Чтение онлайн

— Пожалуйста, скажите, что это не смертельно! — мой голос сорвался на визг. Я потянулась к рукоятке, чтобы вытащить нож, но Треш больно ударил меня по руке.

— Не смей! Ты сделаешь только хуже!

— Но чем мы можем помочь?

Райан глянул через плечо на огоньки:

— Ничем. Будем ждать помощи.

— Но они не успеют!

Райан посмотрел на меня с несвойственной ему строгостью:

— Треш, забери её.

— Что? Треш, не трогай меня!

— Нет, ты уйдёшь! Ты ничего не сможешь сделать, а портал уже начал сжиматься.

— Райан… — я осела на колени, — ты говоришь со мной таким тоном, потому, что нож предназначался не ему?

Парень опустил глаза. Моя догадка, похоже, оказалась верной. Я зарыдала в голос.

— Позволь мне хотя бы сказать ему пару слов!

Парень нехотя отодвинулся, предоставляя мне место. Он вытащил из кармана рогатку и побежал в лес на поиски убийцы, не думая о том, что может стать новой жертвой.

— Эта тварь заплатит за всё! — сквозь зубы прошипел Лис. Он искрил злобой и ненавистью. Казалось, он убьёт любого, кто встанет у него на пути.

Ал хрипел и харкал кровью. Его тело билось в конвульсиях. На него было страшно смотреть. Но стоило мне сжать его ладонь, как он затих. Не умер, а как бы на время успокоился. Лицо принца было бледным, сквозь поры выступили солёные капельки пота. Он заставил себя приоткрыть веки. Я приказала себе успокоиться. Это далось с трудом.

— Алекс, как ты себя чувствуешь? — задала я сквозь сдерживаемые рыдания наиглупейший вопрос. Однако это позабавило Ала, он слегка приподнял уголок губ.

— Да так, потихоньку. Лежу умираю, как видишь.

Слёзы потекли сначала по моим щекам, а затем они же, стекая с подбородка, заструились по щекам Алекса.

— Ты не умрёшь! Не посмеешь… Ведь ты дал слово, что теперь нас ничто не разлучит!

— Не умру. Поцелуй меня. И это придаст мне сил ждать следующего раза.

Даже на смертном одре он сохранял бодрость духа. Говорил Ал очень тихо, стараясь лишний раз не тревожить застрявшее в груди лезвие. Я заколебалась: так ли он уверен в том, что просит? Тут я вспомнила ещё кое о чём. Я совсем забыла о зрачках! Но так ли важно сейчас принцу зрение?

— Ты не сможешь спасти моё тело, но хотя бы спаси мою душу…

Алекс говорил на последнем дыхании. Ещё миг и его глаза будут смотреть не на, а сквозь.

— Я люблю тебя… — сказала я тихо и склонилась над умирающим, чтобы выполнить его последнюю просьбу.

Ал приложил усилие и подался вперёд. Я собрала всю жизненную энергию, всю мощь, заключённую в сердце и выпустила её наружу. Поцелуем, я хотела вдохнуть жизнь, на глазах вытекающую из слабеющего принца. Интересно, сила мысли способна на подобное?

Я почувствовала привкус меди на языке и сухое, обжигающее дыхание Ала. Меня охватил жар, из воздуха будто выкачали весь кислород. Звуки исчезли, планета замедлила вращение. Затишье перед бурей. Подрагивающие веки окрасились в цвет мандарина. Я неуверенно приоткрыла глаза и обнаружила, что мы находимся в золотистом коконе из сияющих нитей, а вокруг порхают стаи белоснежных бабочек, сотканных из света. Одна и них села принцу на плечо, другая — на расплывающееся пятно. Я зажмурилась, потому что внезапно почувствовала такую сильную боль, как будто мне вспороли живот, а затем стали выдёргивать кишки, вены, артерии и прочие прелести внутреннего мира. Я испугалась, едва не закричала, но поцелуй не прервала. Ведь иного шанса могло и не быть, вопреки заверениям Алекса. Мы разомкнули уста лишь тогда, когда кокон порвался, взрывной волной прокатившись по лесу. На мгновение стало светло, как днём. Я отстранилась, боль из острой превратилась в тупую, ноющую. Ал смотрел на меня странным взглядом, в котором были смешаны нежность и боль.

— Над нами общее небо, а значит, я рядом, где, бы ты ни была. Помни это и то, что я тоже тебя лю… — он захрипел, изрыгая из чрева сгустки крови. Треш, не дожидаясь пока меня обдаст волной недосказанной фразы, оттащил и закинул меня к себе на плечо. Я колотила его по широкой спине, тщетно пытаясь вырваться.

— Отпусти меня, отпусти! Я не пойду домой! Я останусь здесь!

Я молотила руками и ногами, будто балованный ребёнок, которому не купили набор «Лего». В один момент я почти выскользнула из рук горца, повиснув головой на уровне его таза.

Губы Ала вымолвили нечто вроде «прощай». В следующий момент его грудь в последний раз поднялась и опала. Дыхание стихло.

— Нет… Нет, нет, нет, НЕТ!!!

Портал ужался до размера раскрытой книги. И продолжил уменьшаться буквально на глазах.

— Прости, — сказал Треш и, не дожидаясь, когда воронка окончательно сомкнёт свои челюсти, закинул меня прямо в пасть.

Я приземлилась не вполне удачно, кубарем прокатившись по траве, подминая под себя кусты с ежевикой, цветы, а так же всякое мелкое зверьё. Едва меня перестало мотать, я вскочила на ноги и бросилась обратно к порталу. Но он растаял, как дым. В воздухе зависло полупрозрачное облачко — мираж, призрак, эхо того, что мне требовалось. На востоке восходило солнце, оно тянуло свои рыжие руки сквозь сочную листву субтропических древесных растений.

Я упала на колени. В кожу вонзились острые веточки. Я дышала с трудом, грудь рвало от боли, глаза были глазами безумца. Я подняла голову к небу и закричала, что есть мочи, отдавая лесу всё то, что пожирало меня изнутри.

Я закашлялась — видимо сорвала голос — и свернулась калачиком на траве, продолжив тихо всхлипывать. Надеюсь, Лере повезло больше: её быстро обнаружили и оказали помощь. Мысль о сестре придала мне сил и заставила подняться. Я побрела туда, где заметила поломанные кусты и следы от колёс машин. По пути я нашла свой потерянный Samsung Galaxy. Впереди петляла знакомая тропинка. Меня заметил мальчишка, выгуливающий в столь раннюю пору коз, и указал дорогу до конюшни. Хозяйка лошадок, Светлана, экстренно набрала номер моей бабушки, та приехала и забрала потерявшуюся внучку. Это было самым счастливым моментом за прошедшие дни. Я обхватила её спину руками. Прижимая к себе изо всех сил, я поклялась, что никогда её больше не отпущу.

В отеле, на Лениной 13, меня встретила радостная Лера. Её нашли ещё ночью, когда полицейские прочёсывали лес. Шурик передал её в надёжные руки и снова пропал, причём надолго. Что казалось крайне подозрительным, ведь сомневаюсь, что он принял благородное решение не ходить по границе нашей нервной системы. Сестра стала сыпать вопросами, но я пресекала все её попытки узнать, что произошло.

Лишь спустя месяц, в августе, я во всём призналась. Мы сидели на кухне в полной темноте. Было полнолуние, и Лера искренне надеялась и ждала, что парни свалятся к нам в прямом смысле с небес на Землю. Даже прихорошилась по этому случаю. Не тут то было. Они не появились ни в этот месяц, ни в следующий.

Веточку с прелестными сиреневыми комочками, что подарила Серебрянка, я посадила в горшок. Она не сломалась лишь по счастливой случайности или же благодаря защитной магии. Её аромат наполнял комнату, даря покой и утешение. Причем, как я заметила, её запах подстраивался под настроение и обычно представлял собой то, что мне нравилось больше всего. Лишь это маленькое пушистое деревце и помогало держаться на плаву.

— А я не верю, что он умер, — поведала я как-то веточке, — вот не верю и всё тут! И вообще, всё то, что происходило в последние минуты на Альянсе — ложь, сказки, — я истерично расхохоталась.