Чтение онлайн

Сам капитан Язеф сидит на стуле с круглой спинкой. В левой руке зажата серая папка, пальцы правой держат стальное перо. Однобортный китель армейского образца расстёгнут на две пуговицы. Шинель со скрещенными топорами на петлицах и шапка остались на вешалке возле входа. Эмоциональный фон капитана Язефа пестрит усталостью. От новой ответственности и дел щёки военного инженера запали, а кисти покрылись чернильными пятнами. Как говорят в народе, исполняющий обязанности главного инженера засел в глубокой запарке.

– Добрый день, уважаемый, – Туран стащил с головы меховую шапку, – прошу прощения за вторжение.

– Ничего страшного, уважаемый, – капитан Язеф в ответ вежливо склонил голову. – Прошу вас, раздевайтесь и присаживайтесь. Я, хоть, пока отдохну от всей этой бухгалтерии.

Кончиком стального пера военный инженер показал на стул для посетителей возле стола. Молодой помощник примостился у окна на шаткой табуретке.

– Признаться, – капитан Язеф переложил пачку папок на другой конец стола, – я ждал вас ещё вчера.

– Благодарю вас, – на освобождённый пятачок письменного стола Туран положил блокнот для записей. – Вчера у меня нашлись более неотложные дела.

– Конечно, конечно, – капитан Язеф устало улыбнулся, – до меня уже дошли новости и об исчезновении чиновника Контрольной палаты и об ограблении дома, где жил подполковник Ксижен.

Эмоциональный фон инженера словно пейзаж. Туран вытащил из кармана карандаш. С одной стороны, новость о более неотложных делах внушила капитану Язефу оптимизм и уверенность, но при этом военный инженер так и остался внутренне напряжённым. Такое впечатление, будто на узкой тропинке он наткнулся на ядовитую гадюку. Пусть змея может ужалить и даже убить, но особого страха нет, если знаешь, как обойти ядовитую гадину. Ну а внешне, нужно признать, капитан Язеф держится молодцом. Правда, если сделать скидку на его загнанный новыми делами и заботами вид.

– Как вы, наверное, уже догадались, – указательным пальцем Туран распахнул блокнот, у меня будут к вам вопросы не только о смерти подполковника Ксижена, но и о «проклятии нишранов».

Ещё один внутренний вздох облегчения. Пусть на лице капитана Язефа не дрогнул ни один мускул, но внутри он перевёл дух, будто мимо его головы только что просвистела пуля.

– А протокол? – капитан Язеф вытянул шею. – Разве вы не будете вести протокол?

– Нет, – Туран качнул головой, – пока я собираю информацию. Официальные протоколы будут позже.

Ещё один эмоциональный вздох облегчения. Ещё одна новость тайно обрадовала военного инженера. И с чего это?

– Для начала, – Туран взял карандаш на изготовку, – начните…

– С самого детства?

– Нет, конечно же, – Туран усмехнулся. – Вполне достаточно с того времени, как вы начали работать здесь, в Ничеево.

– Тогда, извините, рассказывать особо нечего, – капитан Язеф пожал плечами. – До смерти подполковника Ксижена я был самым главным на строительстве моста через Витаку. Ну а так как это самый главный и сложный объект, то заодно я считался заместителем главного инженера. Именно по этой причине я и вселился в этот кабинет. На меня свалились новые обязанности, а старые, как вы сами понимаете, никуда не делись. Вы не смотрите, что на дворе зима, стройка идёт полным ходом. А что будет, когда сойдёт снег…

Военному инженеру явно не хватает опыта общения с эмпатами, Туран старательно записывает слова капитана Язефа в блокнот. В словах хозяина кабинета правда мешается с домыслом едва ли не наполовину. Больше всего инженеру хочется выставить незваного визитёра в коридор, да ещё и дверью громогласно хлопнуть. Только не получится, Туран про себя улыбнулся. Беседа продлится ровно столько, сколько нужно. Хотя всё равно жаль – свободный рассказ упорно не клеится.

– Хорошо, – Туран поднял глаза на капитана Язефа, – давайте разберёмся с «проклятием нишранов».

– Я понятия не имею, как это пресловутое проклятие могло убить подполковника Ксижена.

Внутренне капитан Язеф тут же собрался и напрягся, словно ему не посчастливилось в тёмном переулке наткнуться на банду уличных грабителей. Туран едва не прикусил нижнюю губу. Подобная эмоциональная вспышка – очень плохой знак. Впрочем, увы, каждому человеку есть что скрывать. Собственные впечатления как эмпата заносить в официальный протокол запрещено, а вот в личный блокнот – можно и нужно.

– До подполковника Ксижена мы ещё дойдём, – Туран вновь склонился над блокнотом, карандаш быстро чиркнул пару фраз, – а пока меня интересуют два эпизода: взорванное капище и несчастный случай в кессоне №2.

И вновь по эмоциональному фону капитана Язефа прокатилось хорошо знакомое облегчение. О чём, о чём, а о «проклятии нишранов» хозяин кабинета готов говорить много и охотно.

– Вы знаете, почему мост через Витаку было решено построить именно здесь, в Ничеево? – капитан Язев откинулся на спинку стула.

– Да, я слышал об этом: – Туран тряхнул карандашом, – здесь ближайшее от Снорка удобное место для строительства переправы. Там, ниже по течению, Витака широко разливается, выше – скалистые берега. Здесь ещё нишраны переправлялись и всё такое.

– Верно, – в эмоциональном фоне капитана Язефа красным огоньком проскочило сожаление. – На правом берегу Витаки, как раз на пути будущей железной дороги, оказалось заброшенное капище нишранов.

Своими собственными словами военный инженер рассказал о взорванном капище изгнанного народа. Никаких новых деталей и подробностей, однако Туран всё равно старательно записал версию капитана Язефа. Гораздо важнее то, что пошёл свободный рассказ. Хозяин кабинета внутренне расслабился и успокоился.

– Ну вот и всё о капище, – капитан Язеф грустно улыбнулся. – Теперь касательно несчастного случая в кессоне №2. Надеюсь, вы знаете, что такое кессон?

– Признаться, в самых общих чертах.

– На всякий случай я поясню: кессон – это такой огромный деревянный ящик с очень толстым дном. Только это самое дно торчит над водой, а открытый верх на самом деле упирается в речное дно. Рабочие выгребают ил, песок, глину и прочие осадочные породы, чтобы опора будущего моста покоилась на скалистом основании и не упала. Чтобы вода не залила кессон, в него под давлением подаётся воздух. Специальные шлюзы пропускают рабочих вовнутрь и удерживают воздух.

– А, – Туран кивнул, – это как стакан в ведро с водой опустить, воздух застрянет под его дном.

– Совершенно верно, – капитан Язеф улыбнулся. – Так вот, тринадцатого сентября сего года у кессона №2 вышла из строя система подачи воздуха. Как следствие, воздух стал выходить, а в пространство под кессоном хлынула вода.

Все пять рабочих вполне могли бы спастись. Это я вам ответственно заявляю, – в эмоциональном фоне капитана Язефа засверкал алмаз уверенности в собственной правоте. – Другое дело, что среди рабочих началась паника. Все пятеро ломанулись на выход. У входа в шлюз тут же возникла давка, никто не захотел уступить. В результате все пятеро захлебнулись.