Чтение онлайн

— Мы уже обсуждали эту тему. Вина лежит не на моих плечах. Неужели ты мне не веришь?

Лера прижалась носом к узкой щёлке. Дышалось с трудом, но сплетни того стоили. Она тихонько засопела, стараясь разглядеть сквозь проём хоть что-то. И ей это удалось. Силуэт мужчины в чёрном фраке, в котором она узнала Драка, пожал острыми плечами.

— Может оно и так. Вот только лезть в это дело не стоит.

— Это почему же? — в голосе женщины слышался вызов. Лера не могла её разглядеть, потому что говорящая стояла в «слепом пятне» просторной комнаты. Голос казался знакомым. Да, Лера определённо знала его обладателя, вот только ей нужно было убедиться в своей правоте.

— Дело даже не в том, что тебе это не удастся или в том, что такое происходило не единожды. Дело в том, что у королевы большие планы относительно заключения этого союза.

— Придётся её планы нарушить! Я не для того тащилась через столько измерений, не для того дурила голову охране, чтобы так просто отступить. Королева сама не понимает, что делает. Ей вправили мозги. Я наставлю её на путь истинный.

По полу застучали каблуки, тень под дверью начала расти. Лера отпрыгнула в сторону. Она шустро осмотрелась в поисках укрытия и юркнула за высокий вазон с раскидистыми цветами. Дверь распахнулась, из комнаты быстрым шагом вышла женщина с огненно-рыжими кудрями, на ней было тяжёлое красное с золотым платье, на губах — алая помада, на лице — маска, на голове — маленькая шляпка. Бледная рука вытянулась вперёд и схватила женщину за запястье.

— Отпусти! — властно приказала она.

Сухой и белый, как смерть, Дракула склонился над её ухом и с шипением сказал:

— Если ты сотрёшь с лица Вселенной наш мир, я сотру твой, Офелия.

Она вырвала руку и, поправив волосы, зашагала прочь. Лера стояла за вазоном, позабыв, как дышать. Стивенсон огляделся и тоже скрылся за поворотом. Лера позволила вобрать лёгким воздух.

***

Всё это она хотела сообщить Райану, как раз тогда, когда мы въехали в Северный Шэм. В запасе оставалось всего полтора часа, час из которых должен был уйти на дорогу. Плюс ко всему, нам было необходимо по пути заскочить в лесную хижину Ала, дабы переодеться и забрать оставленные там кристаллы-переходники.

— Райан, ты должен кое-что узнать. Это касается сегодняшней ночи. Похоже, сорвать свадьбу хотим не только мы. Вот только неизвестен мотив наших оппонентов и способ их действия. Возможен теракт, могут пострадать люди. Пусть даже тот, кто всё это затевает, на нашей стороне.

— О таких вещах не принято говорить на улице. Нам нужно найти укрытие от людских ушей.

Мы завернули в безлюдное место и остановили коней, подведя их практически вплотную, хотя это и противоречило технике безопасности.

— Я слушаю.

— Лера, вещай, ведь именно ты находилась поблизости в нужный момент.

— Кхе-кхем, значит, дело было так.

Лера пустилась в пространные объяснения. Тут у нас над головой раздался треск, какой бывает от сломанного телевизора. И, действительно, из-за крыш домов показался мерцающий уголок аэроэкрана. Мы услышали возбуждённый громоподобный голос диктора:

— Мы прервались на небольшую рекламу, но за этот короткий промежуток времени произошла масса всего интересного! Мы ведём репортаж с места событий. Мистер Гордон, опишите ситуацию со своей точки зрения. Как вы считаете, что послужило причиной вашей стачки с Его Высочеством принцем Алексисом?

Я и не заметила, как подстегнула шенкелями[3] Изабеллу.

— Настя, ты куда? — окрикнула Лера.

— Я должна это увидеть, — кинула я через плечо, смутно осознавая, чего хочу этим добиться. Возможно, просто в последний раз взглянуть на Алекса, — Это плохая идея. Явно плохая, — бормотала я себе под нос, уговаривая вернуться назад.

Против воли я задрала голову в небо. Мерцающий прямоугольник экрана завис прямо над поверхностью моря, загораживая собой диск луны. Я тупо пялилась на экран, практически не слушая небылицы, которые рассказывал Гордон. Показали Алекса: он прикладывал к опухшему глазу свой чудодейственный шарфик и наотрез отказывался отвечать на вопросы корреспондентов.

— Настя? Настя! Вот ты где, слава Судьбе! — слева от меня неожиданно возник не кто иной, как Треш. На его плече сидел серый комочек и подрагивал ушками.

— Треш, ты чего тут? — безразлично спросила я, продолжая пялиться в экран. В глазах опять закипали слёзы.

— Мне ваша ручная говорящая гулька доложила, что произошло. Я хотел было вломиться во дворец и со всем разобраться, но птичка меня остановила. Сказала, мол, возьмёт проблемы на себя. Всё равно с моей «массой и неповоротливостью пробраться на место незаметно невозможно».

— Мы тут. А вот Шурика после того, как он упорхнул с балкона, мы так и не видели. Так что, друг, не знаю, чего он там храбрился, роли он не сыграл никакой.

— Гляди, — указал на экран Треш.

Крупным планом «в телике» показали королевскую ложу. Королева Луизиана опять взяла слово. Но вперёд вышел Алекс. Он жестом руки прервал мать и заговорил сам:

— Меня всем видно и слышно? Хорошо. Ведь я обращаюсь ко всем жителям планеты Альянс Сердец, а так же к небезразличным аборигенам Огненной Розы. Я хочу, чтобы каждый, кто сейчас слушает это сообщение, узнал правду. Все эти года, столетия, ваша власть, ваша верхушка была не свободна. Её сковывали кольца проклятия. Мы не могли сами выбирать, с кем идти по жизни, с кем рука об руку править. Конечно, это может считаться нормой в других мирах, но не в нашем. Альянс на то и Альянс. Здесь связь душ, единство сердец ценится превыше всего. Так как же вы, простой народ Альянса, можете идти по стопам сформированных принципов, традиций и моральных устоев, если ваши король и королева, их бабушки и дедушки, а так же дети и будущие внуки никогда сами не выбирали спутника жизни? Слово «любовь» — наша заповедь и главное слово — были им неведомы. И всё потому, что когда-то давно король Вульфрик допустил ошибку и обрёк планету на печальную участь. Теперь, если я не женюсь на принцессе с Огненной Розы, то всем нам грозит катастрофа. Мы висим на волоске, и этот волосок мог в любой момент оборваться. Но этого не происходило потому, как из поколения в поколение правители Альянса заботились о своих подданных, ведь в противном случае, всем нам пришлось бы искать новый дом, переселяться на другую планету. Много раз Роза отказывалась вступать в невыгодный для них брак, и наши правители оставались одиноки на всю жизнь. Мы лепили нелепые легенды, замалчивали правду, лишь бы не выдавать, в каком положении находится наш мир. Но теперь всё будет по-другому.

Алекс выбросил вперёд руку с зажатым в ней свитком. Золочёный узор на пергаменте сверкнул в свете направленных очей телекамер.

— Всё здесь. Знаю, в то, что я сказал, поверить непросто, но всё так. Наш предок совершил ошибку, теперь мы за неё расплачиваемся. Но в этот момент, здесь и сейчас мы изменим ход истории, мы прекратим произвол, царивший на протяжении веков. Не только Альянс, но и Огненная Роза была не свободна, однако, в случае непредвиденных обстоятельств, их планета всегда оставалась под защитой. Но, не сомневаюсь, что этому миру, как и нам, не терпится получить большую свободу выбора. Для этого требуется лишь одно.

Принц повернулся лицом к остолбеневшей Райли. Он развернул свиток и присел на одно колено, будто собираясь сделать предложение:

— Твоя роспись, моя принцесса. Поставь её и станешь героиней в масштабах Вселенной. Ты нужна всем нам, ты нужна мне.

Вышедшая из оцепенения Райли, однако, восприняла последние слова по-своему:

— Именно. Я нужна вам, — её глаза сверкнули, — именно поэтому я стану тут королевой и установлю свои порядки!

Экран моргнул. Он, как и все мы, не поверили своим глазам: Райли вырвала свиток из рук принца и с резким острым звуком разорвала документ на две половины. Они медленно, будто листья клёна, кружась, полетели с балкончика.

Мне стало дурно, я пошатнулась и едва не свалилась с лошади. Треш вовремя подхватил меня и усадил обратно. За моей спиной раздался резкий вскрик Леры и резкое матерное словечко от Райана.

То ли ещё было — экран продолжал транслировать всё то, что происходило после, а именно: Райли задалась целью прикинуться невинной жертвой и свалить всю вину на Алекса:

— Я думала, ты любишь меня, подлый трус! — она замахнулась и ударила его по лицу, — Ты бы не поцеловал меня тогда, если бы намеривался сегодня устраивать всё это шоу! Посмотрите в глаза своему многоуважаемому принцу! Они говорят красноречивее его слов!