Чтение онлайн

– Вот дела… - с недоумением произнёс хозяин квартиры, глядя на этот бардак.
– Что, она устроила погром?

Он прошел в зал и замер, увидев, что стекло в окне выбито..

– Вот какая… Я не знаю, что она здесь натворила, даже окно разбила! Втерлась в доверие, потом попросила не приходить, а сама…! И после этого я должен доверять арендаторам?
– мужик начал сердито ходить и распинывать ворох бумаг, что валялись на полу и шелестела от оконного сквозняка.

Судя по пожелтевшему от дождя подоконнику окно было разбито давно. Тогда она и съехала.

Инспектор осмотрел бумаги, обычные медицинские документы, с работы принесла. На многих бумагах стояли печати детской стоматологии. Да, это та самая женщина.

Но никаких личных вещей, никаких личных документов среди них не было. Вообще в целом квартира была пустынна. Если не считать раскиданного мусора. Минимум мебели и пользовательских принадлежностей.

Небольшая комнатка с диваном, кровать ,не было даже никакой особой техники. Он пошёл на кухню распахнутые шкафы тоже глядели уныло.

Даже и не скажешь, что здесь жил человек. Либо она основательно убралась, но потом устроила погром?

Он присел у дивана. Перебирая бумаги собранные бумаги. Единственное, что могло дать хоть какую-то информацию. Это были будто случайные, всякие обрывки рабочих документов, карточки, бланки. Нигде про Данилу не было, да и про саму медсестру ничего.

– …Ну уж нет!
– все еще злился владелец квартиры.
– Проверять надо каждый раз! Какая бы ни была милая дамочка, хоть божий одуванчик! Кто их знает, может они тут шабаш будут устраивать.

Инспектор наклонился подбирая залетевший под диван лист бумаги и увидел что-то маленькое белое. Не осколки чашек, что лежали по всей кухне. А маленький аккуратненький зуб.

– Шабаш, - повторил за мужчиной инспектор.

Лане назначили новые лекарства. Но она категорически отказывалась их принимать. Тем более теперь, когда она знала кем является эта заведующая. Но ей насильно клали в рот, но Лана научилась от одной девчоки, как вызывать рвоту. Родители к ней не приходили либо их не пускали.

– Расскажи всё, что ты помнишь о том дне, - настаивала заведующая на сеансах.

– Ничего не было, - постоянно повторяла Лана, чувствуя, как внутри растет стеной страх и гнев.

– Как хочешь, - сказала заведующая после очередного отказа.
– Так как ты не принимаешь лекарства, то тебя ждет кое-какая процедура.

Она произнесла это со зловещей улыбкой. Лана поняла, ничего хорошего ее не ждет.

Вечером в её палату вошли санитары. Её схватили, а она начала вырываться, но все ее попытки освободиться были тщетны. Ее повели куда-то по коридору. Ее сердце рухнуло, когда они спустились в подвальное помещение. Фильм ужасов для нее стал реальностью.

Её положили на кушетку и крепко привязали. Лана в ужасе пыталась кричать, но рот заклеили лейкопластырем. Она почувствовала, что ей что-то вкололи. И её сознание погрузилось в смутный полумрак. Как будто в сон, в котором терялась между реальностью и зловещими видениями. Она почувствовала, как вокруг неё сновали фигуры в белых халатах, их лица были размыты, как в старом фильме, где размыта резкость изображения. Они то пели песню, то выкрикивали слова. Лана ничего не различала.

Она лишь стонала. Вдруг с ее рта резко сорвали пленку. Она хотела было закричать. Но челюсти сжимало будто, в тисках. Ее рот был широко раскрыт. Он почувствовала шевеление во рту. Там что-то делали. Она вдруг почувствовала резкую боль и лихорадочно танцующий свет медленно погас .

Утром Лана пришла в себя с болью в челюсти. Мир вокруг плавал в тумане воспоминаний, и ей казалось, что все ужасные события были всего лишь сном. Она не могла вспомнить некий сон. Как вокруг кружили люди в белом, читали клятвы.

В палату вошла заведующая. Её присутствие давило на Лану.

– Как ты себя чувствуешь?
– спросила заведующая, с интересом вглядываясь в лицо Ланы.

– Как-то странно. В голове шум, не могу вспомнить вчерашние события...
– ответила она, ловя взгляд врача, - Как будто что-то делали, но я не помню, что именно.

Заведующая улыбнулась с некоторым удовлетворением, и Лана почувствовала, как холод охватывает её снова.

– Это последствия лечения, - произнесла заведующая.
– Скоро ты пойдешь на поправку.

Вскоре Лану выписали.

Она ехала вечером домой, как почувствовала, что за ней следят. Чей-то пристальный взгляд сверлил ей спину. Она огляделась. В автобусе было много человек. Она вышла на ближайшей остановке и решила пройтись пешком.

За ней кто-то шел. Улица была почти пустынной. Сзади шел парень, а позади нее плелась женщина. Лана ускорила шаг. Парень шел в ее сторону. Она свернула за дом, подождав, как парень пройдет, она выглянула и продолжила путь. Она свернула на другую улицу.

Ее резко схватили и прижали к стене. Она вскрикнула. Он зажал ей рот. Его лицо ей показалось знакомым. Он подал ей знак молчать и убрал руку.

– Я тебя знаю, - с судорогой в голосе проговорила Лана.

– Охотилась за мной?
– мрачно произнес он.

– Пока из нас двоих только ты охотишься, - съязвила Лана.
– Тебя искали в полиции.

Вскоре разговор стал шипящим, проклятым: его голос был наполнен ненавистью.

– Ты ведьма! Ты должна превратиться!
– бросил он ей, а Лана почувствовала, как по спине пробежал холод.

– О чем ты?

– Не притворяйся! Я думал, что просто дети пропали, а потом сказали, что нашли молодую девушку - это ты, молодая ведьмочка.

– Может быть, - ответила она, её голос дрожал от страха.

Он прищурился, на лице проявилась тень злорадства.

– Ты должна всё рассказать!

В этот момент к ним подбежал еще один парень. Его лицо было озабоченным, и он произнёс:

– Успокойся! Отводим ее и сделаем анализ.

Парень отпустил ее, но стоял, перегородив дорогу.

– Смотри, какая она молодая и симпатичная, - прокомментировал парень, указывая на неё.

– Конечно, - ответил его напарник, - она же подросток.