Подобная Сильмариллу
Шрифт:
***
– Бросайте все, что есть!
– сурово говорила я, когда очередная эльфийка не желала класть в сундуки, предназначенные в дань дракону, последние сережки. Потом, отходя, те, кто был посмелее, бросали на меня вздорный взгляд. Трандуил рвал и метал, выслушав мой план, он назвал его чистейшим безумием, но потом вынужден был согласиться - выхода не было. Это был единственный способ, который помог бы сохранить нам наше состояние и независимость.
И теперь все эльфы Лихолесья собирали все свое золото и драгоценные камни и несли все ко мне. Я прекрасно знала, что если все получится, золото вернется к своим владельцам, но обнадеживать никого не собиралась. О плане знали только я, Трандуил, Леголас и Менелтор, который вызвался быть моим главным помощником в столь опасном деле.
– Расправимся с тварью и заживем, как прежде!
– задорно говорил Менелтор.
Я очень настаивала на том, чтобы Леголас не шел с нами, а от Трандуила было бы только больше вреда. Мы с Менелтором собирались взять с собой лишь еще нескольких эльфов, которые потащили бы дань Смаугу в Гору. Конечно, мы не собирались сразу нести все, и поначалу решили взять около полудюжины огромнейших сундуков. Для моего плана и этого бы хватило.
Когда золото было собрано, я заперлась с ним одной из дальних комнат и не выходила оттуда больше суток. Когда все было закончено, я шаталась от усталости и проспала два дня. А после этого мы отправились в поход. Леголас проводил нас с золотом до разрушенного Дейла. Вид его обнищавших жителей был худшим, что встретилось нам на этом невеселом пути. Голодные люди видели наше богатство и вслед летели проклятья эльфам, которые собирались откупиться от дракона, вместо того, чтобы мужественно столкнуться с ним. Почти каждую ночь дракон летал в селение людей и воровал жителей, предпочитая красивых девушек. Я надеялась, что сегодня смогу положить этому конец.
Парадный вход в Эребор был разрушен, но дракон сам делал вылазки и ждал гостей, поэтому кое-как раскиданные обломки врат были отброшены с нашего пути. Замирая от страха, мы преодолевали темные пустые коридоры, недавно бывшие, наверняка, такими гостеприимными. Я жалела, что не побывала тут раньше, и не увидела, каким было это королевство при гномах, потому что, когда мы нашли место, где лежал Смауг, мы увидели…
Огромные горы золота и самоцветов вздымались в высь, которую не мог охватить мой взгляд. Наша дань на фоне всего этого казалась жалкой крупинкой. Золото блестело и переливалось, оно словно излучало свое сияние, или это светилась чешуя Смауга? Мою душу обуяла жажда обладать всем этим богатством. Не смотри на него, приказала себе я, но я не могла не смотреть. Проклятое золото, драконье золото… Как хорошо, что Трандуила здесь нет… Это зрелище спалило бы его душу.
– Эру, о Эру!
– шептала я пересохшими губами, на миг забыв обо всем. Из недр сокровищницы раздался тихий смешок.
– Добро пожаловать в великое королевство Эребор!
– раздался бархатный голос Смауга.
– Это… это просто великолепно!
– я была едва в состоянии говорить.
– Это прекраснейшее, что я видела в своей жизни, о великий и могучий Смауг!
– Неудивительно, - ответил змей, довольно распластавшись внизу на груде сокровищ.
– Я ни капли этому не поражен. Это место - чудо света, и я владею им…
– Но даже это, - продолжила я, с трудом глотая воздух, - не отражает всего твоего величия.
И сейчас я не кривила душой. Потрясающий огромный красный дракон раскинулся на богатстве большем, чем я видела даже в Ангбанде, и даже я, никогда не питавшая особой приязни к роскоши, была поражена до глубины души.
– Теперь я Король-Под-Горой. Все эти сокровища мои… и не только они. Почему вы принесли так мало?
– недовольно осведомился Смауг, ударив хвостом по груде золотых монет.
– Где мое золото?
– Несомненно, все золото Зеленого Леса принадлежит тебе, о величайший, - ответила я, - но мы всего лишь скромные эльфы. Прости меня, Смауг, остальное золото в городе, и, если ты разрешишь, мы принесем его завтра. Мы просто не смогли донести сюда все!
– Какие же вы жалкие создания, - презрительно искривил пасть Смауг. Он вытянул ко мне шею, и из его ноздрей вырвался пар, который коснулся моего лица, - но я согласен. Тебе повезло, королева. Частично, но ты держишь слово. Но где же твой король? Где твой принц?
– Мой сын остался дома, - ответила я, как можно спокойнее.
– Он еще слишком юн для подобных важных дел. А мой муж… - неприятная полуправда, но Смаугу это понравится.
– Ему сейчас лучше не выходить из леса. Помимо тебя, величайший, его может ждать здесь множество бед. Люди из Дейла взбешены, ведь его помощь им была слишком мала, а гномы злы и того больше. Я слышала, что внук Трора все бы отдал, чтобы отомстить королю Лихолесья.
Смауг поднял голову и расхохотался.
– Выходит, из всех вас только ты обладаешь какой-то смелостью! Теперь видно, кто из вас муж! Что ж, Сильмариэн, зная твое прошлое… я не удивлен. Оставляй сундуки и возвращайся завтра, - он сменил тон, показывая, что потерял к нам интерес.
– Остальное обсудим завтра. Я должен показать тебе кое-что… оно было у гномов, и я был поражен этим. Ты удивишься еще больше, Сильмариэн, - его голос звучал тихо и вкрадчиво, - эта вещь не из этой Эпохи.
– Постой, о Смауг!
– воскликнула я, не обращая внимание не последние слова дракона.
– Я должна показать тебе то, что мы принесли! Ты поразишься, узнав, какие богатства скрывала казна Лесного короля.
– Давай, - согласился дракон.
– Показывай.
У каждого сундука наготове стояло по два эльфа-стражника. Я подняла руку и взглянула на нее. Момент настал. Глубоко вздохнув, я отдала взмахом команду и в ту же секунду упала на кучу золота, не удержалась и начала скатываться по ней вниз к дракону, стараясь зарыться в золото, исчезнуть, скрыться. Но все напрасно. Поток монет неотвратимо нес меня к драконьему боку, а руки, стремясь остановить падение, цепляли лишь пустоту и одиночные монеты. Я закричала от страха и кажущейся нереальности всей этой ситуации, и мой крик слился с драконьим. В сокровищнице возникло еще одно сияние, не имеющее отношение к золоту, но оно пропало, не задев меня.
Скатившись, я больно ударилась о горячий бок дракона, но тот уже не мог ничего сделать. Всем телом я почувствовала глубокое ровное дыхание. Смауг спал.
– Вы в порядке, Ваше Величество?
– крикнул один из стражей.
– Вполне!
– выкрикнула я в ответ.
– Дракон уснул!
Надеюсь, он проспит долго. А потом пусть гномы с ним разбираются. С трудом я полезла по горе золота.
– Ничего тут не трогать!
– крикнула я.
– Не смейте вынести оттуда ни колечка! Смауг еще жив, и он уже успел запомнить, что у него имеется!
Зато нас он не вспомнит. Ударное сочетание из Мелькоровских заклятий не только усыпит его на неопределенное время, но и лишит последних воспоминаний. Любое другое существо убил бы даже один сундук, даже половина, но то дракон. Теперь худшее, что может случиться, так это то, что через много лет Смауг снова прилетит требовать дань.
Когда я поднялась, сундуки уже были закрыты, а стражники стояли рядом с ними. Но кого-то не хватало.
– А где Менелтор?
– спросила я. Все потупились.
– Где он?
Обожженное заклятьем тело моего друга, отца лучшей подруги моего сына, лежало рядом с местом, с которого я упала. Он встал там, где заклятье достало его. Наверное, он пытался меня подхватить, когда я упала. Глупый, глупый Менелтор! В последний раз он сотворил глупость. Он даже умер по глупости. Но виновата в этом я. Не надо было ему меня спасать. Не надо было мне все это начинать. Что я скажу Айвендиль? А Тауриэль? Я заплакала, присев рядом с телом, совсем не заботясь о том, как я выгляжу или себя веду.