Почему бы и «Да»
Шрифт:
– Уверен. Орала жена моя. Она у меня такая затейница. В койке огонь просто. Страшна, правда как гуманоид. Но это не так страшно, я ж контуженый. Все? Интерес удовлетворен ваш? А теперь валите отсюда и не отсвечивайте, пока я не рассердился, – я подкинул в руке топор и пошел к дому, слушая рокот мощного мотора за своей спиной. Они мне не поверили. Хотя, я чистую правду им сказал, жена же. Ну, в общем то и ожидаемо. Только вот какого лешего они приперлись снова к материному дому? Вот это вопрос.
– Ленка где? – рявкнула мамуля. Я еще даже через порог не успол переступить. – Эта девчонка совсем от рук отбилась.
– В смысле, где Ленка? – ошарашенно хмыкнул я. – Вообще-то ты ее воспитываешь.
– Вообще-то это ты мне девку на голову скинул, отец года, блин, – совершенно справедливо парировала мамуля. – Девчонке так-то отец нужен, ну и мать в идеале. Кстати, твоя жена вполне могла бы…
Моя жена. Моя… Черт, она сидит в колючем кусту крыжовника. Хотя…
– Могла бы? – злой голос Зои разорвал пространство. Я оглянулся, увидел разъяренную красотку. На синем лице куча царапин, в волосах вентки и недоспеышие ягоды. И у мамы глаза начали кровью наливаться. Надо было уехзать с бандитами. – Я могла бы? Да вы все тут отбитые. Вы…
– Мой крыжовник? – звеня сталью в голосе перебила мою жену мамуля. Ну все… Все… Сейчас начнется.
– Крыжовник? То есть вам эту гадость жалко? Ничего, что я вся чешусь? И Ленка ваша… Девчонка совсем невоспитанная. Она же просто обнаглевшая мошенница. Хотя, чему удивляться, с такими то родственниками? Она и корону мою продать…
Что? О, черт бы меня подрал. Только не это. Только…
– Как это продать? – прохрипел я. Зоя, сосредоточься. Что она решила сделать?
Зоя
– Ты с нами не поедешь. Я сказал, – рявкнул Тим. Знал бы он, глупый, что теперь я с него с живого не слезу. Мне нельзя запрещать. У меня срабатывает механизм, отключающий все, вплоть до чувства самосохранения, когда меня пытаются в чем-то ограничить.
– А кто ты такой, чтобы указывать мне? – выставила я вперед подбородок. Отец всегда в такие моменты говорил, что я упряма как ослица. Интересно, как он пережил мой побег? И что они говорили гостям, которые собрались на свадьбу? Для Артурчика это был позор, по крайней мере я очень на это надеюсь.
– Муж, – оскалился великан. В глазах его грозовые тучи. Страшно мне? Пффф. Он ведь прав абсолютно. Ну зачем мне голову совать в пасть моего бывшего жениха? Дергать Артурчика за усы мероприятие безумно-идиотское. Но… Я не могу позволить какому-то там… мужу, быть правым и мной верховодить. – Я твой муж. И ты будешь меня слушаться.
– Мечтай. Я птица вольная. – хмыкнула я. Взвизгнула, когда огромная ручища ухватила меня за шкирку. Я заболталась в воздухе как кукла марионетка, шипя и пытаясь плюнуть ядом. Но на Тима мои выкрутасы не произвели особого впечатления. – Куда ты меня тащишь?
– В подвал. У мамы там дверь удар ядерной боеголовки выдержит. Окон в нем нет, птица не проскочит, зато, наверняка, есть огромные крысы, – радостно пообещал проклятый мерзавец. – Зато там тебя не найдут твои родственнички.
– Ты же сам меня мечтал им вернуть, – вредно рыкнула я и попыталась извернуться, чтобы вцепиться зубами в запястье моего мучителя.
– Ну, я передумал. Я, знаешь ли, не подонок, как твои родные люди. Не могу отдать на растерзание глупую дуру, которой жить осталось в случае возвращения два понедельника.
– Ты ненормальный. Точно. Что ты несешь? Мои родные меня любят. Они мне счастья желают.
– И ты поэтому не хочешь к ним возвращаться? – ехидно поинтересовался Тим. Черт, гад какой. Гад. Прямо наповал бьет аргументами. Да, не хочу. Потому что… Потому что я не хочу сделать всем плохо. Не хочу, чтобы отец узнал про измену жены. Не хочу, чтобы он развелся с моей, пусть и не родной мамой. Я привыкла, что у меня есть они. Да, я эгоистка. Да, я хочу чтобы все было как раньше. А Артур… Я его не люблю, не любила никогда. Это все он виноват. Во всем. Я ему отомстила.
– Только попробуйте мне халат порвать, – мать Тима наконец оторвалась от увлекательного складывания в сумку, больше похожую на парашютный рюкзак, всей кухонной утвари. Она Ленку спасать собралась, интересно, или нашампурить несчастного Дароева на вилку для жаркого? – У нас девчонка пропадает, а они игры свои ролевые устроили. А мне потом в гроб не в чем будет. Явлюсь к райским вратам как нищенка убогая.
– Так Ленка сказала, что вас гораздо ниже ждут, – в запале хохотнула я, все таки извернулась и едва не выпала из мерзкой тряпки, над которой так трясется моя свекровь.
– А знаешь, Тимоша, а пусть она с нами едет. Избавимся, может, от головной боли? Я даже платье мое гробовое жертвую, – елейно пропела мамуся. – Отдадим ее красавцам мордатым. Представляешь сколько радости будет у твоего жениха бывшего, деточка, когда он узнает, что ты вышла замуж за другого? Он тебя и отправит туда, где меня, по словам моей внучи, давно с фонарями ищут.
– Ты ей рассказал. Ну ты и… Где там ваш подвал? – всхлипнула я. Эта курчавая бабка дело говорит. Артур меня растерзает. Вот только не одну меня. Тимофею тоже небо в алмазах покажется. И Ленку с бабулей заденут. Как там говорит мой папа? Это сопутствующие жертвы. Мне не должно их быть жалко. Но от чего-то я совсем не хочу, чтобы они пострадали из-за меня. Пусть они противные и гадкие, но… Они ведь мне дурного не сделали. Только хорошее.
– Не надо в подвал. Я буду сидеть в доме. Тихо, как мышка, – покорно вздохнула я. Тимофей посмотрел на меня с подозрением. Бабка пуделиха довольно хмыкнула в свою безразмерную торбу.
Мой муж пошел к двери. Двигается он, конечно. Как гепард, как… Мышцы переливаются под трикотажем футболки. Движения плавные, но смертельно опасные. Да, я и не думала, что люди так могут.
– Тим, осторожно там, – хныкнула я. Он затормозил, обернулся. Глянул на меня удивленно.
– Ты за меня переживаешь, принцесса?
– Я переживаю, что вас расколят сразу. Ясно же, что вы все нарисовались уже, фиг сотрешь, – буркнула я. Бабка противно хихикнула, что она там надумала себе?
– А ты права, – впервые в жизни согласился со мной муж. Ван Дамм на улице разорался аж и все медведи, наверное, в ближайшем лесу передохли. ОН СО МНОЙ СОГЛАСИЛСЯ? – Нас срисуют сразу твои родственнички бандитские.
– Ты опять за свое? – насупилась я. Это уже стало вообще возмутительным. – Мои родственники простые люди.
– Место которым на зоне, – прищурился великан. – Послушай, я вернусь и мы поговорим. Будет честно, если ты узнаешь правду. Я не хотел говорить, но…
– Да пошел ты. Не смей про моего папу говорить гадости. Не смей, слышишь? Ты его не знаешь совсем. Он обычный бизнесмен.
– Который готов свою собственную дочь…
– Так, хватит. Поехали. Там вас помирят, – перебила сына Леокадия Тихоновна.
– Она не едет, – прорычал Тим.
– Она права. Нас с тобой сразу расколят.
– И ты хочешь отдать им на растерзание эту дуру? Ее же убьют.
– Сам дурак, – кого убьют? Что он несет? Да я сама сейчас его убью. Прямо сейчас. Я его… – И мы с тобой не закончили. И попробуй только еще раз моего отца оболгать. Ты просто… Просто…