Чтение онлайн

Глава 23.Битва в пустыне.

Женитьба благотворно повлияла на Улюлюля. По крайней мере, он больше не морочил мне мозги своим нытьем. Правда, и помощи от него никакой не было. Все время влюбленные проводили в пещере. Лишь к ужину выползали на свежий воздух для пополнения сил, как никак - медовый месяц. А работы было очень много. Думать, что враги оставят нас в покое, значило быть последним идиотом. И хотя в долине таковых было достаточно, ни я, ни Принц их точки зрения не разделяли. Для начала я подобрал оружие и доспехи для кентавров. Принцу достались римские доспехи, щит и шлем. Из оружия он выбрал себе двуручный рыцарский меч(в замену утраченного меча ландскнехта). Серый Хвост взял только кольчугу и щит. Луки для Принца и Дебила сделала Оли. Эрик выпросил у меня немецкий шлем, служивший мне по прямому назначению, а раньше еще и кастрюлей. Я уже привык к шлему, и не хотел отдавать, но кентавр оказался жутко настойчивым.

– Подари его мне, может, это шлем моего папы, - ныл он.

– Эрик, твой папаша был офицером SS, а этот шлем кайзеровского времени. А это на Земле лет на двадцать раньше, чем твой папа появился здесь, – пытался возразить я.

– Ну и что, значит, его носил мой дедушка.

– Да мало ли немцев на Ирии побывало? Эрик, не болтай ерунды, - вразумлял брата Принц. Но рыжий не унимался и продолжал канючить.

– Ладно, Эрик, возьми, только не ной, - сдался я. – Ничего страшного, найду себе другой головной убор.

Радостный кентавр сразу же напялил шлем на голову. Но у Эрика возникла проблема: его длинные уши не помещались под каской. Шут нашел выход, пропилив напильником отверстия в шлеме. Ну и долго же он занимался этим!

Впрочем, я был рад, что он хоть чем-то занят, и не достаёт меня своими выходками. Зато Оли не упустила шанс подшутить над шутом.

– Ой, да бедная моя кастрюлечка! Да как же супчик теперь в ней сваришь?! Да что-же ты творишь?, выродок ты ушастый!

– На себя посмотри, - дылда грудастая!

– Я на себя красавицу каждый день смотрю – налюбоваться не могу! И, да. Я высокая и фигуристая! А вот один неумный кентавр!...Это надо же, три луны клянчить шлем, чтоб за пол дня его укокошить?! Во – дурак!!!

– Сама дура!

– Сама дура, но таких дураков...!!!, отродясь не видела! Эрик, ты наверное ещё и извращенец. Мало тебе шлем убить, нужно и самому убиться. Как это у людей называется?... Вспомнила! – мазохвост!

– Мазохист! Дубина неотесаная!

– Где мазохвост?! У кого измазан хвост? – Гаврош встрял в «беседу» на подлете недорасслышав слов.

– У Эрика бедняжечки. – Ехидно улыбаясь засюсюкала Оли. –

Так трудился!

Так старался!

От усердья…

– Обосрался! Ха-ха-ха! Фу, засранец Дебил!

– Ах ты какаду глухое кожанное! Дрыщ летящий во тьме ночной! Сам давно ли обсераться перестал!? Как тресну рашпилем – сразу вспомнишь! Микродракула фруктовый!

– Не кричи на ребенка - заикаться будет! – Кентаврисса встала на защиту спрятавшегося за ее спину фруктового вампира.

– А ты отстань, - злился шут, - занимайся своими делами.

– Дураков работа любит, остальных кентавров губит!
– Не унималась Оли. Луки она уже сделала, другой работы у нее пока не было. – Слушай! Эрик! Ты может не шлем под уши, а уши под шлем напильником подгонишь?! – Так же быстрее будет!

– Вот спасибо!
– Скривился кентавр. – Какая добрая девочка!

– Правда, Эрик. Отнес бы его гномам. Они бы его за час перековали, - посоветовал старший брат.

– Шлем своего отца я должен сам обработать, - гордо ответил Дебил.

– Я уже говорила, бесполезно, - смеялась Оли, - пусть работает, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не ныло. – «Отдайте мне дедушкину кастрюлю-у!»

Улюлюль поступил проще. Он показал шлем своим гномам, те за сутки отлили ему такой же из бронзы уже с отверстиями для ушей.

Оружия у нас хватало на целую армию. Следовало подумать и об укреплениях. Но больше всего меня волновала митральеза. Если бы ее можно было починить! К сожалению, я мало что соображал в технике, тем более выпуска времен конца девятнадцатого века. Бог дождя, выслушав мою жалобу, нарисовал мне недостающую деталь на песке и рассказал, что, если в полдень идти по пустыне в сторону захода солнца, можнонайти разбитый броневик, в моторе которого есть точно такая. Пустыня отступила от долины довольно далеко. Сразу за дивным садом на месте хищной рощи теперь были непроходимые заросли. Колючие кусты превратились в двадцатиметровые деревья с шипами, длинными, как копья. По мере приближения пустыни деревья уменьшались в размере и становились реже. Проход был один – ручей, текущий из долины и теряющийся в песках. Посоветовавшись с Принцем, Оли и другими кентаврами, мы решили добыть деталь. Хорошо вооружились и отправились в путь. С нами пошло около пятидесяти пустынных ящеров, Синий Клюв, Шишка и Шнырёк. Колючие деревья давали мало тени, но от хищников защищали прекрасно. Через час пути мы вышли в пустыню.

– Кажется, кто-то здесь ждет нашей помощи, - сказал Принц, приостановившись.

– Да, я тоже слышу голоса, - подтвердил его брат.

Метрах в двухстах от леса жалась в кучу толпа, окруженная хищниками. Стадо во много раз превосходило число нападавших, но, состоящее в основном из пупсов и прочей мелочи, оно мало что стоило в качестве войска. С десяток ящеров, внешним видом напоминавших «гуру Пращура», образовали некое подобие клина. В высоту они достигали более двух метров. Их тело было покрыто плотной чешуей, а кроме мощных когтей, клыков и внушительного хвоста, каждый держал в передних лапах огромную бронзовую алебарду. Видимо, хищники знали силу и решительность этих ящеров, выставив против них наибольшие силы. С левого фланга ящеров прикрывало с полсотни приземистых, но мощных животных, названных мною за глаза гибридом кенгуру с неаполитанским мастиффом. Звери эти, подобно римским легионерам, были вооружены щитами и копьями. Большую часть составляли самки и молодняк, находившиеся сзади и не имевшие оружия. С другого фланга топталось огромное стадо обезьян. Но только треть из них являлись крупными или средних размеров, и только десятая часть была вооружена дубинками. И лишь один вожак – огромная синяя обезьяна - был настроен воинственно. Он размахивал гигантской дубиной, что-то орал, призывая перепуганных собратьев к решительным действиям. Наиболее мелкие обезьянки, смешавшись с пупсами и прочей мелюзгой, теперь только мешались под ногами у других. Крупные, скалясь, жались друг к другу и медленно отступали, ставя в опасность окружения своего вожака и открывая тыл ящеров. В толпе были и существа подобные кентаврам, некоторые из них гораздо более мелкие, имеющие нижнюю часть овцы, козла или осла. «Овцы» жались вокруг своего «барана», перепуганного не меньше их. Кое-кто из «козлов» пытался защищаться тяпкой. Рогатые и бородатые люди-антилопы могли постоять за себя, хотя вооружение их было весьма бедным. Они не уступали по росту степным кентаврам. Их животная половина была похожа на тело антилопы гну. Скорее всего, они хотели лишь прорваться и скрыться в зарослях. Предвидя это, хищники выставили против них карликовых урпов на бескрылых соколах. Один из полканов – человек-бык выглядел решительно. Он весь подался вперед и, сжав в руке огромный цеп, был готов к нападению. Стоящий напротив него хищный кентавр с урпом на спине только смеялся, помахивая трезубцем. Но сзади человека-быка были его жена и сын, которых он собирался защищать до конца. Самым же заметным в толпе был огромный кентавр. Человеческий торс чемпиона Японии по сумо плавно переходил в белоснежное туловище аденского тяжеловоза. Он стоял в одиночестве без оружия.

– Онигирик! – вырвалось у Оли и Эрика при виде его.

Я посмотрел на кентавра. Хотя мне и не было видно его зада из-за огромного живота, но очевидно, что Оли была права тогда в лесу. Всюду валялись корзины, тачки, тюки и тележки. Толпа оказалась застигнутой врасплох. В отличие от хищников, у них не было подготовки и никакой взаимовыручки. Похоже, что вместе сражаться им предстояло впервые. Судьба толпы была предрешена. Хищники искали лишь способ расправиться с ней с наименьшими потерями. По всей вероятности, они не хотели убивать сразу всех окруженных. Куда девать столько мяса? Да, нужны, наверное, были и рабы. Принц говорил, что хищные кентавры частенько берут их. Я поднял арбалет. Но Оли выстрелила первой. Мощный кентавр дернулся и вместе с урпом на его спине рухнул под ноги изумленному человеку- быку. Свою стрелу я также выпустил в спину урпа, сидящего на кентавре. И она прошила их обоих. Прежде чем хищники что-то поняли, мы успели выпустить по пять стрел. Я отложил арбалет и стрелял из мощного лука, сделанного для меня кентавриссой. Обезумевшая толпа рванула через образовавшийся проход в заросли колючего кустарника. Часть хищных кентавров и карликовых урпов на бескрылых хищных птицах попыталась отрезать им путь. Карликовые урпы не больше пупса. Задние ноги у них короткие и кривые, пригодные лишь для того, чтобы держаться в седле. Вооружены они были длинными тонкими копьями из материала, похожего на китовый ус, а некоторые имели даже арбалеты. Бескрылый сокол – хищная птица, размером с африканского страуса, но массивнее, с острым, как секира, клювом и ужасными когтями, получила свое название за скорость. Мало кто из наземных существ может уйти от ее погони. Вместе с ними в погоню за беглецами кинулись шестиногие ящеры – боевые псы урпов. Ящеры эти ядовиты и внешне очень похожи на американских ядозубов, только размером с крокодила. Воспользовавшись ситуацией, «бульдогообразные кенгуру» метнули свои копья. Ящеры похожие на раптеров ринулись в бой, рубя урпов направо и налево. А толстый кентавр расшвырял сразу четырех хищных собратьев голыми руками. Несмотря на свои размеры, двигался он плавно и чрезвычайно быстро. Никто даже не успел дотронуться до него. Сваленные им на землю уже не поднимались, а одного из кентавров он поднял и закинул в строй урпов, чем очень помог собакообразным. Налетевшим на него двум бескрылым соколам он свернул шеи, как цыплятам. После чего растоптал их седоков. Воспрянувший духом человек-бык сломал своим цепом хребты трем шестиногим монстрам. И, спеша на помощь «сумоисту», вклинился в строй урпов. Его жена, подобрав трезубец убитого Оли кентавра, защищала тыл мужа. В это время мы переключились на лучников. Их была сотня. Однако мы перебили их раньше, чем те подошли к нам на расстояние выстрела из своих луков. Нас атаковали карликовые урпы–арбалетчики. Но получили мощный отпор от пустынных ящеров. Арбалеты ящеров были мощнее, чем у мелких урпов, а стреляли первые превосходно. Двумя залпами они прикончили всех атакующих птиц, и теперь перестреливались с со спешенными карликовыми урпами.

Большая часть хищников бросилась на нас. Это спасло жизнь очень многим из толпы. Обезьяны, воодушевленные примером своего вожака, уже всего израненного, но еще стоящего на ногах, вылезали из кустов и, швырнув в урпов камни, сразу убегали обратно. Более крупные, с палками и оружием хищников, пришли на помощь вожаку, хорошо потеснив врага. Люди-антилопы смогли прорваться сквозь оборону урпов и теперь отчаянно отбивались вместе с другими полканообразными от бескрылых соколов, пуская в ход камни, палки, орудия труда и оружие, отнятое у врагов. Но наши шансы резко упали. Стреляя непрерывно, мы перебили много урпов и кентавров. Стрелы у нас почти закончились, а враги наседали со всех сторон. Несколько из моих ящеров были ранены в перестрелке с мелкими урпами. Один из них достал глиняный свисток и пронзительно засвистел, зовя на помощь. В тот же миг Оли с луком в руках кинулась в самую гущу врагов. Огромным прыжком она перелетела через головы урпов и, сбив с ног двух кентавров, поскакала в сторону скал пустыни.