Чтение онлайн

Карга пошевелила головой, вытянула вторую лапу, уцепилась и ею за мою простыню. На ткани сразу появились три длинных дыры. Это из чего у нее когти сделаны, что такие острые? Мой зверек потянулся, наружу высунулась длинная шея, вдоль хребта вытянулись вверх острые шипы. Точно игуана! Только странная немного. Наверное, потому что породистая. Нет, такую ящерицу я никому не отдам. Маме скажу, что ужасно расстроился и вообще она меня обманула, поэтому со щенком овчарки можно и поторопиться. Да хоть и не со щенком. Денег у мамы мало, можно за бесплатно взрослую собаку из приюта взять. А игуану я точно себе оставлю.

Ловкое движение шеи, кивок, раскрытая настежь серая пасть. У нее и внутри переливы почти такие же, как на чешуе. Карга обернула вокруг моего пальца длинный язык. Есть, наверное, хочет. Следом из носка потянулось серебристое тело, и внезапно раскрылись крылья. Огромные! Размером больше самого зверька, словно в комнату попала огромная бабочка. Я дышать перестал. Кто это? Что за зверь? Откуда у него эти крылья? Даст ли мне мама оставить себе этого зверя? А что, если его захочет забрать прежний хозяин? Не отдам. Точка!

Еще шевеление. Носок шаг за шагом расстается со своею добычей. Две задние лапы, похожие на куриные окорочка, только в мелкой серебристой чешуе и с лапами, как у кошки. Наконец, безумно длинный хвост, заостренный на конце. Рядом со мной на постели стоит крохотный дракон. Зверёк чуть помедлил, плюхнулся на попу, снял с моего пальца свой язык, поднял "окорочок " вверх и принялся его нализывать раздвоенным языком. То и дело Карга пофыркивает, сплёвывает клочки своей прежней шерсти, приглаживает языком каждую чешуйку. Мать узнает, точно дракона у меня отберет. С неё станется. Еще прежнего владельца станет искать. Нет уж! Ей я точно ничего не скажу. Карликовый дракон! Мой собственный, живой. Карга растопырила крыло, вытащила вбок все кожистые перепонки и принялась методично нализывать их. Шорк-шорк. А язык такой узкий, мягкий, хоть и раздвоенный. Может, потому и раздвоенный, что она им по острым шипам рыщет? Так дело пойдёт, он еще и растроенным станет или даже расчетверенным.

— Эй, — я тихонько ткнул пальцем в мягкое желтоватое пузо. Карга скосила на меня чёрненькие глаза.

— Кушать будешь? Чем вас, драконов, кормят? Мясом?

— Фыр!

Зверёк встал на лапы, прошелся по кровати, спрыгнул на тумбу. Узенький язычок пролез в прорезь копилки. Хорошо, что я туда мелочь ссыпаю, хоть купюры не измочалит. Затем раздался хруст. Она что, питается деньгами? Карга сплюнула, растопырила крылья и запрыгнула на письменный стол. Я рот открыл. Крылья вроде большие, а Карга машет ими в воздухе не как птица, скорее, как стрекоза. Трепещет на месте. Может, она летать не училась? Пока я думал, зверёк высунул язык. Да какой там зверёк! Дракон! Хоть бы она выросла только! Под кроватью буду прятать. Нет, не поместится. Тогда? Придумаю что-нибудь! Ловкое движение языка и куска заветренной колбасы на моем бутерброде как не бывало. А ведь я его только вчера оставил себе на завтрак!

— В нашем тетрисе мясо где-то было. Я холодильник имею в виду.

Карга хлопнула веком. Глаза у нее — бусинки, маленькие такие. Ухватила в лапу хлеб от бутерброда, сунула целиком в пасть, жевнула, проглотила. Почему-то сморщила всю свою драконову морду и переместилась на стул. Куда она лезет! Там же канистра с бензином! Пока я бежал, дракон успел облизнуть крышку.

— Ты чего творишь?

Карга вытаращила глаза, отвернула морду и плюнула в стену огнём. Обои мгновенно обуглились. Прям точечно так. Ничего, картину повешу! Пятую по счету. Мама уверена, что я увлекся живописью. Ну-ну! Так же, как и историей края, то есть исключительно в практических целях. Я сбил язычки пламени, быстро засунул канистру с бензином в шкаф. Если повезёт, мама ее не скоро найдёт. У нее до меня дела нет, якобы из-за бесконечной работы. Можно подумать, она и вправду там устаёт. Тискай собак, мыль их шампунем, да ножницами пощелкай. Вот и вся работа. Она даже напевает, когда стрижёт собак и улыбается без конца. Целый день с утра и до самого вечера, а то и до ночи. Вон и меня к себе в зоосалон брала пару раз, я сам это видел. И не жалуется никогда. Значит, не устает.

То ли дело Серегин отец. Вот тот работает, устает, пашет, можно сказать. Еще бы, целый день сидеть за рулем трактора. Устанешь тут! У него и рабочий день потому короткий, что работа сложная. И платят хорошо, вроде. По крайней мере, у них дома стоит большой холодильник и проводка нормальная, а не то, что у нас! Чуть что лишнее включи, сразу свет отрубает. Карга прошлась по комнате, скребанула пол лапой, из-под половицы выкатилась монетка. Зверёк тот час слизнул ее языком и тщательно прожевал.

— Не зря я карты из библиотеки взял. Металлоискатель можно было и не собирать. Зря я магнит добывал. Здесь скифы проходили когда-то. По пути они золото потеряли. Много! Очень рассеянные люди были. Дракончик высунул язык из пасти, облизнулся и уставился на меня.

— Сначала стейк съешь, чтоб мама не волновалась… за меня. Тебе это… расти надо. А потом я возьму мопед у Серёги и поедем в горы. По пути сделаем пару фоток для папы. Чтоб он побыстрее деньги на нормальный мотоцикл прислал, скоростной. Каргаааа! Какая ты чудесная овчарка. Хорошо, что мама ничего не понимает ни в этой жизни, ни в драконах. Только поводок тебе нужно из чего-то придумать, чтобы ты все золото не слопала.

Агата

Я шагнула за порог дома, все внутри у меня сжимается от восторга. Сказочно! Невероятно! Здесь еще только раннее утро, мир совсем-совсем чист, солнце пляшет по черепичным крышам, отражается лучиками в росе. Соседские дома ухоженные, аккуратные будто хвастаются друг перед другом узором ставень, красотой крыш и фасадов. У одного на стене мозаикой выложен затейливый петушок, у другого на крыше вертится медный флюгер. Третий и вовсе напоминает собой розовую карамель или просто игрушку — сверкает, лоснится, сыплет бликами солнца из окон. На крыше у него и вовсе устроился белый грифон. Я смотрю и гадаю — эти сказочные, забавные создания существуют на самом деле или это статуя?

Зверь тесно прижался щекой к печной трубе, обнял ее, а сам распластался по крыше, хвост свой белый-белый свесил вниз по фасаду рядом с водосточной трубой. Каждая шерстинка видна так четко, будто она действительно выросла, а не выточена из камня. Разве могут существовать грифоны? Просто мастер, который его создал, был очень талантливым. А все равно здорово иметь такого грифона в соседях, пусть и ненастоящего. И крылья у него совершенно волшебные — сложены вдоль хребта так, что напоминают скорей свернутые паруса, и под тонким мехом будто бы видны все прожилки.

Легкий ветерок прошелся по крыше, приподнял торчком всю великолепную белую шерсть. Я открыла рот, наверное, хотела что-то сказать, но забыла, что именно, и вместо этого издала странный звук.

Грифон пошевелил меховым ухом, бархатное веко вдруг пошло складками и распахнулось. Показался розовый глаз, карамельный, как и все окна этого дома. Хвост зверя раздраженно прошелся по стене снизу вверх, свернулся кольцом. На лапах обозначились желтоватые когти, зверь покачнулся, вцепился ими в крышу. Крыло метнулось вверх, а затем раскинулось по фасаду. Грифон сладко зевнул, обнажив пики клыков, повернул голову на другую сторону дома и засопел. Крыло так и осталось висеть, скрывая под собой круглое оконце мансарды. Тут же из дома донеслись приглушенные голоса, тонущие в пухе крыла.

— Гевальт! Посмотри, что опять сотворил твой мерзостный Бетс! Ты это видишь?

— Я ничего не вижу и почему он мой?

— Твой потому что ты предложил завести грифона! Кто решил сэкономить? Кто не хотел тратить лишние деньги на карету и лошадь?

— Можно подумать, у нас когда-то были лишние деньги?

— А не видишь ты ничего только потому, что твой грифон опять закрыл крылом весь свет на мансарде. Иди, сделай что-нибудь!

— Я уже сделал Бетсу замечание! Что еще!?

— Он не адепт академии магии. Мало того, он не твой ученик! Уверяю тебя, одного замечания мало. Иди, потычь в эту наглую морду, хоть бы вон и кочергой.