Чтение онлайн

Не найдя ответа в моих глазах, разочарованно вздохнула:

– (Спокойно) Ла-адно… Что с тебя взять… Ты сам скоро почувствуешь, какого это быть – взрослым… Ответственность и прочая характерная лабуда. Нет смысла, как мне кажется, сейчас объяснять. Ты всё равно не поймёшь и забудешь.

Меня в мягкой форме обвинили в бесчеловечности, не дав сказать в защиту и пары слов. Я буквально опешил от внезапной расстановки приоритетов, до конца так и не понимая, в чём же собственно виноват. Я растеряно молча стоял. Каждое промедление, в довесок укореняло во мне отпетого злодея. «Без вины виноватый» очень уместно звучало тогда.

– (Растеряно) Я не это хотел сказать…

– Скажи просто: «Пошли».

– …Пошли.

– (Довольно) Другое дело.

Странный диалог и тон повествования мигом испарились, словно никаких проблем изначально и не было. Мнимая обида улетучилась, а я остался будто бы в дураках. Ничего серьёзного не произошло. Чувство вины гложило всю дорогу.

* * *

Путь до дома совсем близкий. При большом желании за минут… пять дойти можно. Мы же шли как минимум полчаса. Даже я так медленно никогда не хожу. Почти всю дорогу Мира без устали говорила и говорила, говорила и говорила, а я как болванчик, в такт мотал пустой головой. Мне совершенно ничего другого не оставалось, как во всём соглашаться. Честного говоря, иногда просто страшно человеку перечить, глядя прямо в глаза…

В надежде немного отвлечься, каждый раз мельком цепляю увядающую «Академию Красных Сосен», хотя никаких «красных» и «сосен», там и в помине не росло. Как оно бывало и раньше, иду отстранённо на своей волне, даже вблизи собеседника. Мира в свою очередь периодически останавливается. Любуется цветастыми лугами. Придорожной травой. Смотрит в бескрайний горизонт. Куда-то очень далеко вдаль, но мне этого не понять. Отчасти, это даже на руку. В такие моменты, по крайней мере, девушка молчит. С ней в этом плане трудно не согласиться. Место действительно прекрасное. Не тронутый клочок земли. Что-то по типу заповедника. В остальном же – обычный закуток в близи города, ко их по факту один. Я стараюсь как можно быстрее отвлечься.

Мира, в который раз что-то спрашивает, но для неё, у меня нет ответа. Мы продолжаем идти только вперёд, минуя незначительные развилки. Одна ведёт на поле, где посажена пшеница и рожь. Другая постепенно выводит в парковую зону. Я категорически не перевариваю пустое философствование, мол, по типу: «Жизнь, она как дорога, давно уже распределена. За тобой остаётся лишь выбрать намеченный путь, вымощенный калькой, песком или асфальтом, либо же найти собственный пробираясь через заросли и болота». Чушь. Жизнь в лучшем случае – гнойное болото. Рутина и уныние, а до дороги ещё нужно дойти. Что меня ещё больше забавляет во всём пафосном и возвышенном – какого после прекрасных, высокопарный речей мероприятия, возвращаться в убогую, убитую однушку? Это прямо наглядный, контрастирующий резонанс. Лично предпочитаю не хвастаться и просто молчать. Толку всё равно ноль. Если бы сказанные слова сбывались, то все давно бы… были уже мертвы.

Вот… терпеть не могу тупую иронию скудной судьбы. Издевательство. Глумление. Никакущий на старте выбор. За какие такие грехи прошлого, людям в настоящем приходится страдать? Выбор настолько ничтожен и жалок, что будущее всё чаще предопределено на свершение плохого. Если затравка дрянная, то грех сверхъестественного от человека ожидать. Все мы тянем свою дебильную ношу и разница лишь в том, у кого она отвратнее и хуже. Мы сравниваем положение друг друга, только в плохом. Именно мы – то самое, хуёвое будущее, которое заслуживает мир, отказавшись от нас. Именно мы, те самые, кто намерен кардинально решать свою судьбу. Ломать судьбы других. Влиять на собственный мир и окружение. Менять землю под ногами, устои. Рушить обычаи. Мы именно те, кто не захотят жить по-старому… Мы и старого то не знаем. Старое, это вчерашнее новое. Новое – неисполненная мечта. Объединённые и различные, склонны строить годами и разрушать за один миг. Непокорные. Умные. Лгуны и обманщики. Тихони. Садисты. Убийцы… Интеллигенция. Неучи. Дебоширы и лидеры… Всё смешалось в один назойливый ком… Незавидная у нас судьба…

На мою оплошность приходится держаться вблизи чуть ли не за руки, ещё сильнее расшатывая неловкую позицию дилетанта. Не замечаю ни её движений, ни речей. Размытые какие-то… Скользкие… Слова вроде бы и есть, а вроде бы и нет. Порой она повторяет странные вещи, которые снова невозможно понять. Её обращение будто, проходит сквозь меня и улетучивается, иной раз, смешиваясь в однообразную, тягомотную кашу. Настроение постепенно падает. Взгляд обратно устремляется на дно.

Там же, куда секунду назад упало настроение, внезапно натыкаешься на обувь. Женскую обувь. Непроизвольно приходишь в чувства. Я и не заметил, как попутно наткнулся на вытянутую вперёд руку.

– Послушай, – медленно убрала кисть, – я не знаю, что твориться у тебя в голове. Никто не знает, но со мной, ты можешь откровенно поговорить… Впредь, я всегда выслушаю тебя и не важно, когда и где. Я буду, рада помочь тебе всем тем, что имею, просто… просто попроси. Это не так сложно, как кажется на первый взгляд… Только попроси…

Тихо, слегка дрожащим голосом, закончилась речь. Мурашки пробежались по коже. В ответ ели выдавил из себя что-то наподобие слова:

– …Постараюсь.

– Хорошо… Если тебе не трудно, то… не молчи. Говори со мной. В диалоге мне отчасти становиться легче, если меня хотя бы на толику слушают… Может тебе неинтересно или неприятно, но… постарайся, пожалуйста. Ради меня. Прошу.

В знак согласия махнул гривой. Дальше всё более-менее ровно пошло.

Шли и шли. В основном говорила она. Я лишь изредка спрашивал и чаще одобрительно мотал головой во избежание словесной ямы. Из нашей совместной беседы по-новому раскрыл её личность. В некоторых местах. Не кардинально, но достаточно, чтобы пересмотреть некоторые вещи. Так, к примеру, для меня стало большой неожиданностью узнать, что Мира из совершенно другого города. До меня и прежде как бы доходила мысль, что люди не сосредоточенны полностью в одном конкретном месте. Переезд же, совершенно другое дело. Влетал в нехилую такую денежку. У нас частенько в Академии про это говорили. Спекулировали. Кто-то сопоставлял с продажей однокомнатной квартиры. Кто-то и вовсе говорил, что записываешься в своеобразное рабство. Третьи же бранили то место, где мы учимся, так как, по их же словам, все два вышесказанных пункта совпадали здесь в гораздо большей мере. Я в основном слушал. Отмалчивался в стороне.

Со временем общение уже не казалось таким однобоким и тягость по чуть-чуть спадала на нет. Становилось в некоторые моменты даже интересно. Не припомню, когда в последний раз получал хотя бы минимальное удовольствие от беседы. Прямо, как сейчас… Иногда, мы… просто останавливались и смотрели на окружающие нас деревья. Рассаду вдоль дороги. Небо. В общем, тратили время впустую, но не это меня смущало. Пока мы шли, за всё время не пролетела ни одна птичка. Их практически нет. За редким исключением удаётся вспомнить пару случаев… но они скорее случайность, чем повседневная действительность.

Одну такую интересную особь однажды, всё-таки увидел. Это был дрозд. Шоколадно-коричневое оперение с белым брюшком и желтоватой грудкой. Крохотная птичка. Увиденная мною впервые, оказалась некой… неожиданностью. Секунды три она красовалась на ветке в школьном саду, после чего внезапно улетела. Несколько коротких, звонких свистов на прощание и всё. Остальных я видел только на картинке. Более ходовая порода – какаду, частенько гнездится неподалёку в парковой зоне близ санатория. В целом, особи заканчиваются. На этом всё. Из тех, что выводят, я слышал – были ещё канарейки, но это не точно.

Рядом с Мирой, хотелось… разное… Забыть про все тяготы и просто жить без всяких на то забот, а там уж… как пойдёт…

Так в оживлённой диаспоре, закончился наш остаток пути. Изредка делая паузы, мы наслаждались облачной погодой. Покоем уходящего дня. Не трудно догадаться, в чём болезненная причина моего уныния. Вечно наша прогулка длится, никак не могла.

Неподалеку уже виднелся мой дом. Назвать его домом в плане обычного домишка, язык не поворачивается. Скорее походит на особняк. Не громадный, не обширный… Вместительный. Неудивительно, что облик зацепил. Разочаровать мог разве что быт во дворе. Со стороны даже у меня претензий особых нет.