Чтение онлайн

– Нет! – тем временем воскликнула тень. – Прошу, не уходи!

Но я никуда не уходила: просто сидела на кровати, в полном замешательстве наблюдая за тем, как плотные синие шторы уже в знакомом формате начали растворяться в пространстве, открывая моему взору до безумия пугающее «ничего».

– Вернись! Вернись!

А потом «ничего» добралось и до меня. Просто прихватило с собой, словно я незначительная часть дешёвой декорации, а всё вокруг – симуляция, бред воспалённого сознания.

Я потерялась в том, где заканчивалась реальность и начинался сон, но неожиданно испытала непреодолимое желание стянуть «остатки». Просто сжать пространство в кулаке и сорвать его. Где-то там в этом мраке таились ответы на все мои вопросы. Хоть и неосознанно, но я приняла решение позволить той реальности утянуть меня, когда кто-то схватил меня за волосы и дёрнул назад.

Меня словно замкнуло, и мир вокруг окончательно перестал существовать. Дрожащими руками я попыталась нащупать кровать, чтобы облокотиться и встать, но вместо этого провалилась в пустоту. Больно ударившись о холодный каменный пол, ладонями я наткнулась на листы бумаги.

Реальность менялась так быстро, что мозг не успевал переваривать подступавший волнами адреналин. Я опустила голову, и тонкая струя света, словно дешёвый спецэффект, упала на мои окровавленные пальцы, лежащие поверх уже знакомых страниц дневника Аманды Бэкшир. Того, который мы не могли прочесть. Вот только вместо коричневых разводов на бумаге появились буквы. Одно и то же написанное кровью предложение. На каждой из сотни грёбаных страниц, что я яростно перелистывала.

«Ты должна убить себя, когда они придут».

За столом в маленькой комнатке, залитой солнечным светом, сидела женщина. В углу крутилась и шипела пластинка. Её звук сливался с шелестом лимонных деревьев под окном.

Я не представляла, как попала в это место, и за кем подглядывала, ощущая себя просто частью стен. У меня не имелось ни тела, ни голоса. Я просто существовала в чьём-то воспоминании, наблюдая, как женщина прокалывает палец и макает кончик иголки в каплю крови.

– Аманда, – прошептала она. – Меня зовут Аманда, – повторил знакомый голос. – Меня зовут…

Но вместо имени из горла женщины вырвался истошный вопль, вскоре превратившийся в хрип. Что-то словно ломало её изнутри, заставляя изгибаться и хрипеть. Будто одержимая демоном, Аманда вдруг упала лицом вперёд, пока рука, сжимающая до белых костяшек окровавленную иглу, продолжала двигаться.

– Я не хочу умирать, – бормотала она, но уже не своим, более грубым и пугающим голосом. – Но так надо. Тот, кто вспомнил, всегда умирает. Всегда умирает, понимаешь?

Однако я не понимала. Не понимала, почему Аманда выглядит в точности как я. Не понимала, почему она улыбается в точности как я. Не понимала, почему её глаза полностью поглотила тьма.

– Он нашёл меня, – грустно выдохнула Аманда. – И он снова хочет, чтобы я открыла врата. Понимаешь?

– Нет, – ответила я, но звук сорвался с губ Аманды, которая… и была мной?

Лишь спустя несколько мгновений я поняла, что мы сидим напротив зеркала. Когда говорила Аманда, отражение не менялось. Когда говорила я, оно двигалось. Мы словно слились в одного человека: две одинаковые изломанные души, застрявшие в параллельных вселенных.

– Ты поймёшь. Со временем. Сейчас просто запомни. – Аманда сняла с пальца кольцо и поднесла его к нашим глазам. – Береги ключ, а когда он придёт – беги. Запомнила? Только не открывай врата.

– Кто придёт?

– Он.

– А почему мне нельзя открывать врата?

На секунду Аманда задумалась и нахмурила брови, а потом произнесла, приподнимая плечи:

– Не помню. Просто нельзя.

– Всё равно я не знаю, как это сделать. – Теперь плечами пожало отражение Аманды, хотя она сама совсем не шевелилась.

– Просто вспомни своё имя. Не дай им одолеть себя.

XXXI

Но я не успела ни вспомнить собственное имя, ни понять, что случилось. Когда в следующий раз мне удалось прийти в сознание, вынырнуть из кромешной темноты, под моими ладонями зашуршал песок. В полном недоумении, испытывая сильную жажду, словно не пила трое суток, я собрала песок в кулак и просеяла сквозь пальцы, этим простым действием пытаясь привязать себя к реальности.

Всё это время вокруг было безумно тихо и безжизненно. Я не чувствовала, что вообще существую, пока странный кокон, в котором оказалась, сильным порывом ветра не рассыпался на осколки.

Неловко повалившись на бок, я зарылась лицом в песок. В ушах гудело от количества громких звуков, но сильнее всего меня поразило, что я находилась не в номере отеля. Подняв голову, я убрала налипшие на лицо волосы и от удивления задержала дыхание.

Вокруг не было ничего. Лишь километры пустыни. Обрывками я помнила, что перед тем, как провалилась в видение, над Каиром уже начало вставать солнце, пробираясь сквозь песчаную бурю, но здесь… здесь стояла ночь.

Остались только тёмно-синее небо, усеянное мириадами маленьких белых точек, песок и я. В дурацкой пижаме и с пульсирующей на затылке раной. Стоило провести пальцами по шее и выше, я с ужасом осознала, что щупаю залысину.

Что случилось? Как я сюда попала? Последним, что я помнила, была тень в углу номера и слова…

– Убить себя, когда они придут, – пробормотала я и тут же скорчилась от дикой боли в голове.

Шею обожгло, как будто к коже приставили раскалённую кочергу. Рефлекторно, долго не раздумывая, я сорвала подвеску и отшвырнула её в сторону.

Руки и ноги непроизвольно забились о землю. Мой мозг так сильно не желал знать правду, что причинял сам себе невыносимую, доводящую до беспамятства боль.

«Мне нужно вспомнить своё имя. Я должна убить себя, когда они придут. Нельзя позволить им одолеть себя», – билось в голове.

Хотя разве я не знала, как меня зовут? Разве девушку, которая пыталась подняться с земли, вытирая текущую из носа кровь, звали не Аника? Разве девушка, пережившая последние несколько месяцев, заслужила смерть? И разве она понимала, кто должен прийти за ней?