке вылез..."

– - Имя громкое. А ты не врешь, случаем? "Где ребята, ослы сонные?.. Мой, что ли, час пришел?.. Так просто я не дамся... Если его заломать..."

– - Что тебе, верительные грамоты показывать? Не вру, смысла в этом не вижу.

– - Ну, и что тебе надо от меня?

– - "Джеймс Финрер упокоился здесь". Дядя Джеймс! Вон куда закопался... Надо же, такой длинный был, а могила стандартная... Твои цветы?

– - Мои. А ты что, знал его?

– - Джеймса? Я его еще мальчишкой знавал...
– - Гек с досады тяпнул зубами кончик языка: надо же, разволновался, идиот, расчувствовался... Делать нечего, авось не обратит особого внимания. В крайнем случае, если к слову придется -- вместе росли...
– - Мне от тебя надо немногое: помирись со Сторожем, перестань якшаться с антрацитниками и с прочими "заморышами" дружбу водить. Если согласишься -- сможешь отстегивать в наш общак, я за тебя походатайствую.

– - Совсем чуть-чуть, а? Я привык своей головой жить. И на хрен мне ваш общак? Тоже мне -- привилегия, пустоту кормить.

– - Пустоту? Твоим ребятам, как я слышал, на "Пентагоне" не сладко живется, фратуют-мужикуют, как максимум... Но это, конечно, пустяк. Ты не удивлен, что я тебя здесь встретил?

– - Ну, напели, настучали. Дальше что?

– - Ты -- наглый... Или со страху грубишь? Ты сейчас не астры -- кишки бы выложил, прямо к Дяде Джеймсу на колени, если бы не я сюда пришел...

– - Допускаю. Ну а с чего бы такая доброта по отношению ко мне? Не очень понятно...

– - Как сказать... Мир нередко лучше войны... Да и за тебя очень уж крепкое было ходатайство.

– - От кого?!.

– - Не важно от кого, был один паренек, который о тебе хорошо отозвался. Паренек умер давным-давно, а маза его на тебя до сих пор живет... Как, по-видимому, и Дядя Джеймс жив в твоем сердце, чего я как раз не понимаю... Кстати, пока мы еще разговариваем, не подскажешь, где Патрика похоронили, а то я смотрю, смотрю -- не найду никак...

– - Не знаю, честно говоря, никогда не интересовался. Помню, что где-то там, -- Нестор махнул рукой, -- а точнее не знаю. Надо у сторожа спросить.

– - У Сторожа?..

– - Да нет... у кладбищенского... Мне надо подумать.

– - Само собой. Подумай и вечерком брякни Сторожу по этому телефону, я там рядом буду, договоримся о дальнейшем, и о цветах, и о теще...

– - Какой еще теще?

– - Позвонишь -- узнаешь. Давай тогда, двигай первый, а я пока поброжу немножко, посмотрю...

Люди Нестора сидели в машинах, бледные от злобы и стыда.

– - Что вы тут, морды, заснули все, что ли?

– - Уснешь...
– - огрызнулся его адъютант и главный телохранитель, по кличке Стакан.
– - Сидим, ждем. Вдруг смотрим -- у кого на ухе, у кого во лбу -- красные зайчики дрожат. На лазерный прицел каждого взяли... Подходят два штымпа, один к нам, другой к сопровождению. "Сидите тихо и ждите шефа", -говорит. Ну и второй так же... Выгрузили обоймы из стволов у каждого и вернули врозь. Они отвалили, а мы сидим, смотрим, как ты с каким-то хмырем базаришь... Минуту назад зайчики ушли, а ты пришел...
– - Стакан хотел было дополнить, что прижали их явно по наводке и что никто из них до последнего часа маршрута не знал, кроме Нестора и него, а он-то никому ничего не говорил... Но решил смолчать, Нестор не дурак, сам допрет...
– - А что за хмырь с тобою был?..

Нестор сердито посопел-посопел, помолчал-помолчал, но потом решил произвести впечатление на своих молодцов:

– - Кромешник. ...За дорогой следи, морда, чуть бордюр не снес!..
– Впечатление было произведено, стыд и унижение у слушателей как рукой смыло.

– - И... как?

– - Добазарились кое о чем. Мы с ним старые, как говорится, знакомые...

Муртез и Бонс расплатились и ушли, а Нестор, тряся зажатыми в кулачищах ножом и вилкой, гудел в собеседника басовитым шепотом:

– - ...Я тебе отвечаю за каждое слово! Помнишь, я тебе про "Трюм" рассказывал и про своего племяша? Так вот это он был... Почти двадцать лет прошло, а он не изменился на морду. Я ведь его тогда хорошо запомнил!

– - Ой, Нестор, грузишь ты мне, зачем -- не знаю. Ну и как, ты ему напомнил тот случай?

– - Нет. Да пойми ты, Арнольд, что мне тебе врать? Он, между прочим, Дядю Джеймса знал, когда тот еще пацаненком был. Он его знал! И Патрика, и остальных. А где, говорит, сволочь Зеленый-то лежит? Я так думаю, что он его и закопал туда. И Дудю тоже.

– - А на чью заступу он намекал, что за паренек такой?

– - Ну, наверное, Гек-Малек, из урковых, Дудей где-то подобранный. Уж не знаю, как он был с Кромешником повязан, но когда Малька стала вся псарня по городу искать, я сразу Дудю предупредил. Через час-другой -- хлоп -- все покойники: Джеймс, Патрик, Франк... И Тобика -- помнишь его?
– - заодно прибрали. И Малек сгинул. Вот так-то.

Я ему после кладбища в тот же вечер позвонил, да потом встречались всем кагалом, с ним, со Сторожем... Я давно хотел с тобою переговорить, да видишь -- все такие занятые, что ты, что я... Короче говоря: вошел я в общак пятью процентами. Круто, да что поделаешь, зато сразу легче стало -- и со стрельбой, и с делами, и с гревом на "Пентагон". Он мне накернил жирный кус от лотереи по всему району, на легкие зузы дал наводку, а в мои дела не суется.

– - Как же не суется, а проценты кто считает?

– - Я и считаю. Он сказал, что на доверии, но если узнает "вольт" -предъявит ребром. Пока все тихо и по понятиям.

– - А как... эти дела, с "угольком"?..

– - Отрубили. Грабить их можно, торговать нельзя. Да и хрен с ними, по правде говоря; люди ненадежными становятся: либо сами подсаживаются, либо курвятся в лягавке перед расстрельными перспективами, либо на сторону кренятся, в расчете на колумбийские бабки... Либо все вместе. Да денег меньше не стало, скорее больше: плюс лотерея, плюс без прежней пальбы... С профсоюзами хороший бакшиш корячится -- регулярный, не хапок. Жить можно... Только...