Чтение онлайн

– Здесь, на станции, – Смаг широко раскинул руки, – всё будет из камня: перрон, вокзал и даже часовня Великому Создателю.

Хорошо протоптанная дорожка идёт мимо фундамента будущего вокзала. Под снегом, словно под смятым одеялом, угадывается ещё один длинный прямоугольник.

– А что из дерева, так то временное, – Смаг взглядом, словно не желая пачкать руки, показал на дом в дальнем конце будущего перрона.

– Это и есть Контора? – Туран переложил саквояж криминалиста в левую руку.

– Да, мастер, – Смаг кивнул.

На фоне белого-белого снега невзрачное двухэтажное здание выделяется серыми бревенчатыми стенами и приплюснутой крышей. Маленькое крыльцо, по идее, должно быть парадным входом. На заднем дворе толпится несколько кособоких сараев. Под навесом сложен большой штабель не колотых чурок. Как это часто бывает, дом Управления строительством построили в самую первую очередь и на скорую руку. Как обычно, начальникам не терпелось обзавестись собственными кабинетами. Наверняка на первом этаже построен тёплый туалет – самая настоящая роскошь для простых строителей.

Стыдно признать, но командировка в Ничеево нравится Турану всё больше и больше. Так, сегодня утром, он опять пришёл в Управление полиции на час позже. Вчера вечером он просто забыл завести будильник. И, если бы не верный Смаг Руф, то Туран сумел бы вволю отоспаться. А так молодой помощник ровно в восемь утра забарабанил в дверь люкса.

Расследование продолжается. От Управления полиции Смаг привёл Турана на северную окраину Ничеево, в новый район города, который уже успели прозвать Железякой. Деревянные бараки и какие-то халупы, то ли склады, то ли туалеты. Однако ближе к станции потянулись вполне добротные деревенские избы с огородами и сараями для кур, свиней, коров и прочей живности. Как пояснил Смаг, не все рабочие пожелали ютиться в бараках. Часть наиболее квалифицированных и хорошо оплачиваемых успела обзавестись личными избами и жениться на местных красавицах. В недалёком будущем эта часть рабочих навсегда останется в Ничеево и будет работать на железной дороге. Ну а городские власти всегда рады заполучить новых налогоплательщиков и с удовольствием выделили землю под новый район и распланировали улицы.

Снорская губерния, пусть заснеженная и плохо заселённая, богата лесом и полезными ископаемыми. Пусть моста, железной дороги и станции ещё нет, однако одно их строительство уже придало Ничеево мощный импульс для экономического развития. И в Железяке это ощущается лучше всего. В недалёком будущем вместе с железной дорогой появятся новые фабрики и верфи. Может быть даже будет построен большой металлургический завод. Отрадно осознавать, что Ничеево буквально на глазах превращается в новый промышленный центр Тиллурской империи.

Вблизи деревянное здание Конторы выглядит ещё хуже, чем издалека. Даже не инженер заметит, что многие оконные рамы стоят криво, дальний угол бревенчатого сруба заметно ниже трёх других. Местами щели между брёвнами забиты свежей паклей. Вряд ли начальство будущей железнодорожной станции захочет ютиться в этой халупе, когда строители закончат свои дела и съедут.

Крыльцо Конторы на удивление хорошо вычищено от снега. Местами сквозь тонкую корочку льда проступают корни и камешки. Входная дверь мягко провернулась на толстых кованых петлях. Едва Туран переступил порог, как из-за старого столика налево от входа бойко поднялся служитель. На мужике лет сорока пяти – пятидесяти одета старая армейская шинель без погон, от шеврона на рукаве остался прямоугольный контур. Высокий, тощий и костлявый. Поддёрнутые краснотой глаза выдают любителя лишний разок заглянуть в бутылочку. Коротко стриженные волосы ёжиком торчат во все стороны. На щеках блестит трёхдневная щетина.

– Вы куда, уважаемый? – из рта служителя пахнуло дешёвым пивом.

– Где находится кабинет капитана Язефа? – Туран переложил саквояж в правую руку.

– А вы кто такие? А по какому вопросу? А у вас записано?

Служителя не смутили ни добротное зимнее пальто на плечах Турана, ни даже шинель полицейского на молодом помощнике. Видать, местный привратник умеет разбираться в званиях, раз сообразил, что никакой Смаг не городовой, а всего лишь посыльный, мальчишка на побегушках. Но самое интересное другое: ни страха, ни служебного рвения, эмоциональный фон служителя аж светится от любопытства. В иной ситуации он без проблем пропустил бы хорошо одетого витуса и полицейского, однако служителю жуть как хочется знать, какая нелёгкая принесла Турана в Контору. Обычно завзятыми сплетниками бывают женщины. Но если чужим «грязным бельём» интересуется мужик, то это всё – туши свет и уноси ноги. Очень часто подобные типы работают полицейскими осведомителями, причём добровольно и весьма охотно.

– Уважаемый, – Туран надвинулся на служителя Конторы словно паровоз, – вас это не касается. И так, спрашиваю ещё раз: где находится кабинет капитана Язефа, исполняющего обязанности главного инженера?

Подействовало: строгий официальный тон и грозно сдвинутые брови в одно мгновенье заставили служителя вспомнить и своих прямых обязанностях.

– Второй этаж направо, до конца коридора и ещё раз направо, – рука служителя с обкусанными ногтями указала на лестницу. – Так вы кем будете?

– Сыскная полиция, – Туран рывком вытащил из кармана удостоверение со значком.

Обычно значок в виде щита со звездой и связкой стеков производит на простых обывателей убойное впечатление. У большей части из них возникает желание сделать ноги. Обычно, но только не на этот раз. Значок не простого полицейского, а сыскного чиновника раззадорил служителя Конторы ещё больше.

– А-а-а! Так вы тот самый начальник из губернии? Так вы по смертоубийству подполковника Ксижена зашли? Его и в самом деле «проклятие нишранов»…

– Не ваше дело! – Туран резко оборвал словесный поток.

Ну бывают же столь упёртые типы. Эмоциональный фон служителя поплыл цветами сожаления и обиды, как у рыбака, у которого с крючка сорвалась таки упитанная щучка килограмм на пять.

– А правда, – служитель схватил Смага за рукав шинели, – что волки у подполковника Ксижена конец отгрызли?

От столь несусветной чуши молодой помощник дёрнулся всем телом вперёд. Рукав шинели с треском выскочил из пальцев чересчур любопытного служителя.

На лестничной площадке между первым и вторым этажами Туран обернулся, нужно будет поговорить с местным привратником. Завзятые сплетники обычно много чего знают и очень охотно делятся информацией. Главное, оно же самое сложное, отделить сплетни и домыслы от реальных фактов.

Пол на втором этаже сверкает свежей коричневой краской и не скрепит. Невероятно, Туран притопнул ногой, половая доска даже не дрогнула. Узкий коридор упёрся в окно. Мороз затянул тонкой корочкой льда не только наружное стекло, но и добрался до второго внутреннего. В свете тусклого масляного светильника на широкой двери с бронзовой ручкой с трудом можно заметить тёмную табличку с надписью «Главный инженер». Как и полагается по правилам этикета, Туран постучал костяшками пальцев.

– Входите, открыто, – донеслось изнутри.

Туран потянул дверь на себя. Первое, что бросилось в глаза, так это широкий и тяжёлый даже на вид письменный стол. Из-за чего кабинет капитана Язефа кажется меньше, чем он есть на самом деле. Столешница завалена толстыми гроссбухами и серыми папками. На самом краю теснится письменный набор. Не одна, а целых две тумбочки с выдвижными ящиками. Не иначе, этот стол сделан по личному заказу и под размеры прежнего владельца кабинета Варма Ксижена. От печки-столбянки в углу за дверью волнами исходит тепло. По левую руку от капитана Язефа замер кубический сейф на толстых квадратных ножках, а по правую – книжный шкаф. Наполовину пустые полки располосованы узкими полосками пыли.