Чтение онлайн

Платье сбилось, задравшись до талии. Волосы растрепались, спутались, липли к вспотевшему лбу, к шее. Я, наверное, выглядела так, будто меня только что… ну, да. Так и было. Именно так.

Я поправила платье — одёрнула подол, пригладила ткань на коленях, стараясь не думать о том, что под ним ничего нет. Провела рукой по волосам, пытаясь привести себя в порядок, собрать их в подобие причёски. Бесполезно. Я была растрёпана, разобрана на части — и мне это нравилось.

Демид сидел, расслабленно откинувшись на спинку сиденья, и смотрел на меня с этой своей хищной, довольной улыбкой. Глаза блестели в полумраке салона — сытые, тёплые, собственнические. Он не отводил взгляд, скользил им по моему лицу, по шее, по груди, по ногам, и от этого взгляда внутри снова всё сжималось.

— Демид… — сказала я тихо, и голос предательски дрогнул. — Мне пора. Домой.

Он приподнял бровь. Медленно, насмешливо.

— Уже? А я только начал.

Я улыбнулась, чувствуя, как щёки заливаются краской. Жар прилил к лицу, к шее, к груди. Боже, я краснела, как школьница, после всего, что мы только что делали.

— Или ты снова намерена сбежать? — добавил он, и в голосе его прозвучала та самая знакомая хрипотца, от которой у меня подкашивались колени. — Как в баре? Как тогда?

— Нет, — покачала головой я, встречая его взгляд. — Не сбегу. Просто… выходные. Надо поспать. Подумать. Переварить.

Он усмехнулся, но кивнул. В этом кивке было и понимание, и уважение, и обещание.

— Хорошо. Я отвезу тебя.

Он снял меня с себя — бережно, почти нежно, усадил рядом на сиденье. Его руки скользнули по моей талии, помогая устроиться. Я поправила платье, одёрнула его, чувствуя себя немного неловко под его взглядом, но в то же время — защищённо. Спокойно. Дома.

Он набрал на телефоне номер, вызвал водителя и передал ему ключи, назвав мой адрес

Я замерла.

Внутри всё оборвалось и снова забилось где-то в горле.

— Ты запомнил? — спросила я, глядя на него в упор. Вопрос прозвучал глупо, но я не могла его не задать.

Он повернулся ко мне, и в его глазах плясали чертики. Тёплые, озорные, почти мальчишеские.

— Конечно. Должен же я знать, где моя малышка с острым язычком живёт. На всякий случай.

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Или не расплакаться. Или не прыгнуть на него снова прямо здесь, при водителе, при всём честном народе.

Машина тронулась. За окнами мелькали огни вечернего города — витрины, фонари, фары встречных машин, неон вывесок. Люди спешили по своим делам, не подозревая, что у меня внутри сейчас происходит. А я сидела, прижавшись к нему плечом, и чувствовала, как его рука гладит моё бедро.

Медленно, лениво, собственнически. Круговыми движениями, чуть сжимая пальцы, поглаживая кожу через тонкую ткань платья. Каждое прикосновение отдавалось внутри сладкой дрожью.

— Лизок, — сказал он тихо, почти шёпотом.

— Ммм? — я повернула голову, уткнувшись носом в его плечо, вдыхая его запах.

— Завтра я заеду за тобой.

— Зачем? — спросила я, хотя уже знала ответ.

Он усмехнулся, и его рука на моём бедре сжалась чуть сильнее.

— Затем, что выходные. И я только начал, малышка. Два дня впереди. И я не намерен их тратить на сон.

Я улыбнулась, уткнувшись носом в его плечо, чувствуя, как тепло разливается по груди.

— Хорошо, папочка.

Он поцеловал меня в макушку. Легко, невесомо, но от этого поцелуя у меня внутри всё перевернулось.

За окнами мелькали огни ночного города, а мне казалось, что мы в каком-то своём, отдельном мире. Где только он и я. Где нет офиса, нет субординации, нет игры в прятки. Где я — просто его девочка, а он — мой мужчина.

— Демид, — спросила я тихо, глядя на наше отражение в тёмном стекле. Два силуэта, слившиеся в один.

— Ммм?

— И что мы будем делать завтра?

Он повернул голову, посмотрел на меня. Даже в полумраке салона я видела этот блеск в глазах — тёплый, довольный, чуть хищный. Глаза зверя, который загнал добычу и теперь наслаждается трофеем.

— Наверстывать упущенное, — ответил он просто. — За все дни, что ты меня мучила. За все ночи, что я был без тебя.

Я улыбнулась. Щёки снова залились краской.

— А если я снова сбегу?

— Не сбежишь, — он усмехнулся, и в этой усмешке была абсолютная уверенность. — Я теперь знаю, где ты живёшь. И у меня есть ключи от кабинета. И от наручников.

— От наручников? — я приподняла бровь, чувствуя, как сердце пропустило удар.

— Шучу, — он поцеловал меня в висок, чуть прикусил кожу. — Пока шучу.

Я засмеялась, чувствуя, как внутри разливается тепло. Тёплая волна, от которой стало спокойно и хорошо. Машина остановилась у моего подъезда.

— Приехали, — сказал водитель.

Демид вышел первым, подал мне руку. Я выбралась из машины, чувствуя, как ноги всё ещё дрожат, как вата. Холодный ночной воздух ударил в лицо, заставив поёжиться. Но его рука на моей талии согревала.

Мы стояли у подъезда. Он смотрел сверху вниз, я снизу вверх.

— До завтра, Лизок, — сказал он, и в его голосе не было вопроса. Только утверждение.

— До завтра, — ответила я.

Он притянул меня к себе и поцеловал. Медленно, глубоко, смакуя. Так, что я снова забыла, как дышать. Его язык скользнул в мой рот, нашёл мой, сплёлся в медленном, тягучем танце. Руки сжали мою талию, прижимая к нему, давая почувствовать, что он уже снова готов.

Потом отпустил. Резко, неожиданно. Улыбнулся — той самой хищной, довольной улыбкой — и сел обратно в машину.

Я стояла у подъезда и смотрела, как чёрный внедорожник скрывается в ночи. Огни растворились за поворотом, а я всё стояла, чувствуя, как его запах ещё на моей коже, как его поцелуй на губах, как его сперма внутри.

Телефон пиликнул.

Я достала, глянула на экран. Сообщение от него.

«Сладких снов, малышка. Завтра будет долгий день.»

Я улыбнулась. Тепло разлилось по груди, по животу, ниже.

Набрала:

«Жду, папочка.»

Отправила и зашла в подъезд.

Я поднялась в квартиру, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Тишина. Только часы тикают где-то на кухне.

Прошла в спальню, разделась. Встала под душ. Горячая вода смывала пот, смывала его запах, но не смывала ощущения. Воспоминания не отпускали. Я вышла из душа и прошла в спальню. Легла в кровать, завернувшись в прохладное одеяло. Телефон лежал рядом.