Поиграем, папочка
Шрифт:
Я закусила губу и, повинуясь какому-то внутреннему, бесстыдному порыву, набрала:
«Трусики мокрые.»
Отправила и замерла, прижимая телефон к груди.
Сердце заколотилось где-то в горле. Это слишком? Слишком откровенно? Слишком извращенно?
Но он же сам этого хотел. Он сам разбудил эту бестию. Ответ пришёл не сразу. Секунда, две, три, пять… Я уже начала нервничать, придумывать тысячу причин, почему он молчит. Передумал. Решил, что я слишком доступная. Испугался. Надоела.
Телефон пиликнул.
«Ты сейчас в метро?»
Я моргнула, не ожидая такого вопроса.
«Да. А что?»
«Закрой глаза. Представь, что я рядом.»
Я послушно закрыла глаза. Вагон мерно покачивало, где-то рядом играла негромкая музыка, люди переговаривались вполголоса. Но я была уже далеко — в нашем собственном мире, где существовали только его голос и мои ощущения.
«Представила.»
«Что ты чувствуешь?»
«Твои руки. На талии. Твоё дыхание. На шее.»
«Ммм… А ещё?»
«Твой голос. Шепчет, какая я грязная сучка.»
«Ты хочешь это слышать?»
«Да, господин.»
Пауза. Долгая, томительная. Потом новое сообщение, от которого между ног все сжалось в тугой, пульсирующий комок:
«Ты не представляешь, как сильно я хочу тебя найти. Прямо сейчас. Снять с тебя эти мокрые трусики и…»
Я не дала ему дописать. Пальцы сами набрали:
«И?»
«И трахнуть тебя. Прямо там, где стоишь.Жестко. Глубоко. Чтобы ты кричала.»
У меня внутри всё оборвалось. Я представила эту картинку с фотографической четкостью: он прижимает меня к холодной стене вагона, задирает юбку, одним рывком срывает трусики, входит… Боже. Я почувствовала, как по телу прошла судорога желания.
«Я уже кричу, господин. Мысленно.»
«Сука… Ты меня сейчас убьешь.»
«Но смерть будет сладкой?»
«Самой сладкой в моей жизни.»
Я улыбнулась и открыла глаза. Поезд замедлял ход — моя станция.
«Я выхожу, господин. Спокойной ночи.»
«Сладких снов, малышка. Спи с мыслями обо мне.»
«Обязательно.»
Я вышла из вагона и побрела к выходу. Ноги дрожали и казались ватными, между ног пульсировало, а на губах играла довольная, почти счастливая улыбка.
Он мой. Весь мой. И даже не знает об этом.
Глава 13
Трусики
Я влетела в квартиру, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь отдышаться.
Сердце колотилось так, будто я только что пробежала марафон. Нет, хуже — будто меня только что трахнули. Хотя нет, не трахнули. Но хотели. И я хотела. И этот взгляд, когда он смотрел на меня на улице…
Боже.
Я сползла по двери на пол, обхватила голову руками. Ну почему именно сейчас? Почему я должна была врезаться в него именно в тот момент, когда в голове были его член, его руки, его голос? Я же не успела натянуть эту дурацкую маску холодности. Я покраснела. Сильно. Заметно.
Но может, он подумает, что это после спорта? Да, логично. После тренировки все красные, разгорячённые. Я же в спортзале была, он сам видел. Нормально. Всё нормально.
Я заставила себя встать, прошла на кухню, налила воды. Выпила залпом, потом ещё. Потом пошла в душ, встала под горячие струи и долго стояла, пытаясь успокоить мысли.
Но они не успокаивались.
Он смотрел на меня. Смотрел пристально, изучающе. На секунду дольше, чем нужно. Или мне показалось?
Я выключила воду, закуталась в полотенце и побрела в комнату. Рухнула на диван, уставилась в потолок.
В спортзале он меня не нашёл. Это хорошо. Это значит, что я не спалилась. Но эта встреча на улице…
Ладно. Надо успокоиться.
Я потянулась за телефоном. Открыла переписку. Пролистала наши сообщения — все эти «господин», «хозяин», «трусики мокрые». Боже, какая же я развратная. Но как же это заводит.
Я набрала:
«Киска течёт.»
Отправила и закусила губу.
Пусть знает. Пусть мучается. Пусть ищет.
Ответ пришёл почти сразу:
«Ты меня сейчас добьёшь.»
«Надеюсь, приятно?»
«Сладко. Мучительно. Где ты?»
«Там же, где и всегда. Рядом.»
«Это не ответ.»
«Это игра, господин. Ты же хотел играть?»
«Хотел. Но игра затянулась.»
«Терпение, господин. Хорошая охота требует времени.»
«А если я не хочу ждать?»
«Тогда ищи быстрее.»
Я отложила телефон и улыбнулась в потолок.
Пусть ищет. Пусть сходит с ума. А я буду ждать. И дразнить. И течь.
Потому что когда он найдёт — это будет бомба.
«А желания мои выполнять будешь? Или только в переписке смелая?»
Он провоцирует. Он проверяет. Он хочет понять, насколько я готова зайти в этой игре.
Я закусила губу, чувствуя, как между ног снова становится влажно. Пальцы дрожали, когда я набирала ответ:
«Что мой папочка хочет?»
Отправила и замерла. Что он попросит? Что-то безумное? Что-то, что я не смогу сделать?
Ответ пришёл через минуту. Короткий. Чёткий. Убийственный.
«Твои трусики. Положи мне завтра на стол.»
Я выдохнула. Нет, даже не выдохнула — воздух из лёгких вышибло напрочь.
Положить трусики ему на стол.
Завтра.
В офисе.
Где я каждый день сижу напротив его кабинета.
Где он будет смотреть на меня своими серыми глазами и знать, что под моей строгой юбкой — ничего.
Боже…
Я перечитала сообщение раз пять. Потом ещё. Потом прикусила губу так сильно, что почувствовала вкус крови.
Он не шутит. Он реально хочет этого. Он проверяет, насколько далеко я готова зайти. Или просто хочет меня унизить? Или завести? Или всё сразу?
Я представила завтрашнее утро. Как я прихожу в офис, в строгой юбке, в блузке, застёгнутой на все пуговицы, — и без трусиков. Как прохожу мимо охраны, здороваюсь с коллегами, сажусь за свой стол. И знаю, что где-то там, в его кабинете, на столе лежат мои трусики. Он будет смотреть на них, представлять меня, заводиться.