Чтение онлайн

– Безопасности?
– перебила его я.
– Теперь мы никогда не будем в безопасности! Пока эта проклятая вещь так легко доступна, вокруг нее продолжат разгораться воины! Митрандир, ты помнишь, в свое время Сильмариллы разрушили наши жизни!

– Я знаю, - скорбно ответил Серый Маг.
– И именно поэтому надеюсь, что люди, гномы и эльфы не встанут завтра друг против друга.

Я знала, что моя обида на Митрандира была бессмысленна, но ничего не могла с собой поделать и, оставив волшебника до того времени, пока не остыну, вернулась в шатер. Там Трандуил разговаривал с Бардом, но, увидев меня, он попросил человека оставить нас наедине.

– Ты знаешь, что это?
– спросила я, кивнув на Аркенстон, все еще лежавший на столе.

– Конечно, - губы Трандуила растянулись в самодовольной усмешке, и он положил руку рядом с камнем.

– Лучше не трогай, - предостерегла его я.
– Сожжет руку до кости. Помнишь, что говорили про Мелькора?

– Ты приехала очень вовремя, - Трандуил совсем не обратил внимание на то, что я сказала.
– Я поражен тем, как все удачно совпало. Я собирался позвать тебя… позднее, когда камень был бы захвачен вместе с гномами… Чтобы все знали, кому он принадлежит на самом деле… - и он подошел ко мне.

– Нет, - испуганно выдавила я из себя, отступая.
– Этот камень принадлежит гномам! Это наследство Торина Дубощита!

– И будет оставаться им, если ты будешь все отрицать!
– рявкнул Трандуил.
– Я видел, как незаметно ты ускользнула, когда увидела его. Просто ушла, вместо того, чтобы воскликнуть: “О Элберет! Это же мой Сильмарилл! Наследие моего любимого папочки!” - эта пародия вызвала у меня омерзение.

– Так вот что тебе нужно!
– догадалась я.
– Ты очень хочешь забрать себе этот Сильмарилл, или Аркенстон, и хочешь сделать это законно, через меня! Хочешь, чтобы я сделала все за тебя - объявила бы всему Средиземью, чем на самом деле является сердце Одинокой Горы, и забрала его себе, как последняя наследница Феанора. Так не бывать этому! Я не хочу видеть эту проклятую вещь, и желаю, чтобы она не досталась никому, ради их же безопасности!

– Так ты не сделаешь этого?
– недоуменно спросил Трандуил.
– Не заберешь камень себе?

– Я много раз говорила тебе, начиная еще с Дориата, и не хочу повторяться вновь. До своего исчезновения Сильмариллы разрушили множество жизней, и не только тех, кто мечтал о них, но и тех, кто был вынужден выполнять волю своих жаждущих повелителей. Я скорее отдала бы камень Морготу, чем тебе! Взгляни на себя, Трандуил! Когда ты начал так яростно мечтать об Аркенстоне?

– Когда увидел его в Эреборе, - угрюмо ответил муж, - во время визита к Трору. Тебя со мной не было. Я видел такой же камень много веков назад, в Дориате, у короля Тингола, и забыл об этом, но увидев его у гномов, стал мечтать о нем.

– Эти камни манят к себе со страшной силой, - кивнула я, - но ты должен с этим справиться! Молю опять, посмотри на себя, Трандуил! Жажда сокровищ полностью овладела тобой! Из-за них ты желаешь развязать войну! Ты потерял себя!

– Потому что эти гномы отняли слишком многое из того, что принадлежало нам!
– снова вспылил Трандуил.
– Да, и это не только Сильмарилл, твой по закону Сильмарилл! А как же самоцветы Дориата? Разве тебе самой не противно, что украшения, которые носили королева Мелиан и твоя подруга Лютиэн, теперь трогают эти грязные гномы?

– Это неприятно, - ответила я.
– Но ни одна ностальгия не стоит наших жизней. Поэтому слушай. Я уеду из Дейла прямо сейчас. Не надейся, что я поддержу тебя в возвращении Аркенстона. Если будет нужно, я буду все отрицать, и мои друзья тоже не заговорят об этом. Я не хочу, чтобы камень достался Дубощиту. Я просто хочу, чтобы его не было.

С этими словами я покинула шатер Лесного короля. Я спросила у Митрандира, Барда и даже сутулого Алфрида про Леголаса, но никто так и не смог сказать большее, чем то, что они с Тауриэль уехали на разведку в сторону Гундабада. Я не могла ждать. Перед выездом я, наконец, помылась и привела себя в порядок, и, через несколько часов после того, как я покинула лагерь, началась Битва Пяти Воинств.

Возвращение Сильмарилла выбило землю у меня из под ног. Я давно забыла о существовании этих проклятых камней в принципе, а теперь страшные картины из Предначальных дней и Первой Эпохи никак не могли покинуть мой разум. Сильмариллы, мои родители и братья, Валинор, Дориат, Мелькор, Майрон… Как это было давно… Призраки прошлого не хотели уходить и пугали меня.

Я надеялась, что одного из этих призраков в Лихолесье больше нет. Удалось ли на самом деле Белому Совету изгнать Саурона из Дол Гулдура? Это и предстояло проверить.

В старой разрушенной крепости было, как всегда, темно и сыро. Вокруг зловеще завывали ветры. Но там было пусто, еще более пусто, чем у меня на душе. Я прошлась по нескольким залам. Поглядела в лица старым статуям. Посидела на большом сером валуне, глядя на грозное темное небо, готовое разразиться бурей. В одном из залов я нашла тело гнома, очень похожего на Торина. На его перекошенном лице застыло выражение такого бесконечного ужаса, что мое бедное сердце сжалось еще сильнее. Я присела рядом и с трудом закрыла гному глаза. Несчастный Траин… Мысленно я рассказала Митрандиру об увиденном и пошла к выходу. Рядом с ним корчилась незамеченная мною ранее длинная тень. Один из Девяти? Такое создание нельзя уничтожить, но я использовала заклятье, которое заставило эту тварь страдать еще сильнее. Признаться честно, я хотела бы поделиться тем, что сегодня увидела с кем-то, кто меня бы понял. С кем-то, кто был со мной когда-то давно и знал и видел, что происходило в то время. Я противоречила сама себе. Проклятый Сильмарилл потряс меня до глубины души. Снег с дождем, пошедшие, когда я выбралась из Дол Гулдура, соответствовали тому, что я тогда чувствовала.

Не решаясь и не желая возвращаться домой, я какое-то время провела в хижине Радагаста, а когда наконец-то отважилась, то лишь на день опередила остаток лихолесского войска. По крайней мере, в одном в своей жизни я была уверена точно - в том, как поступлю, когда вернусь во дворец.

– Леголас ушел, - это было первым, что сказал Трандуил, когда зашел в свои покои. Я давно уже ждала его, сидя в кресле у камина. Этот разговор был необходим.

– Что ж, - ответила я спокойно, хотя этот ответ и полоснул меня ножом по сердцу.
– Он давно взрослый мужчина, волен выбирать, да и мне только легче от того, что он не останется здесь с тобой.

– Битва…

– Митрандир рассказал мне все. Не трудись. Я пришла сообщить тебе другое. Я уезжаю в Лориэн. В этот раз насовсем.

– Но…

– Ты сам знаешь почему, Трандуил. Мы давно уже не семья. Мы чужие, и теперь, когда Леголас покинул лес, эта пропасть станет еще глубже. Ведь ты в этом виноват, муж мой. Я всегда тебе говорила не мешать Леголасу с его мечтой, а теперь? Не поэтому ли он ушел? Кстати, что стало с Тауриэль?

– Не знаю, - Трандуил отвел взгляд.
– С нами она не вернулась, и с Леголасом не пошла. Ее приятеля убил сын Азога. Она действительно его любила.

Бедная, несчастная девочка… Нужно будет найти ее…

– Придется оставаться тебе здесь без нас, - вздохнула я.
– Одному. Можешь снова попробовать набрать себе советников, но…

– Я отказался от него!
– вдруг яростно закричал Трандуил.
– Отказался от Сильмарилла! Он теперь похоронен вместе с Дубощитом! И останется там!

– Серьезно?
– я не ожидала этого и думала, что король Лихолесья все равно найдет способ вернуть себе сокровища.

– Он не стоил их жизней, - уже тихо сказал Трандуил.
– Ни одно сокровище того не стоило, - а мне стоило большого труда сдержать набежавшие горячей волной слезы.
– Теперь я свободен, Сильмариэн, - продолжил муж.
– Я отказался от мыслей о Сильмарилле, примирился с сыном, даже простил Тауриэль за ее предательство. И я не хочу, чтобы ты уезжала. Это все влияние камня и драконьего золота… Я никогда всерьез не думал все то плохое, что говорил тебе. Ты всегда пыталась защитить лес. Прошу тебя, пожалуйста, останься.