Чтение онлайн

— Это потому, что вы вечно ссоритесь. Ты терпеть не можешь мамину стряпню, но ещё больше не хочешь ранить её чувства, поэтому мы в конечном итоге вынуждены есть и притворяться, что это вкусно.

— Когда ты возвращаешься домой? — спросил он после хриплого смешка.

— Я уже говорила — в середине сентября. Пап, мне реально пора идти. Все меня ждут.

Он хотел ещё о чём-то поговорить, полностью игнорируя мои просьбы повесить трубку.

— Ладно, пока, пап. Ещё поговорим, ладно?

Когда я повесила трубку, он продолжал что-то говорить. С тех пор как на него однажды напали, левым ухом он стал слышать хуже. Какие-то умники поставили на его участке теплицу, поскольку место пустовало в течение нескольких месяцев. Когда он поймал их, завязалась драка. Участок он отстоял, но в результате оглох.

Теперь, после разговора с родителями, когда они убедились, что меня не похитили развратные англичане с дурной привычкой пить чай, я могла вернуться к жизни в особняке Резерфорда-Мэннинга и разобраться, какого хрена я тут делаю!

Я не сразу присоединилась к ним, а немного посидела на кровати в раздумье. Мне повезло, что на следующий день после вечеринки Скарлетт уехала в Прагу на свадьбу подруги, и мы не виделись три дня. Три долгих дня…

Но прошлым вечером она вернулась.

Комплекс вины — вот что это было. Поцелуя, слава Богу, не было; но тот факт, что мы подошли так близко, и ей хотелось поцеловать меня так же, как и мне, говорил о многом. Мысленно я ощущала вкус её поцелуя, эти влажные алые губы своими.

"Забей на это нафиг, — ругала я себя. — Тебе нравятся мужчины: члены, волосы на груди и... и... Почему я не могу назвать, что ещё мне нравится в мужчинах? Должно же быть что-то ещё".

Я помотала головой, отбрасывая эту мысль и пытаясь убедить себя, что я чуть не поцеловала женщину — сестру своего парня, ни больше ни меньше — из-за облегчения, что она наконец-то стала добра ко мне. Да, так оно и было. Так и должно было быть.

— Доброе утро, любимая, — сказала Фиона, когда я вошла на кухню несколько мгновений спустя.

Сердце бешено заколотилось, когда я увидела Скарлетт за столом. Боже, почему она выглядит столь скромно и безмятежно? Казалось, что с каждым утром она становилась всё прекраснее. Её кожа сияла, а вьющиеся волосы были влажны и распущены, как будто она только что приняла душ.

— Доброе утро, — сказала я сидящим за столом.

Я села рядом с Маркусом, и он поцеловал меня в щёчку. Прямо напротив Скарлетт остановила на мне взгляд тёмно-карих глаз, намазывая себе маслом тост. Но когда я поймала её взгляд, она отвернулась. Нам рано или поздно предстоит придётся об этом поговорить. Вероятно, ей хотелось забыть то, чего никогда не было, так же, как и мне. Пока мы обе не вляпались по самые уши.

— Как поживают твои родители? — спросил Норман, откусывая кусочек тоста и рассыпая крошки по всему столу.

— Хорошо. Бабушка останется с ними, пока в её доме идёт ремонт. Она сводит их с ума — уж очень она требовательная и привередливая.

— Теперь понятно, откуда это у тебя, — пошутил Маркус.

— Я не такая, — усмехнулась я.

— Брось, я просто прикалываюсь. Тебе легче всего угодить, — он поцеловал меня, и мне пришлось немного оттолкнуть его, прежде чем это могло показаться неприличным при других.

Смутившись, я рискнула взглянуть на Скарлетт, которая вообще не смотрела на меня, озабоченная только содержимым своей тарелки.

— Эй, Скарлетт, как прошла свадьба Виктории? Прага — такое прекрасное место для свадьбы, — сказал Маркус.

— Мило. Свадьба была достойна принцессы. Жаль, что мужчина, за которого она вышла замуж, был похож на лягушку до превращения в прекрасного принца!

Все рассмеялись, хотя я не была уверена, что это шутка. Скарлетт не смеялась. Да и вообще она выглядела даже расстроенной. Может быть, её беспокоит моё присутствие?

— Но она же любит его. Она всегда его любила, — сказала Фиона мечтательным голосом. — И именно с ним каждое утро будет просыпаться она, а не ты.

— И слава богу!

Да, сегодня у Скарлетт настроение было гораздо хуже, чем когда-либо. Она вытерла губы, бросила салфетку на тарелку, затем отодвинула стул и встала.

— Простите, у меня сегодня много дел.

Я смотрела, как она уходит, пропуская мимо ушей всё, что говорил Маркус.

Как только часы на моем ноутбуке показали 13:00, я оставила попытки сделать что-нибудь значимое и закончила на сегодня работу. Невозможно было сосредоточиться, пока мы со Скарлетт не поговорим.

Поскольку Маркус уехал с друзьями, оставив меня доделывать кое-какую работу, это была прекрасная возможность встретиться со Скарлетт и прояснить ситуацию.

Её машины не было на подъездной дорожке, но это ничего не значило, поскольку обычно она ставила её в гараж.

Я слегка постучала в её дверь, но поскольку она не ответила, я постучала сильнее. По-прежнему никакого ответа. Её не было на месте. Что-то подсказало мне проверить конюшню. На том участке была тысяча разных мест, где она могла спрятаться. Но сначала я попробовала посмотреть в конюшне, решив, что это столь же хорошее место для начала поисков, как и любое другое.

Там мои поиски начались и закончились. Я застала её за расчесыванием гривы одной из их четырёх лошадей — по лошади для каждого члена семьи, хотя Маркус упомянул, что Скарлетт единственная, кто ездит верхом.

Она расчёсывала лошадь нежно и очень заботливо. Стоя в дверях, я смотрела за неё и восхищалась. Когда мне пришло в голову, что шпионить подобным образом жутко, я откашлялась и объявила о своём присутствии.

Она резко вздрогнула и обернулась. Увидев, что это я, она продолжила то, что делала, не сказав ни слова.

— Это как психотерапия, не так ли? — спросила я, подходя к ней и наблюдая за работой её рук.

— Если ты так считаешь.

— Как его зовут?

— Её зовут Табита, — сказала она. — Она внучка моей первой лошади.

Я заглянула в стойла других лошадей.

— А этот кажется совсем диким, — сказала я о белом жеребце.

По крайней мере, мне казалось, что это самец. Я понятия не имела, как их различать.

— Да. Я езжу на нём верхом, только когда у меня плохое настроение.