Поиграем, папочка
Шрифт:
— Ну вот, — он пожал плечами. — Не опоздаю. Так что не переживай, завтракаем и выдвигаемся.
Я кивнула. Спорить было бесполезно. Когда он так смотрел — твёрдо, но с той самой теплотой, — я таяла и соглашалась на всё.
Он подошёл ближе, наклонился и поцеловал меня в макушку. Губы тёплые, мягкие.
— Моя, — сказал он просто.
Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло. Надёжный. Спокойный. Деловой. Властный. Всё это — он. Он заботился, окружал нежностью, защищал, оберегал. И от этого становилось так тепло, что хотелось плакать от счастья.
— Спасибо, папочка, — прошептала я.
— Не за что, малышка. Завтракай.
Мы собрались быстро.
Я оделась в то, что он купил — снова. Идеально сидящие вещи, подобранные с какой-то пугающей точностью. Красиво, удобно, дорого. Ткань приятно касалась кожи, всё сидело как влитое.
Но внутри всё равно скребло.
— Дем, — сказала я, когда мы уже были в прихожей. — В следующий раз я возьму свою одежду.
Он остановился, повернулся ко мне. Взгляд внимательный, изучающий.
— Тебе не нравится?
— Нравится, — честно ответила я. — Очень. Но мне… неудобно.
— Лиз…
Он подошёл, обнял, прижал к себе. Я уткнулась носом в его грудь, вдыхая родной запах.
— Малышка, перестань.
— Не могу, — прошептала я в его грудь. — Мы только начали… отношения… И я уже у тебя ночую, ты меня возишь, одежду покупаешь… Я как будто…
— Такая скромная, — усмехнулся он мне в макушку. — А в постели совсем другая.
— Демид! — я стукнула его кулаком в грудь, но без злости, скорее для вида.
— В постели жадная, голодная, ненасытная, — продолжил он, не обращая внимания на мой протест. — А как одежду надеть, которую я купил, чтобы тебе было удобно, чтобы ты не переживала по пустякам — сразу скромняшка.
— Демид… не смущай, — я спрятала лицо у него на груди. — Я просто не привыкла к такому.
— Привыкнешь, — сказал он твёрдо. — Я же привыкаю вставать в пять.
Я засмеялась, чувствуя, как напряжение отпускает.
— Пошли, — он взял меня за руку. — А то опоздаешь.
Мы сели в машину. Он завёл двигатель, повернулся ко мне.
— Буду ждать тебя на работе. Как приедешь — сразу зайдёшь.
— Хорошо, — кивнула я.
Я назвала адрес, и мы поехали.
Обычный плановый приём. Гинеколог. Осмотр и смена противозачаточных. В последнее время появились головные боли — видать, побочка. Надо подобрать что-то другое.
Я смотрела в окно на проплывающие дома и думала о том, как странно всё складывается. Ещё месяц назад я была просто секретаршей, пила кофе в одиночестве, мечтала о нём, не смея и надеяться. А теперь сижу в его машине, еду к врачу, а он будет ждать меня на работе.
— Лиз, — позвал он.
— Ммм?
— Всё хорошо?
— Да, — улыбнулась я. — Просто задумалась.
Он сжал мою руку.
— Я рядом.
Я кивнула. И чувствовала себя в полной безопасности.
Он остановился у клиники.
Я подняла глаза — и сердце ёкнуло. На здании красовалась вывеска: «Женская консультация». Крупными буквами, на весь фасад.
Он повернулся ко мне. В глазах — хитрый, вопросительный огонёк, чертики пляшут. Боже…и эта его ехидная улыбочка. Хотелось провалиться сквозь землю.
— Это не то, что ты думаешь! — выпалила я, чувствуя, как щёки заливаются краской.
Он рассмеялся. Громко, открыто, запрокинув голову.
— Всё нормально, — выдохнул он сквозь смех. — Просто было интересно посмотреть на твою реакцию. Беги.
Я чмокнула его в щёку, но не удержалась:
— Издеваешься, да?
— Нет, — он улыбнулся, но в глазах плясали чертики. — Просто представил…
— Что? — насторожилась я.
— Ничего, — он подмигнул. — Беги, а то опоздаешь.
Я вышла из машины, всё ещё красная. Обернулась — он смотрел на меня, улыбаясь.
— Я скоро! — крикнула я.
— Жду, — ответил он. — И помни: как приедешь — сразу ко мне.
Я кивнула и побежала к дверям.
Сердце колотилось, но от счастья.
Боже, стыдно-то как…
Я вбежала в холл женской консультации, пытаясь унять сердцебиение. Щёки всё ещё горели после его намёков, после этого его «просто представил». Что он там представил?
Я прошла к нужному кабинету. Постучала, открыла дверь.
— Светлана Петровна, здравствуйте. Я на приём.
— Ой, Лизочка! — женщина за столом расплылась в тёплой улыбке. — Заходи, заходи, дорогая. Давно тебя не видела.
Светлана Петровна — женщина лет пятидесяти, добрая, внимательная, с лёгкой сединой в тёмных волосах, с уютными морщинками у глаз. Идеальный гинеколог. И, как назло, знакомая моей мамы. Они вместе учились в школе, дружат до сих пор.
— Итак, Лизочка, — начала она, жестом приглашая сесть. — Что привело тебя ко мне? Беременна?
— Нет-нет! — замахала я руками. — Что вы! Просто голова стала болеть. Я подумала, может, побочка от противозачаточных проявилась?
— А, понятно, — кивнула она, открывая мою карту. — Давно принимаешь эти?
— Около года.
— Ну, бывает. Организм реагирует по-разному. Давай попробуем другие.
Она выписала рецепт, протянула мне.
— Только смотри, аккуратно с одних на другие слезай. Привыкание будет, да, и всё по схеме делай. И вот что важно, — она подняла палец. — Если половая жизнь активная, лучше первые дни использовать презервативы. А то может быть неожиданный сюрприз.
— Хоть и пишут производители, что без пропусков дней всё хорошо, — добавила она, — но лучше подстраховаться. Сама понимаешь.
— Ага, поняла, — кивнула я, чувствуя, как щёки снова заливает краской.
— Давай на кресло, гляну тебя, — сказала она, вставая. — Половой жизнью активно живёшь?
Я смутилась. Это ж подруга мамы!
— Ой, Лиз, не смущайся, — засмеялась она. — Я ж врач. Для меня это просто работа. Ничего личного.
— Активно, — выдохнула я.
— Ох, парень появился? — она подмигнула.