И когда я, насытившись, вышел – в спинуупёрлась рогами корова хамсина [48] ,луной озарила меня златокожей,и ночью еврейской глубинной дрожи…О, родина! Край холмов и долин!Несу твоё бремя, несу один.Есть ли дом у пса? Где ночлег обрету?Голова моя тяжкая виснет с плеч.Как жёваная полынь – во ртупророка горькая речь.
48
Сухой и жаркий ветер.
«И все мои думы теперь о Геве…»
И все мои думы теперь о Геве [49]на всех перепутьях моих кочевийот Дана до Беэр-Шевы [50] …На плечимне череп давит…Шерстью овечьейхотел я для скорбной родины стать,и слёзы всех плачущих здесь впитать.И вот – не нашёл я порог ничей,не высушил слёзы их очей.Но ямкой для гольфа в играх чужихстал я в дни Санбалатов [51] моих,когда их тайных речей немалов моих ушах, как в трубке, звучало!
49
Еврейская коммуна (кибуц), подвергшаяся жестоким нападениям арабов в конце 20-х гг.
50
От севера до юга.
51
Санбалат (Санаваллат) – персидский наместник Самарии, территории бывшего Израильского царства, мешавший восстановлению Иерусалимского Храма (V в. до н. э).
«Должны грядущего Царства посевы…»
Должны грядущего Царства посевыВзойти от Дана до Беэр-Шевы;но пока не пришёл ещё Бен-Давид [52] ,лавка здесь вместо Царства стоит.Здесь дом для дельцов, надёжные стеныдля льстивых, а тот, кто ждёт неизменноМессию, страстно веря пророкам,да сгинет он там, в изгнанье далёком!В своей отчизне – ублюдок он!Святой – тот в могиле давно погребён.Зачем им взъерошенный пёс живой? —Им нужен гладкий, ласковый, свой,наводящий глянец, знающий сам,когда подставить спину вождям.Хлеб вроде фарша мясного тут —весь этот хлеб Санбалаты жрут,другим оставляя крохи и труд…А ты, провидец, правду скажи:«Страна отцов пропадает во лжи!»
52
Мессия.
«Но глух, как змей – только зубы скалит…»
Но глух, как змей – только зубы скалитмой враг, и не в пятку, а в душу жалит.Изумрудом фальшивым слово блестит —оно о мести не возвестит,потому что сломал копьё моё Тит [53] .А так как труб здесь в жилищах нет —не вьётся души сгорающей дымпод этим скорбным небом пустым…А так как жалюзи прячут свет —в прикрытых окнах не виден тут,даже как в озере месяц – плут.
53
Разрушитель Иерусалимского Храма (I в. н. э.).
«И было: когда я закончил речь…»
И было: когда я закончил речь,и народ не встал и не взялся за меч —овечьему цену узнав поголовью,я понял тогда, как плачут кровью.
«И вот, впитал в себя горечь я…»
И вот, впитал в себя горечь яот чёрных туфель до головы,сказав: такова отчизна моя —страна, где овцами стали львы.Меня донимали холод и жар,и в полдень была в моём сердце мгла.От родины как отвести удар?Несчастьям скоро не будет числа.Горящей лавы идёт поток,а братья и сёстры мои снуют:пламя не видят у самых ног,и муть из Бездны Великой [54] пьют.
54
В Каббале и еврейских сказаниях – обиталище демонов.
«И вот, наглотавшись в Ишуве пыли…»
И вот, наглотавшись в Ишуве [55] пыли,подумал я о вождях моих:не верой, не чарами их прельстили —есть что-то скотское в мыслях у них.Победные им не нужны знамёна,зато в достатке еда и кровнужны для стада: клети загона,в которых станут кормить быков.И я сказал себе удручённо:Уйми свой гнев – и на этот разЦарь не придёт: его коронаждёт, пока Царства настанет час.Но будет день – Санбалаты падут,и крепкие духом корабль поведут,и флаги украсят мачты его…А я, пока не пришло торжество,к земле прильну устами и лбом,как делал Ехезкель [56] в народе моём.
55
Еврейское национальное образование в Палестине до создания государства Израиль.
56
Пророк Иезекииль.
«И вот я стал, словно пёс немой…»
И вот я стал, словно пёс немой,и во дворе и в доме – немой.Я крови своей велел, без слов,жар поглотить угасающий мой,как поглощает земля мертвецов.И дни мои стали – с чем их сравнить? —Ушком, куда не пролезет нить…И ждали плоды моих лет, что в безднуя грудою сброшу их бесполезной.
«И был охвачен Ишув тоской…»
И был охвачен Ишув тоской,когда случилось это со мной,не оттого, что пророк немой,и флот погребён в пучине морской,и груз и команда смыты волной —а потому что денег нет,и золота не добавит поэт.И вот, не сказав по прежнему слова,глядел я на это взглядом немого…Тому, кто жаждет сдобную халу,и корки не будет – лишь слёз немало!
«Проходят дни от зари до зари…»
Проходят дни от зари до зари:снаружи – блеск, и сумрак – внутри.Но плача нет, только горечь сполнав крови у каждого – и тишина.Горит страна…Не дали отпор…Ружья свои побросали в костёр…Над бездной висят, как висели века,и блеют…Светло, не видны облака.Как знать, почему? – Тихо пока!
«И вот, когда подлость стала всё чаще…»
И вот, когда подлость стала всё чащевладеть моей родиной, я ощутилруку свою живой и дрожащей,но совладать не в силах я былс болью моей – самой мощной из сил.И если на площадь окно распахну,на лице врага смогу ли прочесть я,что это тот, кто предал страну:ходячий образ лжи и бесчестья?Ведь нет клейма никакого на нём,и нет меча: никакого злодейства!Мужчина беременный, с животом,он сам – и толстое всё семейство.И хотя у дверей толпится свита —на лике его унынье разлитои отсвет конца…Найдётся ль крыло,чтобы тяжесть эту, в штанах, подняло,и вместе с хозяйством прочь унесло?..И пусть обладатель мышиной душивдали от страны прозябает в глуши.
«И вот, не сумел я гнев побороть…»
И вот, не сумел я гнев побороть.Кипела кровь…Я на площадь смотрел,и отражался, вонзаясь в плоть,мой взгляд и ранил больнее стрел.Я в кровь свою окунался – горел.Что нам дороже, чем эта страна?У нас на глазах уходит онане солнцем вечерним: как корабли,наша страна исчезает вдали.
«И в сердце своём я сказал себе так…»
И в сердце своём я сказал себе так:Гони того, кто всему винойс площади этой! Ибо твой враг:Кдарлаомер [57] – никто иной.
57
Кдарлаомер (Кедорлаомер) – царь Элама в Месопотамии, вторгшийся в коалиции с другими месопотамскими князьями в пределы Палестины (Ханаана), и побеждённый Авраамом: Берейшит (Бытие), 14.
«И вот, умолк я на полуслове…»
И вот, умолк я на полуслове,и был, как Авель, вставший из кровиврагу отомстить – Каину-брату:сказать ему, что пришла расплата.Вышел на площадь, на дом посмотрел,и стал я, в гневе, стучать в ворота:Кдарлаомер здесь днями жирел,здесь млел он, толстый, лоснясь от пота!Кричал я ему: «Война, война!»От криков моих дрожала стена.Вышел он, услыхав о войне,и, как бедуин, улыбнулся мне:«Зачем война? Лучше союз.Нет выгоды в бунте. Оставим споры.Разве для мира и братских узнужен забытый меч Бар Гиоры [58] ?Лучше Заккай [59] и ученье его…»Потому – не изменится здесь ничего.
58
Один из вождей Великого восстания иудеев против Рима (66–73 гг. н. э.).
59
Иоханан Бен-Заккай – выдающийся религиозный авторитет, занимавший примирительную позицию по отношению к Риму.