Поэты 1820-1830-х годов. Том 2
Шрифт:
Он
Верю, верю упованью! Но за гроб одним путем, К замогильному свиданью, Всё ж не вместе мы пойдем. Молод я, во цвете силы: Мне далёко до могилы! Ты же жизнию — цветок, Юных дней твоих поток Унесет одно страданье, Как уносит ветерок Жизнь цветка — благоуханье. О, коль это испытанье Суждено мне в цвете лет, Я, клянусь, тебе вослед Землю грустную оставлю, И, свободною душой, Где б ты ни была, направлю Мой полет я за тобой! Он замолк; она молчала, Но к груди его припала Чернокудрой головой, И, храня следы печали, Очи тихие сияли Умиленною слезой. 5
6
7
8
9
222. ПОЭЗИЯ И ЖИЗНЬ
223. СМЕРТЬ ПЕРИ [132]
1
Гневен, мрачен и могуч, На крылах громовых туч, Донебесным великаном Над песчаным океаном, Ураган во мгле ночной Встал, — и Нил зовет на бой! Под размахом вражьих крыл Ото сна воспрянул Нил. Злостью грудь его трепещет, Рвется, пенится и блещет Волн сердитых чешуей, Как змея своей броней. Сшиблись! Ужас и краса — Эта битва!.. Небеса И земля гремят и стонут, То в пыли и мраке тонут, То при молниях вокруг Скачут брызги как жемчуг. Рев и гул и вой окрест!.. Как орел, вскружась до звезд И бросаясь с небосклона, Вихорь волны бьет с разгона И в растерзанный поток Сыплет громы и песок. Всей громадой бурных вод Бездна Нила восстает, Будто пастью крокодила Пыль и громы поглотила, И над ними, как скалы, Снова сдвинула валы. Вдруг, собрав остаток сил, Вихрь полстепи закружил — И упал. Из крутояра Волны силою удара Вышиб прочь — и с двух сторон Их, как рать, рассеял он. Необуздан, в города, В села, в рощи, на стада Гонит бурные разливы, Рвет деревья, топит нивы И во глубь своих песков С торжеством уходит вновь. 132
Пери, по понятиям восточных, — существа превосходнее человека, но отличные от Меляк, ангелов, и от Дивов, или Джиннов, злых духов, с которыми они ведут беспрерывные войны. Они в повестях восточных — почти то же, что в западных волшебницы или феи. Обитательницы фантастической страны, именуемой Перистаном, или «Землей Пери», смежной с Дивистаном, «Землею Дивов» или злых духов, они никогда не делают зла, и далеко превосходят всех других духов своею красотою. «Перизаде», то есть «урожденная Пери», или «Пери-пейгер», «Пери-лицая», суть выражения, обыкновенно употребляемые персидскими поэтами, когда они описывают красавицу (D’Herbelot).
2
Лучом животворным зарю зажигая, Дух света незримый парит над землей, И, в пурпур прозрачный лазурь одевая, Рубины и перлы он сыплет росой, Облака из дыханья цветов образует, В серебре их купает и как море волнует. Одетая тучей, черна как в ночи, Гроза убегает на скат небосклона; Но, сыплясь с востока, во глубь ее лона, Как стрелы, несметно вонзились лучи, И будто бы кровью из ран облитая, Падет, закрасневшись, громада седая. И там, где дух бурь рассыпался огнем, Где ангелы мрака в громах окликались, Волна за волною лучи разыгрались, Сверкая в пространстве небес голубом, И вспыхнуло небо в разливах сиянья, Светло и спокойно, как в утро созданья. 3
Взгляни ж на землю! Вот она — Как из насильственных объятий Освобожденная жена, Борьбы и ужаса печати Еще с прекрасного чела Она изгладить не могла. Коса и локоны развиты, Глаза в слезах, уста раскрыты, И тщетно силится вздохнуть Ее истерзанная грудь. Подобный вид земля явила На берегах обширных Нила, С волнами, вихрем и грозой Изнеможенная борьбой. Как будто ризою раздранной, Она оделась в пар туманный, Но всюду раны виден след, Где ни пробьется утра свет: Там волны бурного потока Ей грудь изрезали глубоко, Здесь гром рассек ее чело, А тут власы ее кудрявы, Ее зеленые дубравы, Грозой всклочило и пожгло. Напрасно в блеске грани чудной На луг недавно изумрудный Кристаллы сыплются росы: Как будто лезвием косы, Обезображенный набегом И мутной влаги и песков, Предстал он взору грустным брегом Без аромата, без цветов. Нигде, как прежде, не толпятся На тучных пажитях стада, И кущи сел и города Окрест в развалинах дымятся. …………………………………… О, если б с ближней пирамиды Взглянул в ту пору кто-нибудь, Какой тоской окрестны виды В нем возмутили б ум и грудь! Разрушен бранью вековою, Печален край, свидетель сеч; Но здесь не брань, не огнь, не меч — Здесь божий гнев прошел грозою! Тот гнев-каратель, кто кругом Равно цветы и пальмы косит И без ошибки мстящий гром На обреченного приносит И в самом сумраке ночном. 4
Там, где лотоса цветами, Разнесенными грозой, Как блудящими звездами, Нил усеян голубой, Где то вскроется могила, То гора встает из волн, Без весла и без кормила Ветер носит легкий челн. В челне дева молодая В пышной ризе и цветах, Перевита дорогая Цепь в густых ее кудрях; Но с нарядом несогласна Бледность смертная лица. И поникнул лик прекрасной К персям юноши пловца. В их очах — туман испуга; Но любовь еще сильна, И не вырвет друг у друга Их ни вихорь, ни волна. Будто скованы их руки, Мысль одна у них в груди: Жизнь ли, смерть ли впереди, Только б не было разлуки! Вдруг огромный и крутой Вал пловцам навстречу хлынул, Челн, как пух, из бездны вскинул На хребет высокий свой. Он несет их, полных страха, Между безднами кружит И у берега с размаха Ношу бросил на гранит. Поделиться с друзьями: