Покорная для Короля Нагов
Шрифт:
– Это тебя не касается! Где она может быть?
– Он схватил за шкирку удивленного старика, но тут же брезгливо поморщившись,оттолкнул, почувствовав неприятный душок.
Граф шатаясь поднялся, опираясь на дверной косяк.
– Я конечно могу предположить, где она может быть, но точно не здесь!
– Где?
– Вновь крикнул он.
– А я не скажу! Вы отняли у меня одну единственную и любимую доченьку.
– де Лавилль зачмокал губами и задвигал отёкшими веками, нагоняя слёзы.
– Замолкни! Алкоголь - вот весь твой виновник!Дешёвый скотч да портовые шлюхи отняли у тебя все! И твоё имя, и твои деньги... и дочь, в том числе... Признавайся! Где она?
– Хоть убейте, не скажу! Я проклинаю себя, что дал согласие на брак. Девочка моя! Прости старика...
Король обежал все комнаты, заглянул в пустые шкафы, проверил каморки прислуг, но ничего не нашел, ни малейшей зацепки, ничего, что могло бы помочь в ее поисках.
– Говори! Где она?
Эсмонд замахнулся на Сейдрика, тот упал на пол и закряхтел от боли, но все же поднялся, держась за голову, хрипло кашляя и мигом трезвея.
– Правильно она говорила. Вы - чудовище, а я самодур, не понимал этого!
Вновь кулак Эсмонда обрушился на старика.
– Говори! Ну же! Иначе я убью тебя, сгною в Башнях!
Сейдрик молчал, вытирая разбитую губу грязным рукавом.
– Или ты хочешь золота? На, держи!
– Он кинул к ногам графа небольшой бархатный мешочек.
Несколько золотых монет выпали и покатились по дощатому полу.
Глаза графа загорелись. Увидев столько богатства, он начал собирать монеты, но сапог Короля придавил его руку.
– Теперь отвечай! Где она? Иначе...
– Хорошо, хорошо... Она может быть в нескольких местах, - прошамкал старик, прижимая золото к груди.
******
Эйрин стояла около тёмного, дощатого сарая и очень сильно волновалась. Она ждала Берга и пугливо озиралась по сторонам.
Сейчас ей не казалось, что она поступает правильно, обрекая парня и себя на такую жизнь. Слезы жгли глаза, но она гнала их прочь вместе с невеселыми мыслями.
– Эйрин!
Она резко обернулась.
– Берг!
Она бросилась к нему в объятия, любимые, теплые, такие желанные! Родные, пахнущие травой, лугами и детством.
Да, именно рядом с ним ее место! Девушка радостно прижалась к сильному телу, будто отогреваясь и плавясь, окутанная теплым и родным запахом. Берг увел ее в сарай, подальше от колючего дождя, снял ее мокрый плащ и набросил свой сухой.
Губы парня отыскали ее губы, влажные от дождя и близких слёз. Он целовал девушку до изнеможения, до удушья, до дрожи в ногах. Она отвечала на поцелуй с каким - то отчаянием, уже не надеясь вновь почувствовать его вкус.
В сарае приятно пахло свежим сеном, было тепло. Воспоминания всплывали одно за другим. Когда - то они здесь тайно встречались. Тогда ещё не маячил на горизонте Король Экрисса, Ламейн был ярким и жгучим, ветры теплыми, а небо синим и чистым.
Поцелуй влюбленных был страстным, но таким волшебным и легким, уносящим в водоворот чувственности и наслаждения.
Они упивались друг другом... но всему приходит конец. Первым пришел в себя парень.
– Эйрин, зачем? Мне передали твоё письмо... Зачем это всё?!
Ее губы горели, а сердце радостно бухало в груди, распространяя негу по всему телу.
Сейчас все плохое ушло на второй план. Поцелуи мужа - болезненные и ядовитые, словно забывались, притуплялась боль от первой ночи, украденной Королём у неё и Берга.
– Берг...
– прошептала она, протягивая к нему руки, ища тепла и спокойствия.
Парень медлил, не зная как поступить.
– Эйрин, зачем ты это устроила?
– вновь повторил он свой вопрос.
Руки опустились, предательские слезы выступили на глазах, но смахнуть их не получилось.
Пришлось отвернуться, чтобы он не видел их, не видел её отчаяния.
– Ты не должна была этого делать.
Его любимый и до боли знакомый голос, теперь был чужд, а его слова, словно гвозди вколачивались в ее душу, словно в крышку гроба, захлопывая наглухо и хороня их чувства.
– Прости, мне и в самом деле не надо было сюда приходить. Я ведь уже не та жизнерадостная Эйрин. Я теперь Королева Экрисса и еще одна подстилка Короля. Извини, что потревожила тебя.
Сердце её стало комком из тысячи иголок, свернулось и развернулось.
Она не нужна Бергу... В его голубых глазах застыло выражение легкой брезгливости.
– Ты не моя больше, ты больше не моя, Эйрин. Ты принадлежишь Экриссу и... Королю. И никто в мире не в силах это изменить...
Она хотела убежать, от всего и всех, но сделав пару шагов в, нерешительности остановилась.
Горячие руки снова на ее талии, они прижали крепко - крепко, не давая сделать и шага, не желая отпускать.
Его губы накрыли ее рот, вновь наполняя ее жизнью, заставляя дышать полной грудью, заставляя надеяться на чудо.
– Глупенькая моя!
– Твоя?
– Да, моя. Всегда была и будешь, несмотря ни на что. Эйрин, милая Эйрин...
Она ответила на поцелуй, невольно сравнив с тем, другим - жгучим и тяжёлым.
Руки, которые сейчас вытирали её слёзы, были нежнее и мягче, чем...
У Эсмонда они намного больше... И грубее. " -вдруг пронеслось в её голове.
Она старалась не думать о муже, не вспоминать, не сравнивать.
– Бедная Эйрин! Я чуть с ума не сошел от боли и тоски, что ты теперь его, что ты с ним! Что ты больше не моя...
Слова Берга лились, словно бальзам на ее израненую душу. На свежие ещё рубцы, оставленные зверем.
– Берг! Я не жила там, вдали от дома и тебя. Я не жила! Я горела и умирала...
– Знаю малышка, но поверь, я перепробовал в уме все возможные варианты...
– Теперь это не имеет значения! Главное, что мы вместе, остальное не важно! Мне не нужен он и его богатства! Я ненавижу, ненавижу его, ненавижу!!! Я больше не вернусь туда!
– Нет Эйрин! Что ты говоришь... Как бы то ни было, но теперь он твой муж.
– Это ничего не меняет. Мы убежим! Возможно он уже ищет меня, нам надо торопиться.
– Бежать некуда Эйрин! Ты и сама это прекрасно знаешь! У него длинные руки, он везде нас найдет. Он Король Экрисса! И не остановится ни перед чем, пока не вернет тебя.