Чтение онлайн

Неделю спустя реформаторы добились объединения усилий правительства, банков и средств массовой информации в продвижении идеи создания центрального банка. 22 сентября Wall Street Journal начала публиковать цикл из 14 редакционных статей под названием «Эмиссионный центральный банк». Эти неподписанные статьи в действительности были написаны вездесущим Чарльзом Конантом, являвшимся штатным главным пропагандистом Национальной денежной комиссии правительства США. Копируя тактику, опробованную в 1898 г., в начале 1910 г. Конант с помощью секретаря Олдрича подготовил выдержки из материалов комиссии и направил в газеты. Для того чтобы из материалов комиссии, статей и готовящихся к изданию книг извлечь «новостные абзацы» для редакторов газет, НКДО прибегло к помощи Дж. П. Гэвитта, возглавлявшего Вашингтонское бюро агентства Associated Press. Кроме того, НКДО воспользовался прикрытием двух с виду беспристрастных академических организаций. Академия политических наук выпустила специальный том своих трудов [Proceedings] совместно с НКДО, чтобы «популяризовать в лучшем смысле этого слова некоторые из наиболее ценных работ комиссии». В 1910 г. Академия политических и социальных наук выпустила свой собственный специальный том «Banking Problems», открывающийся статьей Эндрю и включающий статьи ветеранов движения за реформу банковской системы, таких, как Джонсон, Хорас Уайт, представитель моргановского Bankers Trust Фред Кент, а также ряд высокопоставленных лиц из National City Bank of New York Рокфеллера. Тем временем Пол Варбург увенчал свою долгую и интенсивную кампанию в поддержку центрального банка знаменитой речью в Нью-Йоркском отделении Христианской ассоциации молодых людей (Young Men's Christian Association, YMCA) 23 марта 1910 г., называвшейся «Объединенный резервный банк для Соединенных Штатов». Варбург обрисовал структуру своего любимого немецкого Рейхсбанка, но при этом постарался снять страх перед Уолл-стрит, утверждая, что центральный банк «не будет контролироваться Уолл-стрит или любыми другими монополистическими кругами». В связи с этим Варбург настаивал, что новый резервный банк не должен называться «центральным банком» и что совет управляющих этого банка должен избираться государственными чиновниками, торговцами и банкирами; но банкиры, разумеется, должны играть ведущую роль в формировании совета.

Одним из ярых сторонников плана Варбурга и автором предисловия к опубликованной Академией политических наук книге о реформе банковской системы, в которой речи Варбурга было уделено особое внимание (H. R. Mussey, ed. The Reform of the Currency. N. Y., 1911), был Э. Р. А. Селигмен, экономист из семьи инвестиционных банкиров Селигменов. Речь Варбурга привела Торговую ассоциацию Нью-Йорка в такой восторг, что они распространили 30 тыс. копий этой речи весной 1910 г. Варбург тщательно подготовил почву для этой акции Торговой ассоциации, регулярно встречаясь с членами ее Комитета по денежному обращению начиная с осени 1908 г. Усилиям Варбурга помогло и то, что постоянным экспертом этого комитета был Джозеф Френч Джонсон.

Той же весной 1910 г. многочисленные тома исследований НКДО по различным аспектам банковской деятельности заполнили рынок. Целью было представить общественности впечатляющий парад аналитических и исторических изысканий, якобы «научных» и «независимых», но на самом деле предназначенных для дальнейшего продвижения идеи создания центрального банка.

После того, как была проведена подготовительная работа по укоренению идеи центрального банка среди ученых, банкиров и заинтересованной общественности, во второй половине 1910 г. настало время сформулировать конкретный практический план и направить пропагандистские усилия на его воплощение в жизнь. Как писал Варбург в книге Reform of the Currency, изданной Академией политических наук, «продвижение вперед возможно только при условии разработки конкретного плана», чтобы задать рамки обсуждения.

Движение за учреждение центрального банка приступило к стадии реализации конкретного плана. В авангарде выступила готовая на все Академия политических наук Колумбийского университета, которая в ноябре 1910 г. совместно с Торговой палатой и Торговой ассоциацией Нью-Йорка провела конференцию по вопросам денег. На этом конклаве, делегаты которого отбирались губернаторами 22 штатов и президентами 24 торговых палат, члены НКДО были почетными гостями. Конференцию также посетили многие экономисты, специалисты по вопросам денег и ведущие банкиры страны. На ней присутствовали Фрэнк Вандерлип, Элиу Рут, Джейкоб Шифф, Томас Ламонт, партнер банка Моргана, и сам Дж. П. Морган. На формальных заседаниях конференции были представленны доклады Лафлина, Джонсона, Буша, Варбурга и Конанта. Стюарт Паттерсон, декан Юридического колледжа Университета Пенсильвании и член комитета по финансам Pennsylvania Railroad, входившей в орбиту Моргана, который был председателем первого Денежного конвента Индианаполиса и членом Денежной комиссии Индианаполиса, отдал собравшимся войскам приказ о наступлении. Он вспомнил великий урок Денежного конвента Индианаполиса — каким образом его предложения одержали победу: «Мы разъехались по домам и организовали наступательное и активное движение». Затем он призвал войска: «Это именно то, что вы должны сделать сейчас, вы должны поддержать сенатора Олдрича. Вы должны добиться, чтобы законопроект, который он разрабатывает... получил поддержку во всех уголках страны».

Теперь, когда движение было полностью подготовлено, настало время для сенатора Олдрича писать законопроект. Или, точнее, настало время для сенатора, окруженного несколькими высшими предводителями финансовой элиты, уединиться и разработать подробный план, вокруг которого смогут сплотиться все части движения за центральный банк. Кто-то, возможно, Генри Дэвисон, предложил собрать небольшую группу высших руководителей на сверхсекретное совещание, чтобы написать законопроект. Энергичный Дж. П. Морган созвал роскошную приватную конференцию в престижном месте отдохновения миллионеров — в Jekyll Island Club на острове Джекил, штат Джорджия. Морган был совладельцем этого клуба. 22 ноября 1910 г. сенатор Олдрич с небольшой группой компаньонов отправились под вымышленными именами в специально заказанном отдельном вагоне из Хобокена, штат Нью-Джерси к побережью штата Джорджия якобы на утиную охоту.

Участники совещания работали целую неделю в шикарном местечке на острове Джекил и выработали проект закона о Федеральной резервной системе. На этом сверхсекретном совещании присутствовало всего шесть человек, и эти шестеро являлись точным слепком структуры альянса банкиров, возглавивших движение за создание центрального банка. В число участников совещания, помимо самого Олдрича (родственника Рокфеллера), входили: партнер Моргана Генри Дэвисон; партнер фирмы Kuhn, Loeb Пол Варбург; вице-президент банка Рокфеллера National City Bank of New York Фрэнк Вандерлип; президент банка Моргана First National Bank of New York Чарльз Нортон; профессор Пиат Эндрю, глава исследовательского подразделения НКДО, который был недавно назначен заместителем министра финансов в администрации президента Тафта и специалист, который работал одновременно и в лагере Рокфеллера и лагере Моргана.

Участники совещания выработали законопроект Олдрича, который лишь с небольшими изменениями станет Законом о Федеральном резерве от 1913 г. Единственное существенное разногласие на острове Джекил было чисто тактическим: Олдрич пытался прямолинейно придерживаться европейской модели центрального банка, тогда как Варбург, поддерживаемый другими банкирами, настаивал на том, что политические реалии требуют, чтобы централизованный контроль был закамуфлирован под «децентрализацию». Более реалистичная, варбургская двуличная тактика одержала верх.

Олдрич представил документ, выработанный на острове Джекил, с небольшими поправками полному составу НКДО как законопроект Олдрича в январе 1911 г. Почему же Конгресс принял Закон о Федеральном резерве лишь в декабре 1913 г.? Задержка во времени произошла в результате победы демократов на выборах в палату представителей в 1910 г. и возникновения угрозы, что демократы займут Белый Дом в 1912 г. Реформаторам пришлось перегруппироваться, убрать из законопроекта имя Олдрича, слишком явно ассоциирующееся с республиканцами, и выдвинуть его как демократический законопроект от имени конгрессмена от Виргинии Картера Гласса. Но несмотря на задержку и многочисленные конкурирующие проекты структура Федерального резерва, принятая большинством голосов в декабре 1913 г., осталась практически той же, что и в законопроекте, появившемся на свет в результате тайного совещания на острове Джекил три года назад. Успешная агитация легко объединила вокруг проекта банкиров, деловое сообщество и всю общественность.

Ведущие банкиры сразу поддержали законопроект. Еще в феврале 1911 г. Олдрич организовал закрытую конференцию 23 ведущих банкиров в Атлантик-Сити. Эта конференция не только одобрила план Олдрича, но и дала понять, что «реальная цель конференции заключалась в том, чтобы обсудить, как убедить сообщество банкиров в необходимости правительственного контроля, который будут осуществлять банкиры в своих собственных целях». В ходе конференции крупные банкиры также поняли, что план Олдрича «усилит крупные национальные банков в их конкуренции с быстро растущими банками штатов и поможет установить над ними контроль» [54] .

К ноябрю 1911 г. без особых затруднений под знамена плана Олдрича была поставлена вся Американская банковская ассоциация. Угроза бунта мелких банков была устранена, и банковское сообщество страны теперь сплоченно поддерживало план создания центрального банка. Наконец, после многочисленных зигзагов, после того, как имя Олдрича было изъято из законопроекта, а сам Олдрич решил не переизбираться в 1912 г., Закон о Федеральном резерве был принят большинством голосов 22 декабря 1913 г. и вступил в силу в ноябре следующего года. Как ликующе заявил Бартон Хэпберн на ежегодном собрании Американской банковской ассоциации в конце августа 1913 г., «эта мера признает и принимает на вооружение принципы функционирования центрального банка. Безусловно, если она будет работать так, как и надеются авторы закона, все инкорпорированные банки станут совместными собственниками центральной доминирующей власти» [55] .

Федеральная резервная система, наконец, дала Америке центральный банк. Усилия крупных банкиров в конце концов увенчались успехом. В соответствии с принципами централизованной банковской системы, сформулированными в законе Пиля, Федеральный резерв получил монополию на эмиссию всех банкнот, национальные банки, так же как и банки штатов, могли эмитировать только депозиты, а депозиты должны были погашаться банкнотами Федерального резерва и по крайней мере номинально, золотом. Все национальные банки «заставили» стать членами Федеральной резервной системы («принуждение», к которому они так давно стремились), что означало: резервы национальных банков должны храниться в форме депозитов до востребования, или чековых счетов, в Федеральном резерве. Федеральный резерв теперь стал выступать в роли кредитора в последней инстанции, и, имея за спиной престиж, власть и ресурсы Министерства финансов США, он мог проводить инфляцию более последовательно, чем банки Уолл-стрит в условиях Национальной банковской системы. Кроме того, он мог проводить политику инфляции даже в периоды спадов для спасения банков. Федеральный резерв мог теперь попытаться оградить экономику от рецессий, в ходе которых ликвидируются необоснованные инвестиции, сделанные во время инфляционного бума, и попытаться осуществлять инфляцию постоянно.