Чтение онлайн

В новых условиях даже национальным банкам не нужно было держаться за золото, они могли положить золото в сейфы Федерального резерва и получить резервы, на основе которых могли скоординированно в национальном масштабе раздувать денежную массу и строить пирамиду кредитной экспансии. Более того, теперь, когда резервы были централизованы в сейфах Федерального резерва, резервы банка можно было использовать более «экономно», как выражались апологеты централизованной банковской системы, т.е. на базе данного объема резервов золота можно было создавать больший объем инфляционного кредита, больше банковских «фальшивых денег». Теперь в американской экономике существовало три перевернутые инфляционные пирамиды банковского кредита: Федеральный резерв создавал пирамиду своих банкнот и депозитов сверх находящегося в его распоряжении централизованного запаса золота; национальные банки строили пирамиду из банковских депозитов сверх своих резервных депозитов в Федеральном резерве; а банки штата, которые решили не присоединяться к Федеральной резервной системе, могли держать свои депозиты в национальных банках и на их базе строить пирамиду из своих кредитов. Находясь у основания пирамиды, Федеральный резерв мог контролировать инфляцию, определяя величину резервов для банков — членов системы.

Чтобы придать дополнительный импульс денежной инфляции, вновь созданная Федеральная резервная система наполовину понизила средний минимум обязательных резервов для бывших национальных банков. Если до учреждения Федерального резерва национальные банки должны были резервировать в среднем 20% от открытых депозитов до востребования, и соответственно строить пирамиду из инфляционных денег и кредитов в соотношении 5:1, то Федеральный резерв вдвое снизил минимальные резервные требования к национальным банкам (до 10%), в 2 раза повысив верхнюю границу банковской инфляции в стране (до соотношения 10:1).

Создание Федеральной резервной системы удачно совпало с началом Первой мировой войны в Европе. Существует общепринятое мнение, что только благодаря новой системе США смогли вступить в войну и не только финансировать свои собственные военные нужды, но и предоставлять значительные займы союзникам. За время войны Федеральный резерв приблизительно удвоил денежную массу в США и соответственно цены также выросли в 2 раза. Для тех, кто считает, что вступление США в Первую мировую войну было одним из самых ужасных событий XX в., повлекшим за собой катастрофические последствия как для США, так и для Европы, возможность вступления США в войну едва ли является убедительным аргументом в пользу Федерального резерва.

И по форме и по содержанию Федеральная резервная система представляет собой удобное партнерство государства с крупными банками, банковский картель, созданный и поддерживаемый государством, о котором давно мечтали крупные банкиры. Многие критики Федерального резерва не устают указывать на то, что согласно закону Федеральной резервной системой владеют частные банкиры, но на самом деле это лишь юридическая формальность. Прибыли от операций Федерального резерва (и соответственно возможные прибыли составляющих его банков) изымаются Министерством финансов путем налогообложения. Выгода для банкиров от существования Федерального резерва заключается не в получении юридической прибыли от проводимых им операций, а самой сути операций — выполнении функции координации и поддержки банковской кредитной инфляции. Эти выгоды затмевают любую возможную прямую выгоду от банковских операций Федерального резерва.

С самого начала руководящим органом Федерального резерва является Совет Федерального резерва в Вашингтоне, члены которого назначаются президентом с одобрения Сената. Совет наблюдает за 12 «децентрализованными» региональными Федеральными резервными банками. Их руководители назначаются частными банками соответствующего региона, но кандидатуры должны пройти утверждение вашингтонского Совета.

С момента создания Федерального резерва и до «реформ» 1930-х годов основной контроль над Федеральным резервом находился в руках не Совета, а Управляющего (теперь называемого Президентом) Федерального резервного банка Нью-Йорка, главного человека Уолл-стрит в системе Федерального резерва [56] .

Основным инструментом контроля со стороны Федерального резерва за денежным обращением и банковской системой являются проводимые им «операции на открытом рынке», т.е. покупка и продажа государственных ценных бумаг США (или в действительности любых других активов по его желанию) на открытом рынке (Как это происходит, мы рассмотрим ниже.). Поскольку рынок государственных облигаций находился на Уоллстрит, Управляющий Федерального резервного банка Нью-Йорка практически единолично контролировал операции на открытом рынке этого банка, и следовательно, самого Федерального резерва. Однако с 1930-х годов имеющая ключевое значение политика Федерального резерва в отношении операций на открытых рынках определяется Федеральным комитетом открытого рынка, находящимся в Вашингтоне и состоящим из 12 человек — семи членов Совета управляющих и пяти президентов Федеральных резервных банков, ротация которых осуществляется по весьма непростой схеме.

Процесс учреждения и функционирования государственного регулирования картельного типа состоит из двух важных этапов. И в ходе нашего анализа ни одним из них нельзя пренебрегать. Этап первый заключается в принятии закона и установлении структуры. На втором этапе для управления созданной системой подбирается соответствующий персонал: какой смысл, например, для крупных банкиров учреждать картель, а затем увидеть, что управление им попало в «чужие» руки. Однако традиционные историки, не приспособленные для анализа властной и правящей элиты, обычно не справляются со второй ключевой задачей — показать, кто именно будет руководить новой системой.

При рассмотрении процесса создания и первых лет функционирования Федерального резерва, становится очевидно, что и кадровую и денежно-финансовую политику Федерального резерва определяла империя Морганов.

Доминирование Морганов отразилось не только в составе первого Совета Федерального резерва. В то время из семи членов Совета двое становились ими автоматически благодаря служебному положению — министр финансов и контролер денежного обращения, регулятор национальных банков, который является чиновником Министерства финансов. Министром финансов в администрации Вильсона был его зять Уильям Мак-Аду, неудачливый бизнесмен и железнодорожный магнат из Нью-Йорка, который подружился с Дж. П. Морганом и ею партнерами, когда тe вытаскивали ею из финансовой ямы. Оставшуюся часть своей финансовой и политической жизни Мак-Аду провел в окружении Моргана. Контролером денежного обращения являлся давний знакомый Мак-Аду Джон Скелтон Уильямс. Уильямс был банкиром из Виргинии, директором Hudson & Manhattan Railroad, принадлежавшей Мак-Аду и контролируемой Морганом, и президентом компании Seaboard Airline Railway, также входящей в сферу интересов Моргана.

Эти чиновники Министерства финансов были надежными людьми Моргана в Совете Федерального резерва, но они были членами Совета только в силу своего служебного положения. Управляющим (сейчас это Председатель) первого Совета был Чарльз Хэмлин, которого Мак-Аду назначил заместителем министра финансов, как и Уильямса. Хамлин был адвокатом из Бостона, который женился на представительнице богатой семьи Пруин из города Олбани, имеющей давние связи с New York Central Railroad, которую контролировал Морган. Другим членом Совета Федерального резерва, который сменил Хамлина на посту Управляющего, был Уильям Хардинг, протеже сенатора от Алабамы Оскара Андервуда, тесть которого Джозеф Вудворд был вице-президентом

First National Bank of Birmingham в Алабаме и главой компании Woodward Iron Company, в правление которой входили люди и Моргана, и Рокфеллера. Тремя другими членами правления были Пол Варбург, Фредерик Делано, дядя Франклина Рузвельта и президент Wabash Railroad, контролируемой Рокфеллером, а также профессор экономики из Университета Беркли Адольф Миллер, который был женат на представительнице богатой семьи Спрагов из Чикаго, тоже имеющей связи с Морганом [57] .

Таким образом, если не считать двух людей Моргана, которые входили в состав Совета благодаря своему служебному положению, то мы увидим, что в Совет Федерального резерва в Вашингтоне при его создании входили: один надежный человек Моргана, два компаньона Рокфеллера (Делано и глава близкого союзника Рокфеллера Kuhn, Loeb), а также два человека неопределенной аффилированности — известный банкир из Алабамы и экономист с неясными семейными связями в кругах Моргана. Хотя состав Совета более или менее отражал расклад сил на решающем совещании на острове Дже-кил, он вряд ли мог гарантировать безусловный контроль Моргана над национальной банковской системой.