Играет дева на киноре [9] мне.Её коса, как ночь в моём окне.Лицо – заря, а пальцы рук нежны,Подобные жемчужной белизне.Газель, струну [10] кинора натяни!Когда услышу страсть в твоей струне,Она в моей душе пробудит песнь,И буду петь с тобою наравне.Пока не вспыхнет искра, не пройдётОт сердца к сердцу – и сгорим в огне!
9
Древнееврейский музыкальный инструмент; на современном иврите – скрипка.
10
В иврите слово «струна» имеет также значение «тетива».
Иммануэль бен Шломо Римский
1265, Рим – 1330 (?)
«Мессия, поспеши, не медли и не стой…»
Мессия, поспеши, не медли и не стой!Прихода твоего все поколенья ждутВ слезах за родом род – и новые грядутМольбу и вопль, о царь, взнести перед тобой.Наш сумрак озари! Зажги фитиль льняной.Венец венцов – Сион освободи от пут.Воспрянут те, кто слаб, и сильные падут,Когда увидит мир горящий факел твой.Как свет дневной ворвись, не постучавшись в дверь!На взмыленном коне свой царский лик яви!Смотри, изранен я: вся плоть моя в крови.А если на осле [11] ты въедешь к нам – поверь,Унизишь ты себя. Тогда мечту прервиЯвленьем ран твоих – и больше не зови!
11
Мессия должен явиться на коне, как царь и воин. Но есть мнение, что он придёт, как бедный странник, страдающий и верхом на осле.
«Душа моя пока ещё едина…»
Душа моя пока ещё единаС убогим телом, но не я лелеялОтборный колос: сорняки я сеял,И въелись в кожу желтозём и глина.И меры я не знал. Моя личина —Тот вольный дух, что надо мною реял.И если б мне Всесильный сон навеял,Душе свободу дать была б причина.Что мне ещё сказать – ведь я седею,Промчались годы, сгинули в тумане.Бездомный странник и нагая плоть я.И не мудрец, хоть знанием владею.И если бы умнее был я ране,То не носил бы в старости лохмотья!
Иммануэль Франсис (Франчес)
1618, Мантуя (Италия) – 1703 (?), Ливорно
«Не только жажда ласк и грусть томленья…»
Не только жажда ласк и грусть томленьяТаятся в чёрных косах этой лани! —Там скрыта волчья яма, там в капканеНапрасно ждут влюблённые спасенья.И снег её груди, и жар гореньяСмешали вместе в белом ураганеМороз и зной – и разожгли в туманеОгонь, палящий всех без снисхожденья!Из глаз её невидимой стрелоюСердца пронзает страсть, как враг из лука,И стягивает каждое петлёю.И потому, друзья, вот вам наука:Не устремляйтесь за её косою —Там ждёт вас плен, там поджидает мука.
«Не потому, газель, что красоты…»
Не потому, газель, что красотыТвоих ланит не превзойти другим,Не потому, что обликом своимТы совершенство в мире суеты.Не потому люблю тебя, что тыПолна очарованьем молодым.Натянет время лук, и перед нимПоблекнут твои нежные черты.Но потому, о лилия долин,Что сердцем крепче связан я с тобой,Чем свадебный связал нас балдахин!Так пусть же облик вечно юный твойМеня сопровождает до седин,И в мир грядущий перейдёт со мной!
Душа и плоть
Когда в лучах зари встречаю Хану,Когда Наоми вижу в час заката —Душа моя то пламенем объята,То кровью истекает, словно рана!Душа и плоть в разладе постоянно:Расстаться с Ханой – мука и утрата.А страсть к Наоми – горькая расплата,Ибо не вырвать сердце из капкана!И так же, как наждачный камень точитЖелезный лемех, искры высекая,Так страсть одна, с другой сойдясь, клокочет.Суди же, Бог, меня: или влагаяВторое сердце в грудь, где боль рокочет —Или одно на части разбивая!
Эфраим Луццатто
1729, Сан Даниэли дель Фриули (Италия) – 1792, Лозанна
«Краса подруг ты, Хана! Воплощенье…»
Краса подруг ты, Хана! ВоплощеньеВсех девичьих достоинств! Видит каждый:Созрела ты для ласк любви, и жаждыРодник твой обещает утоленье.Лук красоты ты держишь в натяженье.В глазах – колчаны стрел! Стреляй однажды!Спрячь под вуаль лицо, не целься дважды!Ведь на тебя смотреть – изнеможенье.Ты мне в одно мгновение раскрылаВеликолепье, негу, блеск и чудо,И обрекла на страсть и покорила.Ты взглядом искры высекаешь всюду.И там, где искры света ты дарила —Огонь любви начнёт пылать оттуда!
Кто я и откуда
Страна моя [12] , чей облик, отражённыйНавеки в сердце, сразу узнаваем!Дом, на холме просторном укреплённый!Семья моя – Луццатто, я – Эфраим.Там я в саду бродил, заворожённыйЖурчаньем родника и птичьим гаем.Там, с уст слетая, в сумерки вплетённый,Напев любви звучал, незабываем.И это правда, что печатью детства,Печатью ранних дней мой дух отмечен.Нет зависти, нет гнева – я беспечен.Быть бедным не боюсь, не жду наследства.Смотрю на мир неомрачённым взглядом,И нет людей, меня счастливей, рядом.
12
Итальянская область Фриули-Венеция-Джулия, родина поэта.
Исаак Луццатто
1730, Сан Даниэли дель Фриули – 1803, Триест
«Весь облик твой, такой прекрасный, множит…»
Весь облик твой, такой прекрасный, множитХор восхвалений в мире неизменно.И если даже слух твой изнеможетОт гимнов этих – им не будет тлена.Блеск глаз твоих чьё сердце не встревожит?И даже гнев их красит непременно.Жемчужный ряд зубов твоих поможетТвоим чертам светиться вдохновенно.Я красоту твою не умаляю,И не найдя в тебе следов изъяна,В изнеможенье взор свой опускаю.Перед тобой немеют постоянноУста мои, но в сердце повторяю:Из всех красавиц только ты желанна.
«Уж лучше смерть и вечная разлука…»
Уж лучше смерть и вечная разлука,Чем жить в оковах, по тебе страдая!О, лань восхода [13] ! В сердце боль без края,И бледность черт моих тому порука.Уж лучше гибель, ибо страсти мукаВ моей гнездится плоти, дух терзая.Не жду пощады, об одном мечтая:В тиши лежать, без мысли и без звука.Чем, скорбный путь пройдя до половины,Перед твоим напрасно вянуть ликом,Уж лучше сразу встретить день кончины.Ибо очаг без дров золою тлеет,Лев, дичь не чуя, лес не будит рыком,И без дождя речной поток мелеет.
13
Поэтическое именование зари.
Шмуэль-Давид Луццатто
1800, Триест – 1865, Падуя
«Правда, моя госпожа и подруга…»
Правда, моя госпожа и подруга!Тебе, дочь Неба, не изменяя,Я стены воздвиг, тебя охраняя,В руках моих – меч, на груди – кольчуга.Презревшим правду шлю без испугаНа битву вызов, ложь не прощая;От их лукавства тебя защищая,Не вижу брата, не знаю друга.И потому не к медовым сотам —К полыни льну, слыву Дон Кихотом,Безумцем слыву, слыву бессердечным.Моя Царица! Всего лишь тень яКороны твоей. Снесу оскорбленья,И буду твоим Дон Кихотом вечным!