Чтение онлайн

Я смотрел на комнату, забыв, что хотел сказать.

– Я принес твои вещи, - сухо произнес я, отдавая туфельку с драгоценностями.

– Вы как себя чувствуете?
– робко спросила она.

Женщина с лицом моей возлюбленной выглядела уставшей и немного смущенной.

Я впервые допустил мысль о том, что она тоже не желала попадать в тело Анны - Шарлотты. Может, у нее была своя счастливая жизнь.

– Я не имею права чувствовать себя плохо, - произнес я, вспоминая слова доктора.

Я смотрел на эту незнакомку, чувствуя какое-то двоякое чувство. Я был благодарен ей за то, что она спасла мне жизнь, и ненавидел за то, что она присвоила чужую личность.

– Может, чай?
– послышался робкий голос. Она заглянула мне в глаза, и взглядом показала на две кружки.

Я посмотрел на нее, словно пытаясь понять, смогу ли я вынести ее присутствие, зная, что передо мной совершенно другой человек? Или не смогу?

Он стоял в коридоре, словно сомневаясь. “Нет, он точно откажется!”, - пронеслось в голове, когда я взглянула на лицо Вальтерна.

– Ладно, - произнес он, а я с удивлением увидела, как он вошел в комнату.

Крошечная треснувшая плитка кипятила ковшик с водой, а я достала корзинку с печеньем и пирогом, завернутым в бумагу. И вообще, я чувствовала, что давно ничего не ела. Но от волнения я перестала замечать голод.

Я насыпала заварку в обе кружки, а потом плеснула кипяток. По комнате пошел запах трав, ягод и чего-то пряного. Хм! Какой удивительный запах у этого чая.

– Присаживайся, - гостеприимно указала я на кресло, забывая, что еще недавно обещала перейти на вежливое “вы”.

Чувство скованности никуда не пропадало, а я старалась скрыть неловкость.

– Вот, - я заботливо придвинула кружку к его руке.

Вальтерн смотрел на кружку, потом на меня, а я опустила глаза и поджала губы.

– Спасибо, - произнес Вальтерн, хмуря брови.

Разговор явно не клеился. У меня такое чувство, словно после моего признания между нами вдруг выросла незримая стена размером с Северный Форт.

– Я бы хотел поговорить с тобой по поводу твоего сына, - произнес Вальтерн. Судя по голосу он решил сразу перейти к делу.
– Сколько ему лет?

– Шесть, - ответила я, глядя ему в глаза.

– Точно шесть?
– спросил Вальтерн.

Могу ли я сказать ему правду? Или лучше не стоит?

Я молчала, понимая, что правды на сегодня достаточно. Он еще первую не переварил, а тут я с добавкой!

– Не совсем, - выдохнула я.
– По документам шесть. На самом деле - семь.

– Семь?
– глаза Вальтерна расширились. Он нахмурился, словно что-то пытаясь прикинуть в голове.

– Ну да, - ответила я.

Внезапно он усмехнулся. Ни я, ни он к чаю так и не притронулись. Я грела руки о кружку, генерал был занят своими мыслями.

– Хорошо, спрошу по- другому, - произнес Вальтерн, наконец-то делая глоток. Я вспомнила про чай и тоже решила попробовать.

На вкус он был, словно земляника с легкой горчинкой трав. Я даже удивилась такому насыщенному вкусу, решив сделать еще один глоток, чтобы распробовать.

– Кто отец ребенка?
– задал вопрос генерал.

Он снова сделал глоток чая, глядя на меня.

– Я не знаю, - усмехнулась я.
– Увы. Я узнала о том, что беременна сразу после неудачной помолвки.

– И поэтому ты приняла решение быстро выйти замуж, - продолжил Вальтерн. Его голос вдруг потеплел. Теперь в нем не было ледяных нот. Мы беседовали почти как старые друзья.

– Сознаться честно? Да!
– выдохнула я, стиснув зубы.
– Не каждый готов слушать круглосуточный скандал по поводу внебрачного ребенка! Поверь, брак был ерундой по сравнению с тем, что творилось в доме родителей. Я готова была бежать, куда глаза глядят, лишь бы не слышать постоянные упреки. Жизнь вдруг стала резко невыносимой. Со мне разговаривали сквозь зубы, смотрели на меня так, как на грязную тряпку. Я просто поняла, что согласна на любой вариант, лишь бы…

– … это все прекратилось, - послышался голос Вальтерна.
– Я тебя понимаю.

Я улыбнулась, чувствуя, как горячий чай топит ледяную стену. Нет, а что тут такого? Почему бы нам не остаться друзьями?

– Это твой сын?
– спросил Вальтерн, а на столе появился медальон. Я открыла его, видя портрет, который висел у нас в холле.

Я не смогла ответить. Мое сердце сжала невидимая рука, а на глазах выступили слезы.

Я поцеловала крошечную миниатюру, прижав ее к груди.

– Я понял, - произнес генерал.

Он положил руку поверх моей руки, словно пытаясь успокоить.

Я смотрела на него, чувствуя какой-то приятный прилив тепла. Словно сердце кто-то обернул теплым пледом. “Неужели он тебе нравится?”, - пронеслась в голове мысль. И я вздохнула, решив не лукавить. “Да! Нравится!”, - призналась я себе.

Еще немного чая вызвало приятное чувство легкости, словно в голову ударило шампанское.

– Ты не замечала никаких странностей?
– спросил Вальтерн, а я посмотрела на его руку, которая уже мало того, что лежала поверх моей руки, так еще и легонько поглаживала мою. Я робко ответила, тоже погладив его руку пальцем и тут же подняв глаза на генерала.

– Нет. Совершенно обычный ребенок, - вздохнула я.
– Ничего странного. Погоди! Ты думаешь, что он…

– Я могу подозревать, что он - мой сын, - произнес Вальтерн, а я вдруг почувствовала волнение.

– А что? Есть повод подозревать?
– осторожно поинтересовалась я.

– Да. Повод есть, - усмехнулся Вальтерн, глядя мне прямо в глаза.
– Но так или иначе, пока мы его не найдем, я ничего не могу сказать. Боюсь, мы это узнаем правду, когда найдем мальчика.

– Только бы найти его, - прошептала я.

Только сейчас я заметила, что мы разговариваем почти шепотом, словно боимся нарушить какую-то тишину, которая воцарилась вокруг нас.

– Ты все еще злишься на меня за то, что я - не она?
– спросила я, доливая еще чая.

Мне сейчас срочно нужно успокоиться и перевести разговор в безопасное для сердца русло. Иначе я опять буду плакать, мучится, переживать, подтачивая последние силы. А у меня их и так немного осталось.

– Я не могу на тебя злится. Просто после твоего признания многое стало понятно, - усмехнулся Вальтерн. Он смотрел на то, как в горячем ковше плавают чаинки.
– И твоя скоропалительная помолвка, и твой спешный тайный брак… Скажи мне, ты любишь мужа?